И он так же резко, как и перешел на крик, смолк. Словно выплеснулась порция накипевшего и временно наступило облегчение. Стараясь не встречаться с сестрой глазами, он сел за стол и вытряхнул из пачки очередную сигарету. Инга молча наблюдала за тем, как он курит: рука с зажатой в пальцах сигаретой дрожит от нервного напряжения, пальцы другой руки он нервно с силой сжимает и разжимает в кулак.
– Вадим, дай мне, пожалуйста, телефон Ларисы.
Он удивленно вскинул на нее глаза.
– Зачем?
– Мне надо, Вадим, очень. Прошу тебя, – Инга, сложив руки как будто в мольбе, с жалобной интонацией в голосе попросила. И видя, что он колеблется, терзаемый противоречивыми чувствами, еле слышно добавила:
– Пожалуйста, Вадька…
– Она не захочет с тобой разговаривать. Это бесполезно, Инга!
– Она не хочет разговаривать с тобой, а мне еще не отказала. Вадим, мне нужно встретиться с ней.
– Сомневаюсь, что у тебя получится, – он горько усмехнулся, но все же сходил за своим сотовым. Инга торопливо достала из кармана мобильник и набрала продиктованный номер.
Трубку долго никто не брал. Инга, нервно покусывая губы, расхаживала по кухне, Вадим, затаив дыхание, следил за ней. Словно от того, возьмет ли Лариса трубку, зависела их жизнь. Она взяла.
– Алло? Лара, здравствуй. Это Инга…
Пауза… Вадим, боясь пошевелиться, следит за сестрой, ловя каждое ее слово.
– Прими мои соболезнования…
Снова короткая пауза. Видимо, Лариса благодарит за вежливое внимание.
– Нет, Лара, это не он попросил меня позвонить тебе…
Ингин взгляд на Вадима – короткий, словно случайный.
– Мне нужно встретиться с тобой. Понимаю, что сейчас не время, да и ты, возможно, совершенно не жаждешь видеть меня, но, поверь, это очень важно. Не телефонный разговор.
Еще пауза. На этот раз долгая. Инга, чуть нахмурившись, слушает, что ей говорят. Чиркает зажигалка – Вадим, не выдержав напряжения, в очередной раз закуривает.
– Как можно скорей. Я постараюсь все объяснить тебе при встрече… Когда? Если бы можно было сегодня… Я бы заехала за тобой… Лучше ко мне… Спасибо, Лара. Диктуй адрес… Я заеду за тобой примерно через полчаса… Обратно тоже привезу… У Вадима попрошу… Нет, его точно не будет, не волнуйся… Понимаю… Это я тебе обещаю… Я позвоню, когда подъеду к твоему дому, и ты выйдешь. Да. Все. До встречи.
Инга сложила телефон и, глядя брату в лицо, попросила:
– Вадим, одолжи, пожалуйста, на вечер свою машину. Сегодня же верну.
– Ты договорилась с Ларой о встрече?
– Да. Я заеду за ней, и мы поедем ко мне. Лучше поговорить там. Я пообещала ей, что с тобой она сегодня не встретится…
– Замечательное обещание, – Вадим кисло улыбнулся и с силой раздавил окурок в тарелке.
– Машину одолжишь? Я потом завезу Лару домой и приеду к тебе. На обратном пути куплю что-нибудь из продуктов в круглосуточном маркете.
– Да не нужны мне продукты… Сам завтра куплю. Машина на стоянке, знаешь где. Ключи сейчас принесу.
– …Я не могу поверить, что она это сделала специально… Я не верю в то, что Аленка сама выбросилась! Это не самоубийство, Инга! Это что угодно, но не самоубийство, хоть и выглядит так. Где записка?.. Я даже не поверю в то, что Алена могла сделать такое в состоянии аффекта. Кто угодно, но не она.
Лариса почти не притронулась к чаю, который ей налила Инга. Они снова сидели на уютных пуфиках, как в прошлый раз. Только тогда Лариса была очень счастливой, а сейчас, под гнетом большого горя, она даже не замечала, как по ее щекам катятся слезы.
– Я не знаю, как она оказалась в квартире Вадима…
– У нее были ключи. Помнишь, я еще при тебе вернула брату запасную связку? Так вот, они каким-то образом оказались у Алены. Вадим их где-то потерял, а она нашла, – Инга пояснила и, нахмурившись, потянулась за пачкой сигарет. Обычно она не курила в комнате, но сейчас махнула рукой на все свои правила. – Вадима не было дома, когда это произошло. Он был у меня.
– Она не могла сделать так умышленно, Инга, – Лариса полными слез глазами посмотрела на свою собеседницу. – Скорей всего это был нелепый несчастный случай… Аленка сказала, что будет добиваться Вадима, чего бы это не стоило… Даже грозила тем, что испортит ему карьеру, если выйдет не по ее… Такое ее отчаяние. Она сказала, что беременная… Наврала мне в этом… Я поверила… Я бы не стала ей мешать, ушла бы в сторону. Я всегда так делала… У нее не было столь серьезной причины для самоубийства. Тем более что с Вадимом она не выяснила отношения до конца … Господи, ну почему произошло так?..
Лариса закрыла лицо ладонями и шумно подышала, стараясь успокоиться.
– Где у тебя ванная? Я умоюсь…
Инга проводила гостью в ванную.
– Ну вот… Я немного успокоилась… Извини, – Лариса, вернувшись в комнату, выдавила кислую улыбку и опустилась на пуфик.
– Налить тебе свежего чаю? Или кофе сделать?
– Нет, лучше чаю… Спасибо, – Лара с благодарностью приняла чашку и поднесла ее ко рту обеими руками. Чай был очень вкусным, Инга, как Вадим и упоминал в прошлый раз, заваривала потрясающий чай.
– Я знаю, что это такое – терять близких. Утешения бесполезны в таких случаях. Это надо принять, как есть, попытаться сжиться с этим. Хоть это и тяжело очень… – Инга, не глядя на Ларису, глухо проговорила и снова выбила из пачки сигарету. Много же она за сегодняшний день курит… Практически сигарету за сигаретой.
– Мы с Вадимом рано остались одни. Когда нам было по три года, умер папа, а в десять – маму сбила машина. Мы остались с бабушкой. До окончания школы жили с ней – в небольшом приморском городке. А потом дядя – папин младший брат – забрал нас в Москву. Помог обустроиться, содержал, пока мы учились. И сейчас нас поддерживает. Вадьке он помог с работой, мне вот – с жильем. У него нет своих детей, мы с Вадимом для него – как родные. Был когда-то женат, да развелся, вся его семья – работа да мы с Вадькой… – Инга задумчиво улыбнулась. – Бабушку я тоже хотела перевезти в Москву, но она отказалась. А два года назад она тоже умерла.
– Инга, а… как сейчас… Вадим? – вопрос дался тяжело. Лариса почти все время, что находилась у Инги, мучалась им, не решаясь задать. Казалось бы, что после того, что произошло, ее больше не должно интересовать все, что связано с Вадимом. А вот нет же…
– Вадим? Вадим поступил, как настоящий мужчина, – Инга ухмыльнулась. – Напился вдрызг! Вот, чем дольше живу, тем сильней убеждаюсь в том, что сильный пол – это женщины.
Лариса улыбнулась и спросила разрешения закурить. Инга кивнула и с улыбкой произнесла:
– Чудесный у меня братец – чего я только от него не наслушалась в свой адрес, пока пыталась разбудить и привести в чувство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
