На мне были черные военные штаны, черная футболка и черные кроссовки. Клодия выбрала для себя черные военные штаны, белую футболку и черные кроссовки. Штаны на Пьеретте были обычные, но тоже черные, она также надела белую футболку и белые кроссовки. Решить, куда мне засунуть свои серебряные ножи с креплением на запястьях, было легко. Они могли отправиться туда же, где я носила их много лет подряд. А вот после этого стало сложнее. Я тренировалась с мечами, но никогда не носила их с собой. Я изучала кали, филиппинское боевое искусство, и там используются палки и ножи. У меня была сумка для того, чтобы носить их с собой, но креплений для них не было. Для ножа от Спидерко у меня было крепление на талии — я купила его специально для занятий. Большинство людей носят поясной нож так, что его рукоятка подпирает ребра, но у меня для этого слишком короткая талия, так что приходится крепить его горизонтально, рукояткой вперед для перекрестного хвата. Я также добавила пару складных ножей Эмерсон в карманы на штанах, хотя наручные ножи я использую в первую очередь. Еще я взяла два изогнутых ножа-керамбита, но не очень-то на них рассчитывала. По идее они должны имитировать форму когтей тигра или леопарда, и функционал у них соответствующий — они нужны, чтобы разрывать и вспарывать. Маленький нож отправился в крепление на шее, а тот, что побольше — в один из многочисленных карманов на моих штанах. Если я потянусь за керамбитами, значит, дела совсем плохи, и я вынуждена играть серьезно.
У Клодии был обычный нож на талии — в стандартном креплении, потому что талия у нее достаточно длинная, и меч в спинных ножнах. Свои длинные черные волосы она заплела в косу, чтобы они не мешались. Я оставила волосы распущенными, потому что меня попросил об этом Рафаэль, и да — я накрасилась. В один из карманов я положила резинки для волос, на случай если решу, что волосы слишком сильно закрывают мне обзор в драке. Я всегда могу распустить их до того, как Рафаэль меня увидит, а может, к тому моменту, как я до него доберусь, мне будет уже все равно, что он обо мне подумает. На автомате я захватила с собой пару резиновых жгутов и боевые повязки, чтобы в случае чего можно было остановить кровотечение. Я начала носить их в карманах своих штанов с тех пор, как стала выходить из дома с большой тусовкой людей, будь то собратья маршалы или SWAT, с которыми мы отправлялись на задания по выполнению ордеров, оформленных на сверхъестественных граждан. Никаких людей сегодня ночью не будет, а оборотни могут залечить практически любые повреждения, так что я уже хотела было вытащить жгуты и повязки, но слабый голосок в моей голове, который не раз спасал мне жизнь в суровые времена, настоял на обратном. Я не стала с ним спорить, и просто засунула жгуты и повязки обратно в карманы. Пришлось пожертвовать одним из складных ножей, но голос в моей голове убедил меня, что это хорошая сделка. К тому же, пяти ножей должно быть достаточно. Сегодня мне чертовски не хватало пушек.
Пьеретта надела изготовленное на заказ крепление, в котором у нее было два меча с рукоятками, торчащими с одной стороны. Я спросила ее, не будет ли удобнее, если рукоятки расположить над каждый плечом. Она ответила, что проще сделать разворот через плечо, если одно из них свободно. Мне явно не помешают такие же крепления для мечей. Поясной нож у Пьеретты был закреплен так же, как у меня, по тем же причинам. Она была лишь чуть повыше меня, а ее волосы были настолько короткими, что ей не придется переживать о том, что они будут ей мешать в драке. Когда она поняла, что я накрасилась, то слелала то же самое, и предложила помочь с этим Клодии. Клодию я ни разу не видела накрашенной, так что предполагала, что она просто не любит носить мейк-ап, а не то, что она не умеет краситься. Но она удивила меня, позволив Пьеретте наложить ей тушь и подводку, а также нейтральные тени на веки. Они не бросались в глаза, и все же притягивали взгляд — этот трюк с косметикой мне никогда не удавался. Я густо накрасила свои глаза и нанесла яркую помаду, потому что это хорошо смотрелось, и, если честно, я понятия не имела, что еще можно было сделать. Может, нам стоит закатить пижамную вечеринку, где Пьеретта научит нас всяким трюкам с макияжем? И я это серьезно.
Мы втроем ехали заднем сидении внедорожника, а спереди сидели двое веркрыс-телохранителей. Я знала, что в поле зрения, запаха и слуха будут другие тачки, ждущие моего сигнала в случае чего. Они были до отказа набиты телохранителями не из числа веркрыс, потому что все они должны будут биться на нашей стороне, если придется.
Я также знала, что члены Арлекина скрываются в тени, делая то, чем они занимались на протяжении тысячи лет: были лучшими шпионами и ассасинами, которых только мог предложить вампирский мир, хотя половина из них — верживотные, как Пьеретта. Ее мастер, Пьеро, тоже был там — он видел и слышал все, что видела и слышала она. Их связь была одной из самых складных и близких, что я встречала у мастера и moitié bête.
Бойцовские ямы располагались на складе, который стоял на берегу Миссисипи, но я ощутила энергию родере еще до того, как мы пересекли реку. Она напоминала энергию лупанария, когда все вервольфы были там и ждали в лесу, стоя вокруг трона, вырезанного прямо в скале — единственного памятника их культуры, пережившего разрушения, которые принесли их старые лидеры. Я и не думала, что за сделанным из натурального камня троном, принадлежащим группе верживотных, может стоять какая-то история. Эта штука была такой тяжелой, что ее невозможно было сдвинуть с места, так каким образом она оказалась посреди миссурийских лесов? Внезапно я задумалась о потерянных культурных наследиях других групп верживотных. Можем ли мы их вернуть? Хотим ли мы этого?
— Ты ведешь себя очень тихо, моя королева. — Подала голос Пьеретта.
— Я ощущаю силу.
— Силу чего?
— Родере.
— Уже? — Удивилась Клодия, сидевшая с другой стороны от меня.
Я посмотрела на нее.
— Ага, а ты — нет?
Она покачала головой.
— Почему я ощущаю ее сильнее, чем ты?
— Не знаю. — Ответила она.
— Вервольфов ты ощущаешь так же? — Спросила Пьеретта.
— Да,
