это всё сегодня, в нашем городе?
— Это не совсем тот город, в котором мы живём, присмотрись. — Эрни коснулся стекла, и, проведя по нему подушечками пальцев, как по сенсорному экрану, увеличил вид из окна. Город был старинный, отстроенный в готическом стиле, такой город можно было бы увидеть разве что в кино, или на страницах комикса.
— Точно.
— Не обязательно это случилось с каждым из них сегодня. Он просто… отвозит их… куда-то дальше. Я не знаю всего.
— А он… какой? Злой или добрый?
— Ни то, ни это. Он просто делает свою работу. Как и я здесь.
Нина разглядывала полки со снами и уже смеялась, читая подписи Тома. Заметив «Сопли и слюни» она прямо-таки согнулась пополам от смеха.
Успокоившись, она, естественно, задала вопрос, которого ожидал Эрни.
— Что это вообще такое? И в чем заключается твоя, как ты говоришь, работа?
— Мы с Томом называем это снами. Это не обязательно в буквальном смысле сны, которые кому-то там приснились. Иногда это надежды, чувства, эмоции, страхи, мечты, просьбы, воспоминания, искаженные воспоминания, искалеченные надежды, не оправдавшиеся ожидания… Много всего, о чем сложно сказать. Иногда это целые маленькие миры, которые живут своей жизнью. Иногда истории, легенды, просто образы. В общем, это нечто тонкое.
— Это… Интересно…
— Именно! Вот нам с Томом всё это так интересно, что мы каждый день собираем и храним всё это. Вот хочешь, покажу тебе русалок, они милые. Правда!
Эрни достал и увеличил сферу, в которую «поймались» русалки.
Сейчас одна из них сидела на камне и рвала острыми зубами сырую рыбу, другая отлавливала и выбрасывала на берег медуз.
— Фу-у-у… — Нина поморщилась и отвернулась.
Эрни зажал рот рукой, чтобы не засмеяться во весь голос.
— Прости, в прошлый раз они занимались водной аэробикой. Хочешь, поищу для тебя что-нибудь более симпатичное?
— Нет уж, спасибо. Пойду включу кино или мультик. И налью новый чай, если кружки ещё остались.
— Главное, не расколоти кружку с Обеликсом: Том без неё жить не может, — всё ещё смеясь, сказал Эрни и, погасив торшер, предоставил сны самим себе. Во всяком случае, на сегодня.
Глава 6. Девушки и птицы
Эрни вышел из хранилища и оказался в узком темном коридоре. В коридоре было сыро, пахло плесенью и ещё неизвестно чем. На покрытых мхом каменных стенах, метрах в двадцати друг от друга, висели факелы. Свет от факелов отражался в неприятно пахнувших лужицах, «украшавших» очень грязный каменный пол. Нина шла впереди и время от времени оборачивалась, жестом призывая его поторопиться. Он уже перешёл на бег, но расстояние между ними не сокращалось. Коридор, похожий на средневековые катакомбы, теперь змеился и петлял, Эрни всё чаще терял Нину из вида.
На ней было странного вида темно-зеленое платье с расширенной книзу юбкой и короткими рукавами-фонариками. У платья был белый воротничок, на талии был вшит белый фартук, он был сильно перепачкан. В целом платье выглядело так, как будто его одолжили в музее культуры быта. Эрни вспомнил о нём, потому что Том работал там по совместительству. Там, в стеклянной витрине, стояла кукла-горничная в очень похожем платьице. Прическа тоже была странной и старомодной: низкий пучок на затылке. Обычно Нина носила волосы распущенными, или собирала их в высокий хвост.
Эрни бежал и бежал. Проход сужался и петлял ещё больше, теперь он уходил куда-то вниз, с низкого потолка капала вода, Эрни то и дело ударялся о замшелые сырые стены, поскальзывался и падал.
Теперь он упал и не мог встать, потому что его несло куда-то вниз, как будто он катился с горки. Факелы на стенах встречались всё реже, пришлось согнуться, прижав голову к коленям, чтобы не разбить её о совсем низкий потолок. Таинственный склон, по которому он катился, стал почти отвесным. Эрни летел с бешеной скоростью, думая только о том, как бы не расшибить голову, и не сломать руку или ногу.
Его ступни ударились обо что-то со звоном и треском. Он провалился в какие-то осколки. Он успел расставить руки. Его плечи и голова остались на поверхности. Эрни огляделся. Вокруг не было ничего, кроме «моря» грязной и битой посуды. Прямо рядом с его левой рукой валялись осколки чашек, которые вчера разбила Нина. Нина… До Эрни только сейчас дошло: она должна была упасть сюда незадолго до него.
— Нина… — он попытался закричать, но услышал только собственный шепот. Нужно срочно выбраться и найти её.
Эрни уперся ладонями в битую посуду, попытался подтянуться и высвободить ноги… и больно ударился обо что-то лбом.
Он лежал на полу, как раз там, где на него падал тревожный белый лунный свет. Гамак, подвешенный к потолку, ещё раскачивался из стороны в сторону по инерции. Нина мирно спала на разложенном диване, обняв плюшевого кота.
Эрни на цыпочках подошёл к дивану и включил ночник, висевший на стене над ним. Ночник был в форме полной луны. Пожалуй, луны на сегодня хватит. Эрни выключил ночник, дошел до холодильника и на ощупь включил маленький светильник, стоявший на нём (провод с выключателем болтался справа, возле стенки). Эрни достал из морозильной камеры бутылку со льдом и приложил к ушибленному лбу. Хорошо, что от удара голова не разболелась: можно выпить тёплый сладкий чай и постараться снова уснуть.
* * *
Эрни стоял на краю причала и любовался лунной дорожкой. Мелкая рябь на воде делала её похожей на рыбью чешую. Было тепло и спокойно. Несмотря на полнолуние, темное небо было усыпано звёздами. Эрни узнал пояс Ориона и Большую Медведицу, нашел взглядом Полярную звезду, венчавшую купол летнего неба.
Лёгкий ветер трепал его чёлку, откидывая волосы со лба. Откуда-то потянуло свежесваренным кофе.
В желудке что-то закружилось. Небо, звёзды и луна опрокинулись и исчезли.
Нина держала в одной руке кружку с Обеликсом, оттопырив свободные пальцы, почти как Том. Выражение лица у неё было такое, как будто и этой кружке пришёл конец.
Осторожно держа за кончики волос чёлку Эрни, она разглядывала его лоб.
Эрни протянул ладонь и обхватил кружку снизу (её внешние стенки и дно не нагревались, когда в кружку наливали кипяток).
— Это ерунда, завтра пройдет. Совсем не больно, — с невинным лицом соврал Эрни. — Тебе, наверно, нужно в ванную? Пойдем, проведу.
— Вообще-то, да. Мог бы сказать, что падаешь на пол во сне: я переночевала бы дома.
— Обычно не падаю. Просто кошмар приснился. Так, ерунда.
— А как ты это делаешь? Я хочу попробовать сама. — Остановившись перед занавесом, Нина
