что у него появятся способности, которые смогут при случае выручить из беды… Нет, слишком велик риск.
Джил просила – снова и снова.
Джон не собирался уступать.
И, конечно же, в итоге уступил.
Он ведь тоже помнил тот шторм. Помнил, как побежал со всех ног к берегу. Как увидел между двумя огромными волнами облепленную мокрыми волосами детскую голову – а в следующую секунду Бен скрылся из вида. Джон хотел бы это всё забыть. Но помнил.
И ещё он хотел стать ближе к сыну. Брать его с собой в Разрыв, учить обращаться с заключённой в теле энергией. Мечтал: вдруг мальчик тоже научится видеть ауры, читать мысли. Это же так красиво – когда над головой светится аура…
На четырнадцатый день рождения Бен получил самый главный подарок в жизни.
Джону удалось повторить ритуал. Всё прошло, как надо: тьма ночного Разрыва, кровь, огненный поток парцел. В огне родился новый бог, совсем юный, бог-подросток с ломким голосом и пушком над верхней губой. Джон вышел из Разрыва вместе с сыном. Уколол его палец ножом, убедился, что кровь течёт белая, и решил, что всё сделал правильно. Он был совершенно счастлив в ту ночь.
Джил тоже была счастлива.
Трудно сказать, что чувствовал Бен, потому что он ничего о своих чувствах не сказал. Он вообще хранил молчание – до самого утра, когда Джон и Джил в первый раз поделились с ним пневмой и легли спать.
Проснувшись ближе к вечеру, они не нашли Бена на острове.
Мальчик исчез. Исчезли также несколько книг, запас одежды и кое-что из продуктов, поэтому родителям сразу стало ясно: сын не погиб, а ушёл из дома. Ушёл, воспользовавшись только что приобретённым умением, доступным любому богу – умением ходить между мирами. Ушёл на поиски знаний, приключений, новой жизни.
Попросту говоря, сбежал.
VIII
Многие считают главным злодеянием Основателя то, что он извратил человеческую природу и вложил разрушительные силы в руки недостойных. Немало и тех, кто проклинает его за слабость: не сумел, дескать, остановить начавшиеся войны и катаклизмы. Но, как ни странно, некоторые личности больше всего винят его в том, что полвека назад он бесследно исчез и больше не появлялся ни на одной из планет – тогда как населявшие их люди продолжали вырождаться и погрязать в бедствиях. Раньше такая точка зрения меня изрядно забавляла. Это, думал я, всё равно как если бы овцы гневались, что волк больше не режет их стадо. Хотите вернуть того, кто всем испортил жизнь? Кушайте больше рыбы: говорят, она улучшает память.
Однако теперь Основатель действительно стал нашей последней надеждой.
Я долгое время отправлял на его поиски мироходцев, но только потратил впустую деньги и разбазарил экземпляры книги. Бессилен отыскать его убежище даже мой господин – он лишь чувствует, что преступник всё ещё жив. Видимо, Основатель сумел окружить себя какой-то непроницаемой оболочкой. Возможно, к нему удастся проникнуть, имея якорь, принадлежащий тому месту, где он скрывается… Но откуда же, смерть и кровь, взять этот проклятый якорь?
Впрочем, у нас есть кое-какие соображения. Хорошо бы, о путник, тебе эти соображения пригодились больше, нежели твоим предшественникам.
Лучший Атлас Вселенной
Они всегда ждали чего-то подобного. Мальчик, обладающий сверхчеловеческими способностями. Замкнутый мирок, в котором тесно молодому уму. Далёкая, щедрая, опасная и оттого ещё более манящая цивилизация. Другие люди – будущие друзья, учителя, помощники. Девушки, в конце-то концов. Конечно, Джон и Джил догадывались, что Бен захочет уйти.
Но не думали, что он уйдёт так внезапно и бесповоротно.
И так… Ну, бессердечно.
Они не стали путешествовать наугад, высматривая следы сына в нехоженых краях. Понимали, что он наверняка отправился на Землю. В большой город, где есть библиотеки, университеты, машины и всё, о чём только мечталось на острове.
В Дуббинг.
Но Дуббинга Бен не знал совершенно, да и, собственно, никогда не видел. Поэтому, вероятней всего, первым делом он наведался к тому, кого более-менее представлял по отцовским рассказам. К тому, кто мог бы выслушать его историю и не побежал бы тотчас доносить в полицию.
Энландрия приветствовала Джона и Джил тоскливой осенней моросью. Они вышли из Разрыва в западной части Дуббинга, где с давних времён обитали аристократы – в том числе, Питтен Мэллори. Несмотря на прошедшие годы, Джон отлично помнил дорогу. Но на месте дома, где он рассчитывал найти сына, обнаружилось пепелище.
Хмурые пожарные ходили по дымящимся развалинам, рядом мокла под дождём кучка зевак. Скрипуче ныла, удаляясь, сирена медицинской кареты. Джон свистнул проезжавшему кэбу, проник в разум кэбмена и велел гнать за каретой что есть мочи.
Обожжённого, еле живого Мэллори привезли во Флотский госпиталь – туда, где когда-то лежал его племянник. Нужно было спешить: датчики божественной энергии наверняка успели
