Охоте из засидки благоприятствует ясная, безветренная погода. В сильный дождь или после только что прошедшего ливня медведь на овес идет плохо. Осторожному зверю, очевидно, мешает сильный шум от падающих с деревьев капель. В ненастную погоду медведи если и выходят кормиться, то в основном с наступлением темноты, причем предпочитают кромки больших овсяных полей с примыкающими к ним луговинами, где меньше шума.
Бывает, что овес в день охоты оказывается убранным. Однако если техника уехала с поля до вашего прихода, отчаиваться, что сорвалась охота, не следует. «Медведь-то ведь не знает, что убран овес», — решил однажды находчивый охотник, попав в подобную ситуацию, и убил крупного медведя, вышедшего на стерню.
Некоторые охотники сидят на лабазе не только в вечернее (светлое) время, но и ночью. В большинстве случаев такое долготерпение себя не оправдывает. Августовские и сентябрьские ночи слишком темны, чтобы можно было сделать прицельный выстрел, разве что почти в упор, но подобная возможность выдается редко.
Для стрельбы с лабаза лучше всего подходит охотничье нарезное оружие калибра 8–9 мм (штуцер, карабин), а с оптическим прицелом из такого оружия хорошему стрелку можно сделать по медведю верный выстрел на расстоянии до 100–150 м. Учитывая крепость зверя на рану и трудность стрельбы в вечернее время, из гладкоствольного охотничьего оружия не следует стрелять далее 30–40 шагов.
Успех медвежьей охоты, кроме всего сказанного, зависит от того, есть ли у вас работающие по подранку собаки, так как даже серьезно раненный зверь уходит порядочно и найти его без собак зачастую невозможно. Собаки необходимы и из соображений безопасности, когда преследуешь медведя-подранка. Разыскивать же раненого зверя ночью, тем более без собак, ни в коем случае нельзя.
Другой, не менее интересный способ — охота на овсах с подхода. Заключается она в том, что охотник вечером или рано утром обходит поля, где кормятся медведи, и, увидев зверя, начинает его скрадывать. Предпочтительнее все же делать это с утра, так как зверь, пробыв долгое время на поле и увлекшись едой, бывает менее осторожен, да и стрелять его легче — с каждой минутой становится светлее.
При утренней охоте скрадом охотник уже до рассвета в поле. Часто останавливаясь и прислушиваясь, бесшумно двигается он в темноте против ветра. Но вот донеслось чавканье и характерный свистящий звук обсасываемых медведем метелок овса. Дрогнуло и сильнее забилось охотничье сердце. Небо на востоке посветлело — можно подходить. С каждым шагом отчетливее слышны звуки медвежьего пиршества и все громче кажется стук собственного сердца, шорох задеваемых овсяных стеблей, хруст под ногами. Уже хорошо видна темная двигающаяся туша, но стрелять далековато, и охотник, согнувшись, продолжает путь. Вдруг зверь, почуяв неладное, перестает кормиться, встает на дыбки, озирается, подставив грудь. Тогда-то и гремит выстрел.
Заметим, что на охоте скрадом большое значение имеет правильный выбор одежды. Она должна быть легкой, защитного цвета и не шуметь при соприкосновении со стеблями и листьями растений, ветками кустарников. Лучше всего этим требованиям отвечает шерстяная или хлопчатобумажная армейская форма (брюки и гимнастерка). А из обуви годятся кеды.
В Архангельской области местные жители охотятся на медведя с подхода на сыроватых лугах, моховых болотах. Зверей привлекает растущий здесь в изобилии шпажник — растение из семейства ирисовых, клубни которого имеют сладковатый вкус, а также лапчатка прямостоячая (калган) с коричневым клубнеобразным корневищем. На таких болотах медведь кормится даже днем, весь мох бывает содран могучими когтями зверя. Местами болото напоминает плохо вспаханное поле. Насытившись, зверь тут же ложится, так что случаи добычи медведей на лежке не редкость. По свидетельству охотников Каргопольского района Архангельской области, на одно болото иногда приходят несколько медведей. Они бывают так увлечены выкапыванием клубней и корневищ, что подпускают стрелка вплотную. Здешние охотники считают, что зверь, наедаясь клубней шпажника, как бы дуреет и становится поэтому менее осторожным.
Весной, летом и осенью в тех местах, где медведи задирают домашний скот, на них охотятся из засидки на падали. Задрав корову на открытом месте, зверь часто утаскивает ее в чащу — в ельник, низину, густо заросшую ольшаником. Лабаз устраивают не далее 15–20 м от растерзанной туши. Делают это с большой предосторожностью, так как насытившийся медведь, случается, далеко не уходит, ложится где-нибудь рядом. Жерди вырубают подальше от места охоты, работают как можно тише. Лабаз располагают с таким расчетом, чтобы лежащая падаль была хорошо видна, мешающие обзору сучья срезают и уносят. Охотятся в те вечера и ночи, когда ветер тянет от трупа в сторону охотника. Медведь, перед тем как выйти к убитому животному, обходит место своего пиршества кругом, чтобы убедиться в безопасности. Запах падали мешает ему учуять сидящего в засидке стрелка. Жрать зверь приходит ночью, редко в сумерках, почему стрельба и трудна. Большое подспорье на этой охоте — хороший фонарь, который включают в момент выстрела. Электрический фонарь или лампу-фару прикрепляют к стволам ружья. Лучше это сделать заранее и так, чтобы ось прицеливания попала в центр освещенного круга. На лабаз садятся не менее чем за час до захода солнца.
До того как медведи залягут в берлогу, на них, особенно в районах Сибири и Дальнего Востока, охотятся также с собаками лайками. Тут главное зависит от рабочих качеств собак: они должны быть вязкими и злобными к зверю. Найдя медведя, лайки должны держать его на месте, пока не подоспеет охотник, который делает выстрел с близкого расстояния.
Одна из самых захватывающих медвежьих охот — на берлоге. В центральных и северо-западных областях России медведи залегают в берлоги во второй половине ноября, по народному поверью — в Михайлов день (21 ноября). Пока не выпадут большие снега и не установятся сильные морозы, зверь лежит очень чутко и при малейшей тревоге может покинуть облюбованное место. Поэтому в средней полосе к поиску берлоги лучше приступать не ранее середины декабря. Однако район будущей лежки можно определить еще осенью по следам, которые медведь оставляет по чернотропу, во время зазимков, а также первому зимнему снегу. В большинстве же случаев хитрый медведь старается залечь до наступления зимы, чтобы не оставить следа на белой тропе.
Верным признаком подготовки берлоги служат содранные пласты мха, заломанный молодой ельник, ободранное с сухостойных деревьев корье, которые используются медведем для утепления своего зимнего жилища. В лесах средней полосы медведь любит устраивать берлоги по краям обширных моховых болот, на островах леса среди них, вблизи захламленных лесных логов и оврагов где-нибудь под еловой «выскотью», то есть под корнями или ветвями поваленной ветром ели или наваленными друг на друга деревьями. В горных районах Сибири, Дальнего Востока зверь часто располагается на зиму в пещерах, расселинах, непроходимых зарослях кедрового стланика.
