— Бедняжка моя, тише… — как-то сдавленно прошептала, заметно пытаясь сдержать эмоции, отвернулась.
Я захотела приподняться, но она это почувствовала и, положив ладонь на моё плечо, несильно толкнула обратно, заставляя принять прежнее положение. Только сейчас я отвлеклась и посмотрела в другую сторону, знатно удивляясь. Настороженно, не сводя цепкого взгляда, смотрела и хлопала глазами. Заметив это, Мими медленно обернулась в сторону стоящего.
— Теперь вы сможете сказать, что с ней случилось? — с волнением в голосе спросила Мими, а Азазель уверенно кинул, закрепляя на мне внимательный и какой-то слишком серьёзный взгляд.
Задумчиво оглядел и, сделав несколько широких шагов, присел на кровать, почти рядом со мной. Встрепенувшись крыльями, тяжело выдохнул и посмотрел на меня теперь более строже, настолько непривычно, что по телу пробежались мурашки.
— Сейчас всё узнаем, — он отвечал дьяволице, которая не сводила с его занятного взгляда, но он всецело смотрел на меня. — Вики Уокер, для того чтобы понять, что с вами случилось, мне нужны честные ответы.
Я не знала, что такого мог спрашивать учитель, но внутри всё тревожно сжалось от слишком плохого или подозрительного предчувствуя. Поджав почти незаметно для нёбо губы, чувствовала, как сердечко тревожнее забилось, но всё равно медленно кивнула, стараясь по чертам его лица всё понять.
— Это очень хорошо, — как-то странно улыбнувшись, он кинул взгляд куда-то вниз. Я сразу поняла, что он посмотрел на моё запястье, лежащее на тёмной ткани и укрывающее моё тело. Аккуратно перехватил своей ладонью и, не спуская с меня внимательного взгляда, приподнял вверх, позволяя снова увидеть эти необъяснимые следы. — Видите, на вашем запястье след от чей ладони, — увидев мой неуверенный кивок, сопереживающий, перевел взгляд на след и как-то слишком дотошно всматривался. — Такие следы на теле появляются не просто так. Они значат очень многое…
— Так объясните наконец-то, — раздраженно бросила дьяволица, цепляя на него острый и недовольный взгляд. — Я привела вас сюда, потому что произошло мне неизвестное, а вы устаиваете какую-то тупую клоунаду, оттягивая момент.
— Не злитесь. Мне мои догадки нужно подтвердить, но без Вики я не могу этого сделать, — перевёл спокойный взгляд с Мими на меня. — Уокер, отвечайте только честно. У вас была с кем-то… Близость?
В горле резко пересохло, а волнение внутри стало увеличиться в чувствующихся размерах. Непонимающим взглядом старалась смотреть на него, но чувствовала бешенный пульс вены на шее, немного отвлекающий.
— А как это связано с этим? — метнула рассеянный взгляд на след, находящийся на запястье, боясь перевести обратно взгляд на учителя.
— Поверьте, очень даже сильно, — как-то внушительней проговорил, замолчал на долгую для меня паузу, но неожиданно снова спросил: — Так что, Вики Уокер, у вас была с кем-то близость?
Понимая и осознавая, что только с честной правдой получу ответ, тяжело выдохнула и опустила глаза на свои вишневые локоны, растрёпанно разбросанные во все стороны.
— Была… — тихо прошептала, надеясь, что учитель этого никак не услышит, но боковым зрением увидела его понимающий кивок.
Я чувствовала на себе удивлённый и закреплённый взгляд Мими, но боялась посмотреть на неё. Лишь смотрела на свои переливающиеся живым блеском локоны, надеялась, что этот допрос, толком не начавшись, сейчас же закончится.
— Теперь мои догадки кажутся подтверждёнными… — он как-то медленно опустил мою руку на ткань, а я заинтересовано и одновременно насторожено посмотрела на учителя, который смотрел на меня каким-то восхищенным и заинтересованным взглядом. — Надеюсь, Вики, вы слышали мою лекцию о «связанных по не воле»? — медленно кивнула, сомнительно и остерегающе смотря на него. — Значит помните, что связь таких появляется неожиданно и негаданно, что она у всех индивидуальная.
Он как-то странно замолчал, а я чувствовала, как внутри меня что-то проваливается и пустеет. Словно воздуха не хватает или вовсе нет лишь от одной мысли, которая во мне приостанавливает всё, что только возможно. В голове уже была неуверенная догадка, но я не знала, как к ней относиться.
— Но почему мне тогда было больно? — тихо спросила, а от моего вопроса его взгляд стал каким-то сожалеющим и грустным.
— Потому что тот, с кем вы связана теперь… — сделал какую-то угнетающую паузу, от которой пальцы непроизвольно сжали ткань. Смотрела на него с немым вопросом, из-за которого он продолжил, но более сожалеюще: — Решил отдаться измене…
Невероятная пустота. Я в прямом смысле ощущала, как внутри что-то треснуло или даже разбилось. Ощущала пульсирующий ком в горле и чувствовала, как негаданные и ненужные слёзы скапливались в уголках глаз. Смотрела на учителя с горечью и неверием, полным негодованием, но он только опечалено хмыкнул, отводя взгляд на сидящую Мими, которая была удивлена и от шока продолжала молчать. Лишь смотрела на учителя с удивлением, а потом на меня с какой-то болью и грустью.
— Эти следы появились из-за его измены с другой. Куда он её прикасался, там и появлялись следы, только на вашем теле, — расстроенно проговорил и неспешна встал, поправляя невзначай одежду. — Ваша с ним близость окончательно закрепила связь, поэтому с вами это происходит. Каждая ваша тяга друг к другу, ваши странные ощущения или случайные движения при его приближении — это всё связь. Вы просто наконец-то нашли свою вторую половинку, можно это так назвать…
Я вроде его слышала, а вроде и нет. Чувствовала, как слёзы неконтролируемым потоком текли по щекам, а душа и вовсе опустела, оставляя убивающий холод внутри. Словно с этими произнесёнными словами из меня вытащили нужное и необходимое тепло, которое согревало и оберегало. Мне хотелось кричать, биться в истерике и сносить всё на своём пути, но я продолжала неподвижно лежать и, сжимая лишь пальцами сильно ткань, смотрела в одну точку.
— Этот след исчезнет через несколько дней. Больше такой боли вы уже не испытаете, но если такое повторится, временных следов не избежать… — грустно проговорив, кинул на непонимающую Мими взгляд.
— Это останется между нами?… — как-то отрешенно спросила его Мими, а он только кивнул и, понимающе посмотрев на дверь, поспешно вышел из комнаты, оставляя нас в гробовой тишине угнетения.
Я не знала, нужно ли сейчас что-то говорить, но явно не могла из-за душераздирающей боли в груди. Я пожертвовала всем возможным, своим будущем ради него. Несколько грёбаных ночей страдала, захлёбывалась слезами и боялась потерять только его, но он, видимо, считал это весёлой и беззаботной игрой. Я оказалась временной игрушкой, теперь выброшенной им на произвол судьбы.
Он притворно шептал мне на ушко, что не причинит боли, но сам в это время бережно протекал основания кинжала, готовясь воткнуть в моё сердце, когда я не буду готова. Он дождался, прекрасно просчитал всё, и стоило мне только на несколько минут поверить и помечтать о нашем неизвестном будущем, как безжалостно поломал меня, воткнув и прокрутив. К горлу вместе с комом подступала тошнота от мысли, что он прикасался к ещё кому-то кроме меня.
Что его руки сжимали чьи-то запястья, но только не мои. Что он кого-то трахал, вообще не думая обо мне и моих чувствах. Я просто не заметила, как его сладкая ложь всецело пропиталась в меня, а я и не пыталась распознать её среди его потока страсти и вожделения. Мысль, что мы связаны, теперь душила меня невидимыми узлами на шее. Мне хотелось скинуть их с себя, но они, оказалось, давно впились в кожу — намертво.
Не сдержавшись, громко всхлипнула и прижала сжатый кулак к трясущимся губам, стараясь не впасть в истерику. Ведь боль, что накрыла моё тело и душу, была неописуемой. Она была такой же безжалостной и безразличной, какой оказался внутренний Люцифер. Мими, сидящая и наблюдающая за мной с заметным напряжением, больше не могла бездействовать. Придвинувшись ближе, очень крепко обняла, а я чувствовала очередное отвращение к себе.
