он пытался сообразить, что скажет Виктории. Но голова была совершенно пуста. Оставалось только надеяться на Зеркало.
Наконец дверь открылась. Мама Виктории смотрела на Энди с некоторым удивлением.
— Это снова ты? Виктории, к сожалению, все еще нет дома.
— Нет дома? Но… я не понимаю. Могу ли я ненадолго зайти в нее комнату?
— Да, конечно. Заходи.
Он вновь оказался в комнате с розовыми стенами. Выключенный ноутбук стоял на столе. Странно.
— Неужели она до сих пор так и не дала о себе знать? — спросила Нина.
— Я встретил ее в "Зеркальном мире".
— Ты говорил с ней? Я не понимаю. Почему же ты пришел ее искать сюда? Где она?
— Я не знаю. Пожалуйста, передайте ей, когда она вернется, что я прошу у нее прошения.
— За что?
— За то, что я спросил ее, не хочет ли она выйти за меня замуж.
— Тебе не нужно ни о чем жалеть, Энди. Я уверена, что она не могла обидеться на тебя.
— Но она сказала мне, что больше меня не любит. И чтобы я ее больше не искал.
— Она тебе так сказала?
"Недоверчивое изумление", — прокомментировало Зеркало выражение ее лица.
— Да, — сказал Энди.
— Это действительно очень странно. Я поговорю с ней, когда она вернется домой. Вероятно, это все-таки просто недоразумение. Я попрошу ее связаться с тобой, хорошо?
— Хорошо. Спасибо, фрау Юнгханс.
— Называй меня, пожалуйста, просто Ниной. Пока, Энди.
Ему, грустному и разочарованному, ничего не оставалось, как снова идти домой.
Он вошел в свою комнату и на мгновение замер. На экране ноутбука все еще можно было увидеть виртуальную версию кафе в "Кварри". Аватар Виктории все еще был там. Энди снова надел 3D-очки.
— Виктория?
— Привет, Энди!
— Я люблю тебя!
— Ты мне не нравишься. Я не хочу тебя видеть.
Энди потерял дар речи. Мгновение он просто не знал, что сказать. Но затем наконец он выдохнул:
— Ты не Виктория!
4
Джек быстро пересек большой, залитый светом зал ожидания недавно открывшегося Транспортного центра "Трансбэй"[29]. В пять часов вечера зал был полон пассажиров. Потоки людей протекали через него мутной рекой. Неподалеку прогуливались два охранника в черной униформе. Оба были в очках, подключенных к Зеркалам.
Теперь Джек знал, что специалистам по безопасности понравилось новое особое приложение для Зеркала под названием "Зеркальная защита", которое помогало выявлять нарушителей и предупреждало о различных угрозах. Интернет был полон сообщений о предотвращенных благодаря "Зеркальной защите" пожарах, несчастных случаях и кражах. Множество маленьких детей якобы спасли благодаря устройству. Джек не знал, правдива ли эта информация или она просто пиар от производителя. Но в последние дни он смог убедиться в удивительных способностях Зеркала и научился их ценить. Уже задним числом он понял, как ему крупно повезло, что он не украл уже подключенное Зеркало.
— Цель движется слева, расстояние около пятидесяти футов, — проговорил голос в наушнике.
Раньше Джек показал Зеркалу фотографию Варнхейма, взятую из интернета: мужчина тридцати пяти лет, с растрепанными светлыми волосами, в никелированных очках. Он сказал, что ищет этого человека. И вот теперь владелец портфеля подходил к киоску.
Джек посмотрел на браслет. Варнхейм появился вовремя, минута в минуту. Хорошо. Очевидно, ему действительно во что бы то ни стало надо вернуть свои документы.
Когда Джек позвонил ему со старого городского таксофона и рассказал про "найденный" портфель, оценив свою "находку" в десять тысяч долларов, Варнхейм надолго замолчал. Потом негромким, лишенным выражения голосом проговорил:
— Хорошо. Когда и где?
Джек назвал ему время, место, примету, чтобы его узнать, и повесил трубку. Это было слишком легко. Вероятно, документ стоил намного дороже. Но даже десять тысяч — это было больше, чем необходимо. Поэтому Джек не хотел искушать судьбу.
Если в последний момент всё не расстроится, то он не только расплатится с Майком, но и позволит себе более приличную квартиру и новую одежду. Не сразу, конечно: нельзя показывать, что у тебя внезапно появились деньги.
Он осмотрелся. Варнхейм стоял у киоска и. как и договаривались, покупал журнал "Тайм". Кажется, он пришел один. Охранники игнорировали Джека, хотя его физиономия все еще выглядела довольно потрепанной, несмотря на солнцезащитные очки.
Конечно, на него смотрела дюжина камер наблюдения, но пока он не вел себя подозрительно, это было даже в его интересах.
Здесь, в людном месте, Варнхейм не сможет применить грязные уловки. Не то чтобы Джек ожидал какого-нибудь подвоха от богатенького яппи, но осторожность никогда не помешает.
Джек направился прямо к нему.
— Мистер Варнхейм, пожалуйста, идите за мной, — сказал он, проходя мимо. Не оглядываясь, Джек добрался до скамеек, установленных вокруг светового колодца в центре зала, и сел на ту, что оказалась свободна. Сквозь сводчатое стеклянное покрытие над ним виднелся городской парк, разбитый на площади в двадцать тысяч квадратных метров прямо на крыше терминала.
Сквозь наклонную стеклянную поверхность, которая располагалась за скамейками, просматривалось пространство транспортного центра вплоть до самого нижнего этажа, где останавливались пригородные поезда.
Варнхейм сел рядом, не глядя на Джека. Тот, придерживая портфель за ручку, положил его на скамью между ними.
— Вы принесли плату за находку? — спросил он.
Варнхейм, не говоря ни слова, вручил ему конверт. Джек заглянул внутрь и увидел толстую пачку сотенных купюр. Он пощупал, чтобы убедиться, что это именно доллары, причем бывшие в употреблении, а не липовые бумажки. Пересчитать содержимое конверта не представлялось возможным, но Джек был уверен, что всё правильно. Люди вроде Варнхейма либо вообще не идут на сделку, либо действуют честно, не нарушая соглашения.
Джек выпустил ручку из ладони. Варнхейм положил портфель на колени и открыл его.
— Где подарок? — спросил он.
— Вам придется купить новый.
— Если вы сделали копии с документов и попробуете меня шантажировать, я вас убью!
— Идите себе, — спокойно ответил Джек. — Я обещаю, что больше мы не увидимся.
Варнхейм закрыл портфель, поднялся и быстро
