– Хокинс! – позвала женщина. – Хокинс!
Послышался лошадиный храп, затем зашуршала солома, и кто-то спросонья выругался. Наконец, появилась фигура Хокинса. Он, спотыкаясь, подошел к Каролине.
– Что случилось? – в его голосе послышалась тревога.
– Эмили… Она пропала!
– Здесь ее не было. Когда это произошло?
– Я не надолго вышла из комнаты… – При этих словах она почувствовала, как кровь прилила к ее лицу. Хокинс должен догадываться, куда она выходила. Каролина вздохнула. – Я вышла из комнаты, а когда вернулась, Эмили уже нигде не было. Наверное, она испугалась, проснувшись и увидев, что меня нет. Я подумала, может, она отправилась сюда.
Хокинс схватил ее за руку.
– Идите к Адаму. Обыщите постоялый двор. Я буду искать на улице.
Каролина бросилась к двери. Оглянувшись, она увидела, что в конюшне зажжен светильник, и Хокинс далеко не ласковым голосом принялся будить мальчишку-конюха.
Когда женщина вернулась в дом, ее охватила паника. Господи, где же Эмили?! Забарабанив в двери Дьюарда, она не думала, что тем самым разбудит остальных постояльцев. Пусть слышат! Все должны слышать! Никто не смеет спать, пока ребенок не отыщется.
Адам открыл дверь.
– Эмили исчезла! – выдохнула Каролина.
– У Хокинса? – спросил он, засовывая ноги в ботинки.
– Я была у него. Она там не появлялась. Ее нет ни в нашей спальне, ни внизу. Она пропала, когда…
Ее голос дрогнул.
– Успокойся, Каро. – Адам стиснул ее плечи. – Мы найдем ее.
Он бросился вниз по ступенькам, забежал на кухню, разбудил поваренка и старую повариху. Услышав о пропаже ребенка, испуганная старуха закрыла ладонью рот и широко раскрыла глаза.
– Хосе, принеси еще две лампы! – велела она мальчишке.
Тем временем Дьюард вернулся в зал и чуть было не сбил с ног Каролину, которая уже с ума сходила от горя и не могла понять, как он мог оставаться таким спокойным. Вручив ей лампу, он распорядился:
– Еще раз осмотри зал.
А сам, пока она осматривала каждый закуток в зале, заглядывая под каждый стол и каждую скамейку, бросился наверх. Было слышно, как распахивались двери, как Адам сообщал всем постояльцам, что случилось, и как мужчины договаривались о всеобщем поиске.
Через минуту большинство постояльцев высыпали на улицу с лампами в руках и начали звать Эмили. Остальные искали внутри постоялого двора.
Каролина выскочила на улицу, но кроме всеобщего переполоха и беспорядочного мелькания огней ничего там не увидела. Кто-то подошел к ней и накинул ей на плечи одеяло. Это был Адам. По его молчанию женщина поняла, что девочка так и не найдена, а по биению его сердца – что он напуган не меньше, чем она сама. Обессилев от горя, она позволила ему увести себя обратно в дом.
Как только они появились в зале, навстречу им из кухни выскочила пожилая кухарка, которая тащила за ухо поваренка. Мальчик отчаянно орал и отбивался. Каролина уставилась на этих людей пустым взглядом, как будто они явились из другого мира. Кухарка толкнула мальчишку, и тот упал к ногам Адама.
– Скажи им! – возмущенно крикнула старуха. – Скажи им сейчас же, или я прокляну тебя и твое потомство, и потомство твоего потомства! – Она подняла глаза на Дьюарда. – Этот паршивец знает!
Адам отпустил Каролину, нагнулся к мальчику и крепко взял его за руку.
– Что ты знаешь? – строго потребовал он. – Говори скорее, иначе тебе сейчас не поздоровится.
Поваренок попытался вырваться, но потом вдруг присмирел. Он боялся старухи, но этот незнакомец напугал его еще больше.
– Я должен был сказать вам это утром. Голос его дрогнул на последнем слове.
– Сейчас!
Мальчик обреченно вздохнул.
– Вы должны поехать в Саламанку, – заговорил он дрожащим голосом. – Завтра ночью. Нет, вечером, в десять. Вас будут ждать в аллее за церковью Сан-Себастьяна. – Он бросил быстрый взгляд на Каролину. – Я не так сказал. Не вас ждут, а только даму. Она должна прийти одна. Они скажут ей, где найти ребенка.
Адам с отвращением отбросил его руку, словно прикоснулся к чему-то грязному.
– Они? – спросил он.
– Двое мужчин, ответил мальчик, потирая руку. – Они пришли сегодня поздно вечером. Сели за стол. Я принес им вина и мяса. Тогда они спросили меня, не видел ли я здесь двоих мужчин, путешествующих в обществе женщины и ребенка.
– И ты сказал им, что видел?! – в голосе Дьюарда послышалась ярость.
– Они дали мне денег, сеньор.
– Ну разумеется!
На лице поваренка вновь появилось хитроватое выражение.
– Если вы дадите мне несколько монет, то я расскажу, как они выглядели. – Он взглянул на Адама, но уловив ярость в его глазах, поспешно продолжил: – Двое мужчин, сеньор. Один толстый, с бородой. Второй худой. Я сказал им, что вы остались на постоялом дворе ночевать, и показал комнаты, в которых вы разместились. Больше я ничего не знаю. Клянусь! – Он быстро перекрестился. – О ребенке я ничего не знаю. Я не виноват. Я не виноват!
Мальчик закрыл лицо руками и захныкал, причем, слишком неестественно. Старуха подняла его и пинком отправила на кухню.
Адам и Каролина переглянулись.
– Нужно прекратить поиски, – сказал он. – Пойдем собираться. Мы отправимся в Саламанку.
* * *
Не дожидаясь рассвета, примерно в три часа ночи, при свете луны, всадники двинулись в путь и, когда начало светать, приблизились к первым строениям Саламанки.
За всю дорогу Каролина не произнесла ни слова. Это молчание тяготило Адама. Он не сомневался, что Эмили украли те двое, затеявшие драку в Норилле, и разгадал трусливые замыслы этих подонков. Они охотились за ним самим, вернее, за депешей. Однако напасть на мужчину они побоялись и надумали добиться своего, запугав слабую женщину. Но не найдя ее, забрали Эмили.
– Каро, – обратился он к ней, нарушая горестное молчание. – Они не причинят ей зла.
– Они ее напугают, и этого уже достаточно! Но почему, почему они забрали невинного, беспомощного ребенка?! – возмутилась она. Адам отвернулся, но все же продолжал чувствовать на себе напряженный взгляд Каролины. Она гневно продолжила: – Из-за денег? Но разве мы похожи на богачей?! И что они сделают с ней, Боже мой?!
– Они не сделают ей ничего плохого. Будут сохранять ее в безопасности, пока мы не приедем за ней. Девочка только приманка, Каро. Им нужен я.
– Ты?! Но зачем?
– Потому что я везу перехваченную у французов депешу, которую Виктор Соро попросил передать Веллингтону.
– Виктор Соро?
– Для него это было бы слишком долгое путешествие, ему хотелось навестить семью, повидаться с Аделой.
– И ты не сказал ничего! – прошептала женщина. А затем уже громко добавила: – Как ты мог, Адам?! Как ты мог не сказать мне об этом?! Думаешь, я пошла бы ночью к тебе, оставив Эмили одну, если бы знала об опасности? Думаешь, это случилось бы, если бы я что-то знала об этой проклятой депеше?!
