– Так кто Вы? И зачем ко мне приходите?
– Я прихожу, чтобы забрать свое. И ты мне в этом поможешь.
– Я не знаю, что вам нужно!
Алена села на диване и, словно отгораживаясь от женщины, обхватила колени руками. Ей неприятно было, что незнакомка в упор рассматривает ее. Женщина остановила взгляд на вырезе Алениного свитера и удовлетворенно улыбнулась:
– Мне нужно только мое, Алена, и ничего больше. А я взамен сделаю так, что он с твоей сестрой не останется.
– Он и так с ней не останется! Я придумала, как это сделать!
Женщина, запрокинув голову, засмеялась, словно Алена сморозила несусветную глупость.
– Девочка моя, наслушалась ты нелепых советов! Твой способ, может, и сработает, но надолго ли? Обман вскроется, и тогда он уйдет от тебя. Вымышленной беременностью тебе не удержать его. Здесь задействована совсем другая Сила, а справиться с ней только я могу. С твоей помощью. Поможешь мне?
– Что вам надо? – Алена настороженно спросила. Ей не понравилось, что женщина, которая до сих пор не сообщила о себе ничего, так легко раскусила ее обман.
– А вот это уже правильный вопрос, девочка моя! Сегодня я открою тебе тайну…Очень древнюю тайну! И ты поможешь мне воплотить одно маленькое предсказание. Я долго искала того, кто может это сделать. Поверь, я очень долго ждала!
– Что это за тайна? Рассказывайте! – любопытство взяло верх, и Алена, боясь, что женщина исчезнет, так ничего не рассказав, поторопила ее.
– Пойдем! – женщина встала и направилась к окну. Она словно плыла по воздуху, еле касаясь ногами пола. Ее белые одежды и длинные черные волосы развевались, как от легкого ветерка. Алена поднялась с дивана и, завороженная предвкушением скорого открытия какой-то древней тайны, последовала за женщиной. По комнате словно и в самом деле прошелся прохладный ветерок, Алена зябко поежилась и скрестила на груди руки, закрываясь от внезапного холода. Женщина тем временем открыла окно и как-то незаметно очутилась на подоконнике. Как она туда забралась, Алена проследила.
– Я проведу тебя по лабиринтам древнего предсказания, буду твоим гидом. Ты сама все увидишь. Пойдем!
– Куда? В окно?! – Алена испугалась и отшатнулась. А вдруг эта женщина – сумасшедшая?
– Нет, Алена, не в окно! – незнакомка рассмеялась испугу девушки. – Это ведь уже не окно, смотри! Это – дверь в другой мир. Пойдем, не бойся. Дай мне руку!
Алена медленно протянула ладонь незнакомке и тоже чудесным образом оказалась на подоконнике. Как вскарабкивалась на него она совершенно не помнила, просто увидела себя стоящей перед открытым окном. Но незнакомка оказалась права – это было уже не окно, а старая резная дверь из рассохшегося и потемневшего от времени дерева. И улицы за ней не было. Боязливо заглянув в дверной проем, Алена увидела длинный коридор, освещенный светом, льющимся откуда-то из его глубин.
– У тебя еще есть шанс отказаться. Ты не узнаешь тайны, но это не так страшно. Я смогу найти другого человека, который мне поможет. Но твой любимый уйдет от тебя к твоей сестре.
– Нет! Я не откажусь, – Алена бросила на незнакомку короткий решительный взгляд, и та ласково и как будто облегченно улыбнулась:
– Ну, тогда идем?
– Идем.
И Алена шагнула вслед за незнакомкой в дверной проем.
– …Лариска, да проснись же! Проснись!
Ее кто-то настойчиво тормошил за плечо, а над ухом назойливым жужжанием раздавался электронный звон. Противный будильник! Выбросить его в окно…
– Лескова, твою мать, разлепи глаза! Твой мобильный звонит!
– А? Что? – Лариса неохотно открыла глаза и села. Комната Майкина, голова раскалывается от боли, мутит ужасно – «приятное» пробуждение! Слава богу, телефон заткнулся…
– На, перезвони сама. Это, похоже, твой отец тебе звонил.
Майка бросила ей на постель телефон и сама присела рядом.
– Ч-че-ерт… – тошнило так сильно, что Лариса, дабы больше не лицезреть расплывающиеся стены комнаты, закрыла глаза и опять легла.
– Пить меньше надо! – подруга тут же бойко констатировала и усмехнулась.
– Больше не буду, – Лариса послушно ответила, мысленно зарекаясь когда-нибудь в жизни еще пить в таком количестве крепкие спиртные напитки. – Го-осподи, и почему так хреново?
– Это у тебя похмелье, дорогуша. Что, разве никогда не испытывала раньше?
– Никогда, – Лариса честно ответила и вздрогнула от вновь заоравшего мобильника.
– Да, пап?
И тут же подскочила на кровати, как ужаленная. Недомогание будто рукой сняло.
– Что?.. Когда?.. Господи…
Майя встревожено наблюдала за внезапно побледневшим лицом подруги. Что-то случилось?
– Да, конечно, я сейчас приеду… Уже…
Лара отключила телефон и закрыла лицо ладонями. Майя, боясь пошевелиться, затаив дыхание, смотрела на нее.
– Майка, мне нужно сейчас уехать. Вызови такси, пожалуйста. – Лариса отняла ладони от лица и подняла на подругу заплаканные глаза. – Аленка погибла.
XII
В дверь звонили – очень долго и резко. Вадим досадливо замычал и нахлобучил на голову подушку. Пусть катятся к чертям, он хочет спать. В дверь перестали звонить, зато позвонили на мобильный. С телефоном оказалось справиться проще – Вадим просто дотянулся до него и отключил вообще. Но назойливый посетитель тут же затрезвонил опять в дверь.
– Пошел на фиг, – он пробубнил под подушкой и повернулся на другой бок. Но заснуть вновь ему так и не дали: настойчивый гость вновь выдал на дверном звонке бодрую трель и для надежности затарабанил в дверь.
– Кто ходит в гости по утрам, тот поступает дурно… – Вадим все же поднялся и, натыкаясь на предметы, потопал к двери. – Убью, гада.
За дверью стояла Инга. На ее лице читалась твердая решимость во что бы то ни стало поднять брата с постели.
– Инга, какого черта?!
– Такого!
Она решительно вошла в квартиру и, заперев за собой дверь, отправилась вслед за Вадимом в его комнату.
– Гадство! – он по пути налетел на шкаф. Потер ушибленный лоб и в сердцах всадил в шкаф кулаком.
– Помогло? – Инга с иронией поинтересовалась, наблюдая, как он потирает теперь уже ушибленную руку.
– Инга, иди к черту… Не мешай спать.
С этими словами он снова лег на диван, зарываясь лицом в подушку.
– Ты на часы смотрел? Видел, который час? – она, не слушая его, уверенно подошла к окну, раздернула шторы и открыла форточку. Холодный порыв ветра ворвался в не проветренное помещение, заставив Вадима поежиться.
– Драгоценная сестричка, к твоему сведению, у меня – недельный отпуск! Так что целую неделю я могу позволить себе роскошь не видеть часы и спать, когда мне хочется и сколько хочется, – он поднял лицо и, глядя на Ингу мутным взглядом, твердо отчеканил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
