скажет, а люди обижаются. Почему? Для него это всегда было тайной.
Впрочем, он вспомнил: в последний раз он говорил Зеркалу Виктории о том, что хочет на ней жениться.
— Я просто спросил ее, хочет ли она выйти за меня замуж, — сказал он.
Глаза Нины стали просто огромными.
— Что ты ей сказал?
"Изумление", — прокомментировало Зеркало.
— Я спросил ее, хочет ли она выйти за меня замуж, — повторил он.
— Послушай, Энди, я знаю, что ты ей очень нравишься, но…
— Я знаю, что не следует делать предложение женщинам спустя неделю после знакомства. Как вы думаете, она рассердилась на меня?
Мать Виктории улыбнулась.
— Нет, я так не думаю. Возможно, была удивлена, но, конечно, не рассердилась.
— Тогда почему она не хочет, чтобы ее Зеркало сообщило мне, где она находится?
— Я не знаю. Может быть, она потеряла его или нет контакта с зеркальной сетью? Или как там эта штука называется?
— Если ваше Зеркало потерялось, то достаточно просто зайти на специальный сайт в зеркальной, и вам сразу покажут, где оно, — возразил Энди.
— Тогда, может быть, его украли или батарея разрядилась. Не волнуйся, Энди. Скоро все прояснится.
Но ничего не прояснилось. Энди прождал еще сорок восемь минут и разочарованный пошел домой. Трижды он пытался позвонить Виктории, но ее Зеркало по-прежнему говорило ему, что она не может ответить. Он попросил ее перезвонить, но она молчала.
— Как там с Викторией? — спросила мама, когда он вернулся домой. — Она обрадовалась цветам?
— Нет.
— Нет? Но почему?
— Ее не было дома.
— Не было дома? Но почему ты пришел обратно только сейчас?
— Я ждал ее. Но она не пришла.
— О, бедняжка! — сказала мама и попыталась его обнять. Однако Энди вырвался, сказав, что ему не нравятся объятия.
— Я знаю. Прости. Я просто хотела утешить тебя.
— Не надо. Наверняка скоро все выяснится. Мне так мама Виктории сказала.
— Тут она, безусловно, права, — согласилась мама. — Ты оставил ей сообщение?
— Я сказал ее Зеркалу, чтобы она мне перезвонила.
— Тогда она наверняка скоро позвонит.
— Я надеюсь.
2
— Карл! Как я рад, что ты заглянул ко мне!
Отец обнял его несколько неуверенно. После анафилактического шока у него сохранились небольшие проблемы с координацией движений, но интеллект, к счастью, не пострадал. Они сели на веранде, выходившей в маленький одичавший садик, и отец смешал им по ледяной "Маргарите".
— Извини, что раньше не заезжал, — сказал Карл. — Последние дни выдались очень беспокойными.
— Это мне понятно. Ты теперь почти как Стив Джобс.
— Ха! Ну как сказать… Я чувствую себя скорее как сообщник воротил из ГИС.
— Ты жалеешь, что пришлось продать контрольный пакет акций?
— Конечно. Хотя другого выхода у нас не было. В одиночку мы бы никогда не справились с производством. Наши инвесторы давили на меня, чтобы сделка состоялась.
— Конечно, здесь все упирается в деньги. Но деньги — не то, что может заинтересовать тебя в первую очередь.
— Ты прав. Я. честно говоря, понятия не имею, что делать со всеми своими деньгами.
Его отец кивнул.
— Это мне понятно. Я бы сказал — пожертвовать, но это не так просто. Хотя, наверное, есть еще другие возможности.
— Какие, например?
— Начни что-нибудь новое.
— Ты имеешь в виду, что я должен покинуть "Уолнат Системс"?
— У тебя творческий ум, мой мальчик. Ты не из тех, кто может просто быть топ-менеджером. Ты прекрасен, когда создаешь что-то новое, работая в маленьких эффективных командах. "Уолнат Системс" уже давно тебя подмяла. Я чувствую твое разочарование.
Почему-то Карла рассердила такая оценка. Возможно, потому что отец попал в яблочко.
— Забавно слышать это от тебя, папа. Эрик рассуждал так же. Он подвел меня.
Отец кивнул.
— Понимаю.
— Понимаю? Это все, что ты можешь по этому поводу сказать? Я считал его своим другом! А он меня так подвел! И ты с ним соглашаешься! — Карл еле сдержался, чтобы не швырнуть в сад бокал с коктейлем. Тот гнев, который он ощущал после разговора с Эриком, вернулся.
— Я не согласен с ним и не считаю нормальным его уход из компании без вашего обоюдного решения. Но я понимаю его.
— Если бы я и захотел убежать из фирмы, то не смог бы. Без меня воротилы из ГИС мгновенно испортят все, что связано с Зеркалами. На мне ответственность перед своей командой, да и перед множеством пользователей Зеркал.
— Я всегда восхищался твоим подходом к делу, Карл, тем, что ты способен взять на себя ответственность за других. Это у тебя от матери. Она бы сделала то же самое. Она считала правильным жертвовать собой, но не бросать людей, которые доверились ей.
Они оба замолчали на мгновение. Карл почувствовал, насколько болезненна для него до сих пор смерть матери. С ней он гораздо охотнее обсудил бы сложившиеся обстоятельства. Отец прав: она бы его ободрила и призвала дальше выполнять свой долг, а не выбирать для себя легкий путь. Это придало бы ему новые силы. Может быть, именно этого пытался сейчас добиться отец.
Чтобы сменить тему, Карл поинтересовался у отца, как обстоят дела с новой книгой, которую тот начал писать. Однако маневр не удался.
— Куда Эрик уходит? Он хочет начать что-то новое?
— Похоже. Он собирается в Стэнфорд.
— Он хочет вернуться в университет? Почему? Не замечал в нем склонности к теоретическим изысканиям.
— Речь идет не о занятиях теорией. Он хочет создать своего рода конкурентный продукт, который должен вытеснить Зеркала с рынка. Начать все с чистого листа.
— Ой! Похоже, вы крупно поссорились.
— Нет. Он так решил без всякого повода с моей стороны. Когда я спросил его, что я не так сделал, ответа не последовало.
— Разве разработка аналога Зеркала не нарушает законы честной конкуренции?
— Нет. Пока новая разработка не
