В последующие годы у берегов Фиджи появлялись и французская экспедиция под командованием Дюмон-Дюрвиля[Дюмон-Дюрвиль (Жюль-Себастьян Сезар) (1790–1842) — французский мореплаватель и океанограф. В 1822–1809 гг. совершил два кругосветных путешествия. В 1837–1840 гг. плавал в районы Антарктики, где открыл острова Жуанвиль, землю Клары и др. В январе 1840 г. экспедиция Дюмон-Дюрвиля сделала первую высадку на антарктическом побережье. Его именем названо море в Антарктике. — Примеч. пер.], и миссионеры, и, наконец, американцы из экспедиции коммодора Уилкса[Уилкс Чарлз (1798–1877) — американский полярный исследователь. В 1838–1842 гг. возглавлял экспедицию в южную часть Тихого океана и Антарктику, посетил острова Туамоту, Самоа, Тонга, Фиджи и провел их опись. В 1840 г. открыл часть побережья Антарктиды, позднее названную его именем (Земля Уилкса). — Примеч. пер.], которые в 1840 году первыми составили карты этого района. Следует также отметить, что группу островов Оно-Илау за двадцать лет до этого открыли русские во время экспедиции, организованной Беллинсгаузеном[Беллинсгаузен Фаддей Фаддеевич (1778–1852) — русский мореплаватель, адмирал. В 1803–1806 гг. участвовал в первом русском кругосветном плавании под командой И. Ф. Крузенштерна. В 1819–1821 гг. возглавлял кругосветную экспедицию на судах «Восток» и «Мирный», посланную в Антарктику со специальной целью максимального проникновения к югу и открытия неизвестных земель «в возможной близости от Антарктического полюса». В 1819 г. было обнаружено несколько островов в антарктической части Атлантического океана. В январе 1820 г. экспедиция открыла Антарктиду. В феврале снова были достигнуты ее ледяные побережья. В 1821 г. открыты остров Петра I и Берег Александра I. В 1820 г. открыт также ряд островных групп в низких широтах Тихого океана, преимущественно в архипелаге Туамоту. Экспедиция провела разносторонние океанологические исследования значительных океанических областей в полярных и низких широтах. Именем Беллинсгаузена названы море в Тихом океане и другие географические объекты. — Примеч. пер.].
Считают, что первые европейцы поселились на Фиджи в 1801 году, и с тех пор этот архипелаг начинает все более интересовать их, точнее, европейцев, осевших в Австралии, поскольку первыми белыми были в основном ссыльные из Нового Южного Уэльса, которым удалось бежать из заключения. С тех пор этот архипелаг стал привлекать европейцев еще больше.
В течение первой половины XIX века (белые поселенцы были свидетелями тому) между отдельными вождями на Фиджи велись многочисленные войны. Белые помогали советами в этих распрях. Так, например, некий швед, прозванный «диким Карлом», — жертва кораблекрушения американского брига «Элиз» — в качестве военного советника вождя острова Мбау вознаграждался красивыми женщинами. В середине XIX века самыми могущественными на архипелаге оказались два племени. Одно, находящееся на острове Мбау, возглавляемое вождем Рату Какомбау, другое — на острове Лау, руководимое вождем Маафу, который был родом с Тонга, так как островитяне с архипелага Тонга, расположенного менее чем в 200 милях от Фиджи, издавна поддерживали тесные связи со своими соседями.
Соперничество этих двух племен открывало, конечно, большие возможности махинациям разного рода подозрительных «советников», жаждущих обрести на Фиджи влияние, землю для возделывания хлопчатника и сахарного тростника — одним словом, извлечь максимальные выгоды. «Дипломатия» белых авантюристов проявлялась главным образом в том, что они поставляли вождям спиртные напитки и оружие, давали им выгодные для себя самих советы. Они старались также поднять престиж «своего» вождя. Благодаря подобным махинациям удалось короновать вождя Какомбау и сделать его королем Фиджи. Сообщение об этой церемонии мы имеем из первых рук, поскольку в ней участвовал поляк Сыгурд Висьнёвский, который «изучил географию Фиджи, пройдя пешком архипелаг из конца в конец». Висьнёвский — колоритная фигура среди польских путешественников, хотя он не был ни ученом, ни исследователем, ни первооткрывателем. В поисках приключений пускался он в рискованные вояжи. Он занимался, как сказали бы мы теперь, литературным репортажем, а также писал рассказы, в том числе и фантастические. Его «Невидимка» появился задолго до «Человека-невидимки» Г. Д. Уэллса. Сочинения Висьнёвского, которые Юлиан Тувим воскресил из забвения, были изданы в 1955–1958 годах в Польше. Заслуживает внимания тот факт, что повесть «Дети королевы Океании», рассказывающая о коренных жителях Новой Зеландии — маори, стала широко известна новозеландцам, поскольку это единственное в настоящее время произведение, написанное не с позиций британского колониалиста.
Сыгурд Висьнёвский прибыл на Фиджи в 1868 году, незадолго до коронации Какомбау, и участвовал в своего рода генеральной репетиции этой церемонии. Вот что он писал об этом событии[S. Wisniowski. Koronacja króla wysp Fidżi. Warszawa, 1963.]:
«Королевский дворец — обыкновенный деревянный дом… Старый Какомбау, широкоплечий, тучный человек, сидел, одетый по-австралийски, на небольшом стульчике в углу дома. Вокруг него стояли четыре министра-европейца. Несколько аборигенов, вождей мелких островов, сидели в противоположном углу, поджав ноги по-турецки. На некоторых из них не было никакой одежды, кроме набедренных повязок. Полуобнаженная стража, стоявшая у двери с заряженными американскими ружьями, которым часто недоставало курков, должна была придавать солидность этой комичной церемонии. Мы, европейцы, старались не смотреть в глаза друг другу, чтобы не расхохотаться…»
Церемония коронации состоялась в Левуке, на острове Овалау. Вот что об этом пишет Висьнёвский:
«…Так как европейское население Левуки состояло из представителей разных национальностей, было решено вчера, чтобы каждая из них имела своего представителя во время церемонии коронации. Эти представители должны были стать свидетелями присяги короля на верность конституции, подписать в качестве свидетелей акт коронации и поздравить короля, а также правительство. В качестве представителей выступили четверо англичан, четверо американцев, двое французов, итальянец, голландец, испанец, датчанин. В качестве семнадцатого представителя пригласили меня, как единственного поляка на острове. Я упорно отказывался от этой чести, но премьер-министр, господин Барт, сказал, что столь благородный народ, каким являются поляки, также должен радоваться зрелищу создания государства, девиз которого — свобода и равноправие. Поэтому мне пришлось пойти на церемонию коронации короля Фиджи.
