Она возмущенно подняла голову.
– Я не просила тебя чинить крышу, но буду просто счастлива заплатить.
– Я не об этом. Я имел в виду д-ра Дуга. А, ладно, проехали. – Размахивая футболкой и джинсами, он открыл дверь, но тут же повернулся к ней с натянутой улыбкой. – Улыбнись-ка для нашего дяди фотографа, – выдавил он.
Она взглянула на неизбежный фургон на улице и тихо выругалась. Брэд весело помахал рукой. Она закрыла дверь, стараясь не хлопать, и прислонилась к ней.
Ну и монстр! Несправедливый, вспыльчивый монстр! Она сделала единственно возможную вещь, а он даже не попытался понять, оттолкнул ее, не дав возможности объясниться. Если она все же сделает передачу, это послужит ему хорошим уроком. Он ведь практически сказал, что их сделке конец. Ей же до смерти нужен хороший репортаж, она его заслужила, и теперь нет причин, чтобы от этого воздерживаться. Пусть она ему навредит. Она сама может потерять работу, если не сделает передачу.
Но она знала, несмотря на боль и возникающие в мозгу гневные слова и оправдания, что не предаст его. Она дала слово, и неважно, что он заслуживает наказания, а ей до зарезу необходим этот материал.
Она выругала себя за эти никому не нужные принципы, прошла через комнату и схватила телефонную трубку. Казалось, трубка прогудела миллион раз, пока она услышала сонный голос Рика.
– Хватай аппаратуру и поезжай в центр города, – велела она. – Еще одно убийство.
– Как? Что? Аллисон?
– Разумеется, это я. Кто еще позвонит тебе посреди ночи и будет рассказывать об убийстве? Помнишь старика, который что-то не то выпил? Так вот он – жертва. Дили его зовут.
– Где? – уже вполне осознанно спросил Рик.
– Не знаю. Думаю, примерно там же, где нашли остальных. Полагаю, ты это легко выяснишь, там сейчас вся полиция.
– А ты где? Откуда ты узнала?
– Я дома, а откуда я узнала – сам можешь догадаться. Но помни, ты дал слово, так что молчи. Не фотографируй Брэда, не разговаривай с ним!
Она услышала, как Рик тяжело вздохнул.
– Да ладно, знаю я, знаю.
– Так мчись туда быстрее. Наверное, тебе придется взять с собой другого репортера. Я не могу бросить Меган.
Рик поколебался.
– Может, я поснимаю, а ты потом запишешь вступление?
– Спасибо, но сам знаешь, ничего не выйдет. Кому-то надо задать вопросы и все записать. Позвони… позвони Трейси. – Она с трудом, еле слышно произнесла последнее слово.
– Пичужке Трейси? Шутить изволите?
– Слушай, ей не помешает помощь, чтобы сохранить место.
– Ты что, напилась?
– Нет, но через пятнадцать минут обязательно.
– Я позвоню, когда вернусь.
– Спасибо.
Аллисон повесила трубку и налила себе стакан вина. Вряд ли оно сможет усугубить ее сегодняшнюю сумятицу в мыслях. Она плюхнулась на стул и посмотрела на свет бледную жидкость в грошовом стакане. Год назад она пила из хрусталя. Но какого черта, она ведь слышала где-то, что свинец из хрусталя попадает в вино.
– За преимущества быть бедной, – пробормотала она, поднимая стакан в воображаемом тосте, и хорошенько приложилась.
Если судить по ее нынешним успехам, ей так и придется куковать в бедности. Ведь она не только продолжает прикрывать Брэда в ущерб себе, хотя он этого не стоит, она еще отдала сегодняшний репортаж об убийстве Пичужке Трейси.
Если так будет продолжаться дальше, не видать ей успеха как своих ушей.
Мчась к месту событий на предельно допустимой скорости, Брэд дергал волосы и бороду, стараясь их взлохматить.
– Болван, – пробормотал он, ругая себя. Он доверился Аллисон, пожалел ее, пытался помочь. А она его завтра раскроет, очень даже может быть.
Было бы куда проще на нее злиться, если бы ему так не нравилось ее обнимать, если бы их любовь не была такой невероятно потрясающей, что даже его фантазии бледнели перед действительностью. Он резко дернул бороду, болью стараясь заглушить незваные воспоминания, чтобы смотреть на вещи здраво и не возбуждаться при одной мысли о ней.
Когда он припарковался в квартале от места преступления и добежал туда, работа была в полном разгаре. Он сразу разглядел крупную фигуру Стива.
Брэд вспомнил про свою роль, засунул руки в карманы и шаркая приблизился к полицейским.
– Эй, ты, – позвал Стив.
– Я ни в чем не виноват, – ответил Брэд, замедляя шаг.
– Я знаю. Но разве не ты в прошлый раз опознал того парня, что выпил какую-то дрянь?
Брэд неохотно подошел ближе. Ему не хотелось смотреть на тело под простыней, он не притворялся. Когда он присел на корточки, Стив отдернул простыню. При взгляде на безжизненное тело безобидного старика, Брэда охватил гнев, не имеющий ничего общего с его «работой». Жизнь Дили нельзя было назвать веселой, но никто не имел права отнимать ее у него. Он даже в последнее время старался исправиться. После больницы он бросил пить.
Брэд невольно сжал пальцы в кулаки. Он найдет этого подонка, кем бы тот ни был. Видно, он не сумел скрыть свои чувства, потому что Стив сердито посмотрел на него.
– Тот самый, – коротко сказал Брэд. – Дили. Не знаю даже, имя это или фамилия.
Он повернулся, чтобы уйти, но увидел микрофон, сунутый ему под нос молодой блондинкой.
– Вы знали убитого? – спросила она.
Брэд, опустив голову, протиснулся мимо нее, но успел заметить рыжего телеоператора с седьмого канала. Аллисон наверняка сообщила ему, хотя в данный момент его видеокамера была направлена в другую сторону. Прежде чем Рик успел его заметить, он поспешно ущел, не беспокоясь, соответствует ли его походка роли. Все равно все полетит к чертям, когда Аллисон раскроет рот.
Хотя завтра был выходной, Брэд решил прийти сюда. Ему хотелось сделать как можно, больше, пока он еще не раскрыт, поговорить с людьми, пока события свежи в их, памяти. Теперь у него есть законные основания задавать прямые вопросы: все знали, что они с Дили, – друзья.
Когда он на следующее утро вошел в приют «Новая надежда», там оказалось полным-полно народа, и все говорили одновременно. Прекрасно. Он готов слушать.
Над одной из галдящих групп торчала голова Джин. Он направился к ней, потому что подозрения Аллисон – единственное, что у него имелось. Когда же он подошел поближе, то увидел, с кем разговаривает Джин. Аллисон с микрофоном в руках, закинув голову, смотрела на Джин. Немного в стороне он заметил и Рика, стоящего коленями на скамье и снимавшего эту пару.
Стараясь получше расслышать, Брэд протиснулся между двумя мужчинами, стоящими за спиной Джин, огромную фигуру которой они использовали в качестве щита от видеокамеры. Аллисон бросила на него быстрый взгляд, но никак иначе не показала, что заметила его.
– Я родилась не на улице, – говорила Джин. Она постоянно трогала бусы из каких-то красных камней, и Брэд понял, что Аллисон подкупила ее несколькими окрашенными стекляшками. – У меня был дом, настоящий дом, а теперь вот нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
