Ух! Это был удар ниже пояса. Так-то он молодцом, конечно, но губы на миг поджал, а я ж внимательная такая, особенно когда наблюдаю.
- Любой конь может быть твоим. Зачем тебе осло?
Решил меня переупрямить? Не выйдет.
- Для особо одарённых объясняю на пальцах: пока я на лошади научусь ездить - рак на горе свистнет, а осёл как раз - приемлемый вариант: ниже, удобнее, падать невысоко. А каждый раз дёргать тебя, чтоб в деревню смотаться, не вижу смысла. Не царское это дело - извозчиком работать.
Кажется я его достала. Он провёл ладонью по лицу: видать, переваривал.
- Какой рак... какая гора... Буду благодарен, если ты будешь говорить... проще, яснее.
- Я постараюсь, - великодушно пообещала я, вовсе не собираясь стараться.
Он понял. Вот тоска-то...
- Пошли завтракать. И... я постараюсь придумать что-нибудь с одеждой и ослом.
Он надавил голосом на слово "постараюсь". Так, что если бы я была чувствительнее, то захотела бы извиниться. Но ещё чего не хватало - извиняться за мысленное враньё.
- Но о том, чтобы ездить в деревню в одиночку, - даже не думай.
- Даже и не думаю, - легко согласилась я, зная, что это обещание - тупое. Мне бы только на осле удержаться да знать, что ушастое такси спокойно перевезёт меня по невидимой дороге, - а дальше меня никто не удержит.
Глава 25
Между будущим и прошлым. Геллан
Они забыли про Милу. Спорили, как дети... У Дары есть этот дар: выбить собеседника из равновесия и заставить смотреть не свысока, а глаза в глаза, на своём уровне.
Могли бы и догадаться: Мила обязательно придёт навестить Тяпку. Они заметили её слишком поздно, увлёкшись словесными баталиями.
- Шаракан, - выругался Геллан.
- Чёрт! - одновременно ругнулась Дара.
Они молниеносно посмотрели друг другу в глаза и встали рядом, рука об руку, закрывая спинами Жерель. Но опоздали.
Круглые глаза. Почти чёрные от расширившихся зрачков. Она успела увидеть, поэтому всё ещё пыталась заглянуть за две спины: вытягивала шею, вставала невольно на носочки, но два плотных тела, прижатые друг к другу так сильно, что казались единым целым, стояли не шелохнувшись.
- Ж-ж-жерель, - прошептала девчушка и посмотрела вначале на Геллана, а затем на Дару, ища подтверждения своей догадке.
- Мила... - начал осторожно Геллан, но Дара его перебила.
- Ну Жерель. И что?
Она поспешно одёрнула руку и сердито посмотрела на Геллана:
- У меня ещё со вчера синяки от твоей лапы, перестань без конца меня тискать! Она всё равно увидела - раз, а во-вторых, увидела бы завтра или ещё когда. Или ты запретил бы ей ходить в сад, стращая, как батюшка?
Он всё равно сжал её руку. Осторожно, чтобы внимание привлечь. Дара проследила за его взглядом. Мила улыбалась. Улыбалась!
- Н-не р-р-ругайтесь. М-м-можно?
Она подошла к ним и неловко, бочком, протиснулась между тел, встав на краю Жерели. Геллан и Дара стояли по обе стороны, готовые в любую минуту прийти на помощь. Но Мила не нуждалась в их самоотверженности.
Присела на край насыпи, приминая землю. Провела маленькой ладошкой над Жерелью, любуясь золотым дыханием Ока Дракона. Очертила пальчиком вертикальную черточку. Всматривалась пристально, словно зная, что делает. Смотрела, будто видела что-то. И улыбалась - светло, радостно, открыто.
Дара не поняла, когда стиснула руку Геллана. Впилась пальцами в кожаную перчатку, как в якорь.
- Ты решила сломать мне руку в отместку? - прошептал он, не делая попытки освободиться от крепкого пожатия.
- Я сплю?.. Это наша Мила?..
Ему понравилось, как она сказала это. Будто согрела сердце горячим дыханием.
- Не спишь. Кажется, они нашли друг друга.
Что он хотел сказать этим, не понятно. Но Дара не стала переспрашивать. Она только смотрела на маленькую фигурку на земляном валике и понимала: произошло что-то правильное.
Мила поднялась, слегка поправила рукой примятую землю. Всё та же угловатая девчонка - неловкая, зажатая, сутулая. Повернулась к ним, но смотрела куда-то вдаль... И глаза - золотые, с вертикальными зрачками.
Дара задохнулась. Геллан успокаивающе пошевелил пальцами под ее рукой. Мягкие густые ресницы сомкнулись, а через секунду на них смотрела Мила - привычная, такая, как всегда.
- Мы завтракать будем? С вами с голоду помереть можно, - Дара нашла в себе силы сказать это ворчливо, будто ничего только что не произошло.
Геллан подошел к Жерели, аккуратно поправил мечом насыпь, убирая вмятину от Милиного тела.
- Да, пора. А потом - в деревню. Миле - на урок Иранны, а нам... с ткачиками да коровами разбираться. Да? И осло заодно поищем. Хотя на кой он тебе нужен - не понятно. Но пусть будет так.
К завтраку они безнадежно опоздали. Все заметили и боевой наряд Геллана, и грязно-зелёные пятна на одежде.
- Вот... а ты ещё про молчунов-деревунов толковал, - прошипела Дара сквозь зубы. - Да через час даже камни будут знать, что тут происходит что-то не то.
- Помолчи, Дара. Умойся, переоденься - и в едовую.
В столовую Дара вошла с надутым лицом. Мягкое платье хорошо смотрелось на ней, но девчонка считала иначе.
Завтракали молча, быстро. Даже Мила не размазывала еду по тарелке. После завтрака Геллан потянул Дару куда-то. Она молча плелась сзади, думая о чём-то своём, обрывочно-смутном. Геллан старательно пытался не слушать её мысли, но сегодня она стала ещё ближе, поэтому сдерживать себя было тяжело.
Комната, куда Геллан привёл Дару, покрылась белым налётом. Дара сдула мейхоновую пыль и чихнула.
- Ну, и сколько веков сюда не ступала нога человека?
- Много. Это кладовая, где хранится одежда. Старая одежда, - уточнил он и начал выкладывать вещи с полок. - Ищи, что тебе подойдёт.
С рубашками проблем не было. Почти любая впору. Со штанами дело оказалось куда печальнее.
- Издеваешься, да? Ты же прекрасно знаешь, что ни одни на меня не налезут.
Геллан улыбнулся. Когда-то он носил эту одежду в детстве. Конечно же, штаны будут... узковаты для девочки.
- Женщины у нас не носят брюк. Тебе придётся подождать, пока сошьют по размеру. Или перешьют со взрослого.
- А пока я вынуждена буду семенить в платьях, - язвительно сказала она и поплелась вглубь, на ходу осматривая всё, что попадалось на глаза. - А это что?
Она упёрлась в огромные сундуки, стоявшие почти у стены.
- Не знаю. - пожал он плечами. - Но можем посмотреть. Они... очень старые. Видимо, из тех самых веков, о которых ты толковала.
Дара попыталась поднять крышку. Было забавно смотреть, как она пыхтит.
- Хватит пялиться и лыбиться, - скомандовала она. - Помогай.
