Читаем без скачивания Отставной козы барабанщица - Татьяна Луганцева

– Отпустите меня! Вы сумасшедший! Вы убьете меня!

– Я именно этого и добиваюсь! – откликнулся Леон.

Яна уже хрипела и впивалась своими ногтями в землю, с ужасом понимая, что ее просто-таки вдавливают в рыхлый холмик могилы Марии, приминая желто-голубые цветы.

– Отпусти, гад! Я тут ни при чем! – из последних сил выкрикнула Яна, но ненормальный князь и не собирался ее отпускать.

Они покатились по земле, приминая траву, собирая на свою одежду все колючки, стукаясь о стволы деревьев. Вдруг Яна, уже почти потерявшая сознание от кислородного голодания, пришла в себя от отрезвляющего действия ледяной воды – вместе с Леоном они скатились в озеро. Девушка и не подозревала, что вода в горном водоеме настолько холодная. У нее мгновенно свело ноги и руки, а вот сознание, наоборот, прояснилось.

Надо отметить, что князь сразу же отпустил ее горло, что облегчило ее состояние. Яна поначалу ушла на глубину, будто охваченная ледяными объятиями нового противника, но тут же напрягла свои силы – и всплыла наверх, выплюнув воду. Она тяжело дышала и протирала глаза.

«Вот ведь черт! Надо же было свалиться в озеро! А где этот идиот?» – подумала Яна, видя перед собой зеркальную поверхность озера, по которой сейчас расходились круги мелких волн. Покрасневшего, искаженного яростью и злобой лица Леона поблизости не наблюдалось. Девушка осмотрелась и снова никого не увидела. Затем бросила обеспокоенный взгляд на берег, разглядела вдалеке двух купающихся людей, видимо, местных «моржей», и закричала:

– Сюда! Помогите! Скорее! Человек утонул! Скорее! Сюда…

Но люди не реагировали на ее крики, так как были очень далеко. Или Яне только показалось, что она кричала? Может, на самом деле просто хрипела и беззвучно шлепала губами?

«Леон утонул!» – молнией пронзила ее сознание ужасная мысль. И тут же где-то внутри заговорил писклявый такой, противный голосок, явно, как бы она ни открещивалась, принадлежавший ее подсознанию: «И очень хорошо, туда ему и дорога! Выкарабкивайся на берег и сообщай миру о жутком нападении на себя любимую».

Глава 12

Но Яна понимала, что думать она могла о чем угодно, но реально поступить так не смогла бы никогда в жизни. Она нырнула, набрав побольше воздуха в легкие и огромным усилием воли заставив себя открыть под водой глаза. Благодаря тому, что вода в озере была прозрачной, как слеза, темное тело Леона с раскинутыми в сторону руками девушка увидела фактически сразу. Но ей пришлось подняться наверх, запастись кислородом и снова нырнуть. Леона она подняла на поверхность со второго раза и потянула его к берегу. Мужчина не подавал признаков жизни, но Яна старалась не думать об этом. Она просто выполняла свою миссию, как спасатели Малибу. Не сразу удалось забраться на размытую водой кромку берега, и еще труднее оказалось вытащить туда обмякшее, тяжелое тело Леона. Он находился без сознания и вообще очень паршиво выглядел.

«И наплевать бы на тебя… – мелькали обрывки мыслей в голове Яны, кашлявшей и выплевывавшей воду. – Чуть не убил меня… Уйду и скажу, что он здесь… Пусть что хотят, то и делают с ним… Я бы вообще в полицию его сдала…»

Яна уже сделала несколько шатких шагов в сторону от неподвижно лежащего Леона, но тут в ней заговорил врач, и она вернулась к человеку, напавшему на нее. Неприятнее всего было делать ему искусственное дыхание, но девушка сумела преодолеть отвращение, и вскоре князь открыл глаза, надрывно закашлялся.

Она с неприязнью посмотрела на него:

– Очухался!

– Мария? – слабо спросил Леон.

– Совсем ненормальный, – вздохнула Яна, вытаскивая из волос остатки могильных цветов. Затем подняла с земли камень и предупредила: – Попробуешь дотронуться до меня, сразу же стукну!

– Да нужна ты мне… – презрительно фыркнул Леон, усиленно дыша.

– О, нормально! Только что хотел меня извести, чуть не убил, а теперь игнорирует! Нет, надо было оставить вас там, на глубине озера.

– Что же не оставила? Я не просил меня спасать!

– Ага! Чтобы потом еще и в тюрьму из-за вас пойти? Негодяй! Я не убийца в отличие от вас! – откликнулась Яна, отжимая воду из длинных волос.

– Я мщу за дочь.

– Да вам лечиться надо!

– Это все, что я могу сделать для ее памяти. Она так любила его…

– А он? Он любил ее? – спросила Яна. Но ее вопрос, естественно, остался без ответа.

Леон внимательно осмотрел Яну какими-то совсем другими глазами, словно увидел в первый раз.

– Ты промокла.

– Ну вы даете! Ага, я немного промочила ножки. Такое случается, когда во время драки падаешь в озеро с головой.

– Я не дрался с тобой. – Князь приподнялся и сел. – Я не дерусь с женщинами. Я просто хотел тебя придушить.

Яна почти с восхищением посмотрела на него.

– Вы мне все больше и больше нравитесь – за прямоту. Все еще хотите придушить меня? Мне это важно знать, если вы понимаете…

– Уже нет… прошло…

– Отпустило? – уточнила Яна.

– Можно и так сказать, – согласился Леон.

– А приступ может повториться? – заметно отодвинулась от мужчины Яна.

– А кто его знает, – Леон просто поражал ее своей честностью.

– То есть пока вы себя плохо чувствуете, я еще могу надеяться на снисхождение? – поитересовалась госпожа Цветкова.

– У тебя очень острые коленки, и вообще ты какая-то костлявая, – все еще невпопад говорил князь. – Что он в тебе нашел? Моя дочь была и моложе, и красивее…

– Эй, поосторожнее! У меня еще остались силы, чтобы столкнуть вас обратно в озеро. Говорить девушке такие гадости неэтично и не по-княжески! Мы познакомились с Эриком совсем недавно, и между нами ничего нет.

– Пойдем в замок, обсохнем, – предложил Леон и протянул Яне руку.

Она уже давно поняла, что находится на той части парка, которая принадлежит князю, и уже почти смирилась, что он совершенно не слышит собеседника и не отвечает ни на один вопрос.

Молча они пошли по парку в сторону замка, мокрые и опустошенные.

– Однако весьма странно состоялось наше знакомство, – покосилась на спутника Яна.

– Могилку Марии надо будет подправить, цветочки новые посадить, – пробормотал Леон.

«А не совершаю ли я глупость, идя вместе с этим сумасшедшим в его замок? – подумала Яна. – Ничего себе, приехала на праздник… Вместо обещанного веселья меня чуть не придушили».

Половина замка Леона фактически ничем не отличалась от половины Густава, только мебель здесь оказалась старой во всех отношениях, не подвергавшейся реставрации много лет. Да еще здесь не было ни единой живой души и не звучали людские голоса, смех и музыка. В помещениях тихо и печально, даже говорить хотелось шепотом. Леон, за которым на расстоянии шествовала Яна, поднялся на второй этаж и достал из большого платяного шкафа женское платье темно-синего цвета с золотой ниткой люрекса и большими, блестящими пуговицами.

– Переоденься в сухое…

– Спасибо, – кивнула неожиданная гостья князя и, взяв платье, прошла в ванную комнату.

После душа она пошла по замку в поисках хозяина. Блуждать по такому большому замку из залы в залу в полном одиночестве было жутковато. Наконец она забрела в помещение, где были люди, и громко сказала:

– Здравствуйте! Эй, народ, обратите на меня внимание! Меня зовут Яна.

Ей понадобилось несколько мгновений, чтобы понять: все эти фигуры в человеческий рост – всего лишь куклы. Очень необычно и интересно! Яна подошла ближе и стала внимательно рассматривать. Сделанные из воска, куклы были похожи на каких-то реальных людей и наряжены просто по-королевски. Ее внимание привлек высокий мужчина с седыми волосами и в прекрасно сидящем смокинге. Он строго смотрел перед собой неподвижным взглядом из-под кустистых седых бровей.

– Это мой отец, – раздался за спиной девушки голос Леона.

Яна содрогнулась и напряглась, ожидая удара ножом в спину. Причем нож будет, подумалось ей, старинным, с рукояткой, инкрустированной рубинами, и обязательно с лезвием, отравленным древним, сложным ядом. Но ничего такого не последовало, и Яна расслабилась. Перевела взгляд на другую восковую фигуру – женщину в ярко-зеленом атласном платье с огромным кринолином. Лиф платья был украшен настоящими кружевами и золотыми палетками, завораживающе блестели камни в ее ожерелье и длинных серьгах, старинных и настоящих.

– Моя бабушка, – «представил» даму Леон.

– Тут что, все ваши родственники?

– Вроде того. Мое хобби.

– Так это вы делаете? – удивилась Яна, теперь понимая, почему восковые «портреты» выглядят как-то «по-домашнему» – хотя для любителя они просто превосходны. – Надо же… – В ее глазах появилось еще больше интереса.

– Мы, люди с фамилией не простого рода, иногда страдаем такими странностями. Роемся в генеалогическом древе, собираем художественные полотна с изображением родственников. А я вот решил создать музей восковых фигур. Конечно, до истинных шедевров этого своеобразного искусства мне далеко, но я старался передать дух того времени, когда жили мои предки, черты их характера и максимально приблизиться к портретному сходству. Я собирал свою галерею для дочери, для ее детей, чтобы они видели представителей нашего рода и гордились ими… А теперь это всего лишь никому не нужные куклы, – махнул рукой Леон.