Ни хрена, почему ты такой стойкий!
— Мама с папой постарались, — я натянул улыбку, стараясь выровнять дыхание.
Под конец такой игры сил осталось немного.
— А Шахматист хорош! — послышалось со скамейки выбитых из круга.
Следом отработал Филимонов, не так жестко, как Лева с Коляном, а в режиме экономии энергии. Пацан прекрасно понимал, что следующим свистком перчатка укажет на него. Я, слегка пошатываясь, вернулся в строй, мы побежали, и следующий свисток вывел в центр Филимонова.
— Держись Леха, — я хлопнул его перчаткой по плечу.
Вид у Лехи был уставший и обреченный. А Лева и Колян, заметив это, о чем-то начали перешептываться. Решили, значит, действовать сообща. Козлы, конечно. Задумка стала понятна сразу. Лев подскочил к Лехе и принялся один за другим пробивать ему апперкоты под дых. А Колян следом начал делать то же самое. Естественно, Леха опустил перчатки и тут же прилип на крюк в голову… устоять не получилось. Он поплыл, опуская перчатки.
— Стоп! — остановил разошедшегося Колю тренер.
Бегать дальше не имело смысла — нас осталось четверо. Лева, Колян, Тимоха (ужасно молчаливый) и, как бы ни претило это хулиганам — я. В их глазах занявший место Шпалы и разъединивший компанию.
— Ну что, соколики, — тренер осмотрел нас требовательным взглядом. — Вот у нас и определились кандидаты. Правда, что с двумя легковесами делать — вопрос. Эх, тяжа бы мне хорошего, — он вздохнул. — Ну, поехали, что ли, чемпионы. Попросим Романа Альбертовича нас подвезти. Я пока договорюсь, у вас полчаса на сборы. А остальные получают незаслуженный выходной!
Особой надобности собираться у меня не было. Я покидал в рюкзак (который прежде пришлось разгрузить) перчатки, бинты, капу. И, сходив в душ, начал скучать, пережидая время, оставшееся до поездки. Ну а пока скучал, заприметил Сеню. Тот уныло брел по тропинке к столовой.
— Эй, алё! — окликнул я его.
— О! Миха!
— Чего это у тебя рожа кирпичом, родной? — хмыкнул я. — Деловой такой.
— Как че, — Сеня, довольный, улыбнулся. — С турников шел.
— Да ну? — я изогнул бровь. — Сам?
— Ну а как, если ты все время тренировках, — возмутился толстяк.
— Уважаю… — я смерил его критическим взглядом, прищурился.
Все-таки Сеня был здоровым лбом. Он действительно начал приводить себя в форму и заметно схуднул. Так что если раньше пуговицы на рубашке местами даже не застегивались, то теперь рубашка уже не смотрелась, как на натянутом барабане. Тренировки на турниках дали эффект, но антропометрия у толстяка все же была внушительной, про таких еще говорят — природный тяж. Вспомнились слова тренера про нехватку у него тяжеловесов в зале.
— Слушай, у меня к тебе предложение, подкупающее своей новизной, — снова заговорил я. — А ты не хочешь на бокс попроситься?
Сеня аж вздрогнул от неожиданности.
— А? Я? На бокс?
— Ты ты, из тебя отличный тяж выйдет, — закивал я.
— Ну… не знаю, где я, а где бокс, и вообще — я ведь заниматься только с тобой пошел… — начал оправдываться Сеня, но я легонько хлопнул его кулаком по пузу.
— Не дрейфь. Поговорю с тренером.
Сеня покивал как-то отстраненно, но в глазах его что-то блеснуло. Я видел, что он согласен, просто пока буксует. Слишком крутым представлялся ему такой поворот в жизни.
— Михаил, собрался? — услышал я в этот момент оклик тренера. — Мы выезжаем!
Старик уже договорился с Ромой, и они оба стояли у входа в зал. Как и собранные в дорогу пацаны.
— А вы куда?
— Плюшками баловаться, — привычно отмахнулся я.
— А-а… — сник тот.
— Говорю, поедем к другим боксерам на сборы, тренер пригласил. А ты подумай, я с тренером поговорю, чтобы тебя взяли.
Вообще-то я и сам был пока там на птичьих правах, но попытка не пытка. Сеня снова толком не ответил, но было понятно, что мое предложение его заинтересовало.
— Ну что, пацаны, прокатимся с ветерком? Айда за мной!
Мы пошли к автомобилю Ромы, который был спрятан от прямых лучей солнца под небольшим навесом за медчастью.
— Там дорога нормальная? А то у меня ходовая… — Рома первый завернул за медчасть и вдруг запнулся. — Какого черта⁈
— Ниче се… — выдохнул Колян.
Я завернул за здание — и чуть не подавился от смеха. Жигуль Ромы кто-то закидал сырыми яйцами. По всей машине было разбито десятка два яиц. Судя по тому, что желток с белком основательно подсохли, хулиган сделал это ранним утром.
Отдраить машину теперь будет не так-то просто. Это так и лакокрасочное покрытие можно попортить. Рома схватился за голову.
— Найду, кто сделал, и уши пообрываю! — взвизгнул он.
Тренер по боксу кашлянул в кулак.
— Ладно, ребята, поскольку у Романа Альбертовича ЧП, придется нам пешочком идти до автобусной остановки.
Глава 16
Поездка на общественном транспорте вышла не из приятных. Мы подошли на остановку и долго ждали под прямыми лучами солнца. Тренер, смахивая пот со лба, то и дело ставил руку козырьком, высматривая автобус.
— Где же он, зараза такая, есть? — бурчал он.
— Так вот расписание, — Колян указал на вывешенную на столбе табличку.
Если верить ему, мы подошли всего через десять минут после того, как отбыл автобус. До следующего оставалось чуть больше часа.
Сполна почувствовав себя запеченным картофелем, брошенным на угли, мы, наконец, дождались транспорт.
— Едет, слава тебе господи, поднимаемся!
Сначала послышалось дребезжание на старых рессорах
кузова, целиком сваренного из стали. А потом из-за поворота выехал пазик самой первой, 652-й модификации. Я узнал его по характерному расположению радиатора, стоявшему справа от двигателя, а не перед.
Разморенные солнцем, мы с пацанами поднялись, когда пазик подъехал, открыв обе пассажирские двери.
Внутри тоже была настоящая баня. Народу в салоне почти не было, и за пару минут дороги я успел вымокнуть полностью, как будто перевернул на себя бочку с водой. Шику добавлял запах гари, буквально наполнивший салон.
— Шофер, нам бы воздуха дать чуть-чуть! — попросил тренер.
Он вытащил носовой платок, чтобы утирать пот, и тот тоже очень быстро превратился во «влажную салфетку». Водитель в ответ открыл обе двери, и в салон ворвался воздух, пусть и раскаленный. Стало легче, и к тому моменту, как мы приехали, я
