раз? Ты хотела подбриться, я дал тебе эту возможность, ты хотела презерватив, спасибо, я принес и его. Даже за вещами твоими смотался. Что еще не так…
— Просто…
— Просто? — уже не сдерживается он, раздвигает ноги силой, проводит по промежности и подносит к моему лицу пальцы. И ни капли нежности. – Просто посмотри на нас. Мы как два животных перед случкой, между которыми провели колючую проволоку. И ты сама не позволяешь ее сломать. Лида, в чем дело? Каких еще тараканов мне нужно убить в твоей голове, чтобы просто потрахаться.
Но я не хочу просто трахаться, как ты не понимаешь!
— Давай останемся друзьями? — почти пискнула, чувствуя, еще немного и я буду рыдать под его давлением. – Ты же трахнуть можешь кого угодно. А со мной можно разговаривать. Есть шашлык. Курить кальян. Давай не будем портить сексом такую замечательную дружбу.
Не работает. Он просто молчит, просто смотрит и отстраняется. Уже выходит из ванной, а я за ним. Он должен понять.
— Вот парни же дружат. Будем вместе пить, курить кальян, — пытаюсь я сказать все быстро дрожащим голосом. Вспоминаю чем еще мужики занимаются. – Поиграть в приставку.
Встаю за его спиной и дергаюсь, когда он разворачивается.
— Никого из друзей я не хочу трахнуть в рот.
— Это пройдет. Ты потом перестанешь меня хотеть и воспринимать как женщину.
— Ты ебанутая? Друзья. Кто вообще придумал, что баба с мужиком могут дружить. Сними розовые очки. Или это что, способ наколоть мой зад на свой каблук? Думаешь я влюблюсь, и потом буду как зайчик прыгать ради тебя по любому поводу? Решила, что раз я решил одну твою проблему, так будет постоянно?
— Камиль, все не так…. Я просто хотела завести друга.
— Заведи себе кота и трахай ему мозг, а если хочешь мужика, то будь добра раздвигать ноги, — замолкает он и ждет, ждет, когда я скажу: да. А может быть просто тут же развернусь и встану раком со стоном: возьми меня, только не бросай.
И он понимает, что я ничего этого делать не будет.
— Короче. Выметайся. Заебала. Поеду и найду телку. Нормальную и без загонов.
Сглатываю и гордо поворачиваюсь спиной. Муж часто делал мне больно словами, но только сейчас я понимаю, что такое – обидно. Обидно так, что дышать трудно. И я считала, что он лучший? Да, он просто урод. И татуировки эти его. И усики. И вообще он далеко не красавец. А сейчас его член кажется настоящим корнишоном.
Гордо разворачиваюсь и делаю шаг.
— Выход там.
— А вещи мои там!
— Так шевели булками, мне ехать надо.
— Езжай, куда хочешь, можешь хоть пол города перетрахать. И не смей на меня орать. – кричу я из ванной, пытаясь натянуть мокрое белье, блузку. Хрена с два он увидит мое голое тело.
— А ты быстрее, я спешу.
— Ты так спешишь, что забываешь о защите. Даже хорошо, что у нас ничего не вышло, — прохожу мимо него, стоящего на том же месте. – Ты наверняка чем-нибудь меня бы заразил.
— Совсем дура, — орет он мне вслед, пока я пытаюсь его замок повернуть. Кто вообще придумал такую систему.
— Сам дурак! – слышу его шаги. – Не подходи ко мне больше.
— Да, нужна ты мне… Дверь дай открою.
— Вот и открывай.
— Да, пожалуйста! – раскрывает он двери настежь, но стоит сделать мне шаг, бегло на него взглянуть, как он шумно выпускает воздух и захлопывает двери прямо перед моим носом.
— Эй! Выпусти меня, — но он уже не слышит. Приближается, излучая опасность, не дает сбежать и обрушивается на губы. Терзает их снова и снова, пока все тело само, неосознанно льнет к нему. Пока руки бессознательно обвивают его шею, выпуская из рук злосчастную юбку.
Его руки забираются под влажное белье, стискивают попку, а я не могу ему отказать, сейчас я вообще не могу ни о чем думать, кроме губ, что сводят меня с ума, с твердого члена, что снова толкается сквозь одежду. А в ухе слышно глубокий, вибрирующий голос
— Я никогда не забывал о резинке. Никогда не хотел девушку настолько, чтобы отлизать ей. Будет все Лид. И кальян. И шашлык. И разговоры. Я даже гитару свою достану…
— Ты играешь…
— Заткнись…
— Не знаю, можно ли это будет назвать дружбой, но нам будет хорошо. Столько, сколько мы сами этого захотим. Но…
— Ох уж эти, но… — сглатываю я, примерно понимая, о чем речь.
— Но, если ты сейчас откажешься лечь со мной и гордая уйдешь за эту дверь, меня больше существовать не будет для тебя. Поэтому либо мы идем трахаться либо разбегаемся.
Глава 31. Кот
Заебла – это самое мягкое, что есть в голове в отношении Лиды.
Она своим динамо пытается развести меня на отношения, которые сама же и не потянет.
Замужняя, с ребенком. Так и хочется проорать в лицо, куда ты лезешь?!
Но я целую.
Целую как обезумевший, поставивший себе цель сегодня закончить это дело.
Эти выебоны мне не интересны. Пусть кому угодно выносит мозг, но не мне.
Скольжу языком в мягком горячем рту, стараясь не упиваться этими ощущениями, стараясь держать мысль в голове, что Лида на раз. Что своим поведением она окончательно испортила к себе отношение. Что хрен ей, а не шашлык в моей компании.
Она здесь, чтобы заняться сексом, именно этим мы и займемся.
Но чтобы выполнить свою задачу, мне придется ее убедить, что это не разовая акция. Впервые я совру бабе, чтобы поиметь ее. Но сегодня я имею на это право. Имею, потому что только что чуть не развели меня. Знаю я эту схему. Чем дольше не давать, тем больше мужик хочет. Да, пожалуй, у каких-нибудь неуверенных в себе мужиков, которые жаждут секса с целкой, это и прокатит.
Это не мой случай.
Я не торможу на станциях, только потому что дорога слишком долгая. Обещаю Лиде небо в алмазах, а сам твердо подталкиваю ее к кровати, что находится прямо за гостиной.
Она не замечает, смотрит на меня, думает, решает, что же ответить на ультиматум. Но мы оба знаем, что она не захочет терять этот миг. Мои губы на ее губах, мои руки на ее
