вообще определяете, использовали или не использовали? – Мэл наклонилась вперёд и просунула голову между передними сидениями.
– У нас в команде есть кое-кто, кто чувствует, где примерно находится жемчужина и кто призывает, – уклончиво ответил Василий.
– Какая секретность, – закатила глаза девочка.
Тёркин довольно неплохо управлялся с машиной, перестраиваясь из ряда в ряд и при этом не снижая скорости. Онегин теребил край своей рубашки. Езда на машине была для него в новинку.
– Сколько вообще таких как вы призвано? – спросила Мэл.
– Девять наших… с другой стороны мы точно знаем о восьми, но мне кажется, больше.
– О, вот как, а кто? Расскажи.
– Ты же не любишь читать. Думаешь, что узнаешь кого-нибудь из тех, кого призвали? – поддел Бендер.
– Ну, не люблю я читать, потому что бабушка каждое лето меня заставляет. Вот как к ней в деревню приезжаю, так начинается: «Милая, а что тебе задали прочитать на лето? Иди покушай, а потом садись за книги, выбрось свой компуктер!» И так и стоит над душой, пока я хотя бы в кратком изложении всю эту чушь не прочитаю, – пожаловалась девочка.
– Значит, мы, по-твоему, «чушь»? – ухмыльнулся Тёркин.
– Ну, не совсем вы. Слушай, я задала вопрос, ты мне на него ответишь? Может быть, и Онегин знает кого-нибудь из тех, кого призвали.
– Сомневаюсь, – качнул головой Остап, однако Василий решил всё же просветить девочку.
– Расскажу о наших. К настоящему времени мы разделились на две команды: Книжные Черви и Ангелы Невы. Это сделано для того, чтобы отслеживать жемчужины в крупных городах, вроде Москвы и Ленинграда. Я – Капитан; Ведьма – Маргарита Николаевна, известная по роману «Мастер и Маргарита»; Шельма, он же Остап Бендер, наш великий комбинатор и мастер планирования. Иногда к нам присоединяется Некромант, он же Павел Чичиков, но в последние пять лет он обосновался в Ленинграде.
– Чичиков, Чичиков… – забормотала Мэл. – Что-то знакомое… А! «Мёртвые души»! Книга, которую начинаешь читать в надежде на то, что там будет что-то про приведений, а в итоге нудятина про чиновников. Это он в этот мир ещё чиновников призывает? Нам мало, что ль?
Бендер рассмеялся.
– Это самая злая рецензия на книгу, которую я слышал. Думаю, Паше это описание понравилось бы. Но нет, он призывает не чиновников. Может быть, если очень не повезёт, ты увидишь его силу в действии.
– Жду не дождусь, – скептически отозвалась девочка.
– А ещё? – встрял в разговор Онегин, которого тема тоже увлекла.
– Док, он же Евгений Базаров, роман «Отцы и дети», – продолжил перечислять Тёркин, – Родион Раскольников из романа «Преступление и наказание», ты, Маша, не могла о нём не слышать…
– Слышала, конечно. А его суперспособность какая?
– У Берсерка необычная способность… – начал Василий.
– Да я уж по погонялу поняла, он у вас за Халка?
– За кого? – прищурился Тёркин.
– Вроде того, – весело кивнул Остап.
– Да ты дуришь! Охохохо! – глаза Маши загорелись.
– Ещё с нами Александр Чацкий из «Горя от ума», он же Малыш, потому что самый младший в нашей команде. Как мы понимаем, он призвался сюда в возрасте меньшем, чем был в своей книге. И, конечно, Тринадцатая, – закончил Вася.
– А это ещё кто?
– Тринадцатая собрала нас всех вместе. Она застала тот момент, когда ожерелье было ещё целым. И она единственная из нас не человек. Она ищет ожерелье с тех пор, как её друг, как бы это сказать… поддался искушению тёмной стороны, – Бендер вопросительно посмотрел на Мэл, и та кивнула ему, потому что на языке фильмов и мемов воспринимать всю эту сомнительную информацию было проще.
– Кто это? Кто это? – подпрыгивая на сиденье, спрашивала девочка.
– Имя Муму тебе о чём-нибудь говорит? – в свою очередь осведомился Бендер.
Мэл на секунду замерла, а затем рассмеялась во весь голос.
– Подожди!.. Собака Муму, которую утопили, руководит всеми вами? Собака?!
– Это разумная собака! – казалось, Тёркина тон Мэл оскорблял.
– Я не поверю. Она бессмертная, что ли? Ей триста лет?
– Чуть меньше, – спокойно поправил Остап. – Я же говорю, мы не совсем обычные.
– Не, чуваки, я в это не поверю. Собака. Серьёзно? Она ещё и разговаривать умеет? – веселилась Мэл.
– Конечно. Но только с такими же, как она. Призванными персонажами, в смысле, – сказал Бендер и после паузы добавил: – Не обязательно собаками.
– Ааабааалдеть… – протянула Мэл, откидываясь на сиденье и всё ещё похрюкивая от хохота. – Это всё?
– Увы. Некоторых мы потеряли навсегда. – После этого ответа Тёркин задумался о чём-то своём и больше до конца дороги не проронил ни слова.
Онегин во время рассказа записывал всё в свой новый блокнот, отмечая, что все упомянутые книги нужно незамедлительно прочитать. Мэл закончила смеяться, и в машине повисла тишина.
– Кто был тот, кто напал на нас с Женей, когда я призвала его? – несколько минут спустя вспомнила девочка.
– Судя по описанию, это был Павел Кирсанов, ещё один герой романа «Отцы и дети». Из-за того, что матери Тургенева принадлежало ожерелье, персонажей его книг здесь больше, чем остальных. Собственно, Барыня и Герасим наши давние противники… Женя рассказал тебе про маменьку Ивана Сергеевича?
Мэл кивнула.
– Ну вот… Мы много лет не можем выследить их. А они на несколько шагов опережают нас в своих попытках собрать ожерелье.
– А кто ещё с ними?
– Из тех, о ком мы знаем, Киса Воробьянинов, мой бывший дружочек… – Бендер провёл рукой по своей шее. – Элен и Анатоль Курагины, крайне неприятные личности из «Войны и мира». И, конечно, тот, кто заварил всю эту кашу с ожерельем. Имени его мы не знаем, и автора, чьему перу он принадлежит, не знаем тоже. Честно говоря, мы и видели-то его только мельком, да и то не все…
– А с чего тогда вы взяли, что он тоже персонаж, если никто его не узнал?
– Муму его помнит. Смутно, но помнит.
Оставшуюся часть пути ехали молча. Мэл активно гуглила информацию об упомянутых произведениях в википедии. Онегин уже разобрался, как выходить в интернет с телефона, и приступил к прочтению «Муму».
***
– Мы нашли её!
Дверь гостиной распахнулась. Красивая пышная блондинка в коротком бежевом платье вошла, демонстративно проигнорировав сидящего в кресле Печорина, и направилась прямиком к Барыне. Возле неё молодая женщина остановилась и опустилась на одно колено, уважительно поцеловав перстень на руке старухи, после чего Барыня жестом приказала той встать.
– И почему тогда ты всё ещё без неё? – делано удивилась Варвара Петровна.
– Я пришла просить помощи. На случай, если появятся проблемы. – Блондинка беспомощно захлопала ресницами, однако даже Печорину, видевшему её впервые в жизни, было
