провел ритуал разрыва связи Армирром Турмалисом.
– С тебя сняли метку? – с надеждой уточнила я, прикидывая, а не податься ли и мне на прием к Правителю? Вдруг и меня освободят?
– Нет. Просто меня вернули в род Кристи, под начало дедушки.
Освободят, как же. Держи губу рулончиком.
– Родные расстроились?
– А знаете – нет. Они меня любят и, когда поняли, что я в порядке, даже обрадовались. К тому же откупные высокие – приличная часть состояния Армирра досталась нам.
– Ничего себе. Так что случилось-то? Где он сам?
– Он совершил какое-то преступление и его выслали из страны.
– Абалдеть! Какое? Куда?
– Мне не сказали. Но рин Асандр… Правитель явно очень зол на него.
– А ты сама? Ты же так любишь Армирра.
– Нет. Не люблю. Он был интересный. Дракон. Красавчик. Но – люблю? Нет.
Брови при этом поднимались у всех одновременно, и у Нарники в том числе.
– И что будешь теперь делать? – Танита взяла себя в руки быстро, а вот меня передёрнуло. Вот она – цена навеянному чувству. Пустышка. У неё безразличие. У меня же – ненависть.
Ника пожала плечами, рассеянно бросила в воду кусочек пирога – рыбы взбурлили вокруг, отщипывая куски и отпихивая друг друга, – но девушка этого не заметила.
– Учиться. Может, встречусь… – тут бывшая невеста дракона запнулась, и Танита нетерпеливо заглянула ей в глаза. – Может, встречусь с Кайро, – закончила Ника. В голосе появились ноты удивлённой мечтательности. – В школе он ухаживал за мной.
– А его ты любишь?
– В школе – любила. Мы… – девушка на миг остекленела взглядом, а затем улыбнулась шалой улыбкой: – Мы даже хотели убежать вместе.
М-да. А что думала Нарника об этих мечтах, предаваясь обманной страсти с Мирочкой? И как она теперь – после всего этого – посмотрит в глаза своему Кайро?
– А ты точно… не беременна? – Танита умела взбодрить вопросом.
– Нет, конечно! – Ника вспыхнула и уставилась на подругу. – С чего мне быть беременной?
Мы с Тани переглянулись, я перебрала в памяти недавний разговор в «Шафране». Исходя из него, шанс был невелик, но был.
– Ну, всё-таки вы же спали с Армирром, – промямлила Тани смущённо, вспомнив наконец о чувстве такта, – и ты могла…
– Тань, ты с ума сошла? До свадьбы? Ты кем меня считаешь?! – Нарника возмутилась так искренне, что мы снова ошарашенно переглянулись.
Похоже, не врут слухи, что Правитель менталист, - Нарнике явно промыли мозги. Меня снова передёрнуло, от личных перспектив. Точнее, полного их отсутствия.
– Ну что ж, – не стала настаивать Танита, тряхнув гладкими волосами. – Зато откупные хорошие. А ты где пропадала, Кась? Мы уж думали, что тебя украли – о восточных драконах говорят всякое, а они в «Шафран» захаживают. – Танита так резко перевела тему на меня, что у меня даже голова закружилась.
Очень захотелось выложить девчонкам всё: и о похищении, и о бое драконов, и о выпавших из жизни двух днях. И даже о письмах Корвина. Но слишком много в этом всём было стыдного. Бой – отнюдь не за меня. В письмах одни лишь насмешки. А с дурацкой зависимостью бороться всё сложнее, доходит до глюков. И вообще с головой сплошная беда.
Хвастаться, в общем, нечем.
Так что я, скромно отвернувшись к воде и протянув красным проглотикам корочку от булки, пробормотала:
– Да заболела я. Отравилась. Живот так скрутило, еле домой добежала.
– Да ладно. Реми тебя где только не искал, – не отставала Танита. Я кожей щеки ощущала её укоризненный взгляд, но рыбки подпрыгивали так забавно, отвлекая меня, что я продолжила врать, почти не покраснев:
– Меня в госпиталь отправили к утру. А что Цербер ничего Реми не сказала, так она парней вообще не жалует.
– Странно, но и Корвина тоже не было всё это время, – не отставала любопытная подруга.
Где пропадал Корвин, я понятия не имела, так что смело предположила:
– Любовная лихорадка? – и почувствовала, как в груди зарождается злая ревность. Так что предположение вышло весьма язвительным: – Как ушёл с Терри, так и улетел…
– Тэрри как раз была на занятиях.
– Укатала парня, чертовка, – я хмыкнула куда веселее. – Ой, что это? – резкий хруст сломанной ветки раздался для меня оглушительно. И очень вовремя.
Я оглянулась на звук и заметила мелькнувший среди багряной листвы силуэт. Драконий, между прочим, силуэт. Длинные белые, как снег, волосы выдавали Соверга. Род телохранителей Правителя. Интересно, по чью он тут душу?
– Похоже, за нами следит дракон. Кто-то из Совергов.
При этих моих словах Танита беспокойно оглянулась, а вот Нарника продолжила меланхолично грызть лакированный ноготь большого пальца. Ей всё равно? Или просто в курсе слежки?
– Уже скрылся, – разочаровала я Тани и добавила заговорщическим шёпотом: – Но никто не гарантирует, что он нас не слышит.
Больше мы о моих пропавших днях не говорили, болтали о ерунде, травили студенческие байки и периодически громко приглашали Соверга на пироги, смеясь, как сумасшедшие.
Соверг делал вид, что его рядом нет, но стоило девчонкам смолкнуть, а мне прислушаться, и я отчетливо слышала его сердце.
По дороге домой Танита вручила мне свои конспекты:
– На, болезная. Преподам всё равно, болела ты или загуляла. Не выучила тему – лови кол.
– О, спасибо огромное! – улыбнулась я натянуто, оценив намёк на загул с драконом.
Но позже я поблагодарила её куда искренней. За то, что подкинула мне занятие на весь вечер, способное отвлечь от мыслей о Корвине, всяких странностях и жёлтом конверте, засунутом под матрац.
Утром, снова проснувшись ни свет ни заря, я всё-таки открыла злополучный конверт. Прочитала письмо, которое спросонья почти не поняла, – Корвин мелким почерком хвастался своей разработкой, – и снова завалилась дрыхнуть.
Пообещала при этом не писать ему больше. Если я не напишу, значит, не придётся ждать ответа. И думать о нём лишний раз.
Ведь всё, что мне пока нужно – держаться от него подальше и не думать. И я с этим справлюсь. Я сильная! Я куда сильнее какой-то несчастной метки. Вот!
Глава 17. Исход
В воскресенье я так и не прикасалась больше к конверту, проявив чудеса стойкости, в сути своей бессмысленной
