– А ты еще кто такая? – раздраженно поинтересовался он. – Это твой жучара, что ли?
– Нет, но я квалифицированный зоолог, – гордо сообщила девушка. – Я знаю к нему подход.
– А к своему месту подход знаешь? – жестко оборвал ее охранник. – Вот и вали туда, живо!
Под дулом ручного плазмомета Полина охладела к энтомологии и уныло поплелась назад. Станислав Федотович до сих пор не вернулся, конопля стояла на прилавке. Да какая! Высокий, раскидистый куст, опасно качающийся от каждого дуновения, ибо маленький пластиковый горшок с трудом удерживал эту тушу в равновесии.
– Эй, что за дурацкие шуточки! – возмущенно завопила Полина, сразу вычислив виновника сей чудесной метаморфозы. – Немедленно верните нашу коноплю!
– Так вон же она стоит, – закосил под дурачка «конкурент».
– Это другая!
– С чего ты взяла? – насмешливо оскалил зубы коноплевод. – Горшок же ваш? Ваш. Тут тепло, светло, вот она чуток и подросла, пока ты где-то шлялась.
– На полметра?!
– Ты ж сама говорила: новый уникальный сорт, – откровенно издевался «конкурент». – Скажи, Труп, – вымахала прямо на глазах?
Старичок-букинист закивал и захихикал, скаля редкие желтые зубы, как настоящий упырь.
– Я охране пожалуюсь! – срывающимся голосом пообещала девушка, сжимая кулаки.
– Ну попробуй, – лениво согласился конкурент. – А я послушаю, куда она тебя пошлет.
Увы, Полина это и так знала. Даже если удастся доказать, что коноплю подменили, то какие претензии, раз ее заместительница куда роскошнее? Но тем красочнее девушка представила, как безутешный Тед надевает горшок ей на голову.
В центре зала кто-то истошно завизжал, и Полина, беспомощно махнув на мерзавца рукой, кинулась туда, нюхом зоолога чуя: это по ее части.
Трое охранников продолжали искать жука, а четвертый – отгонять любопытных. Здешняя публика была слишком сурова, чтобы паниковать и ломиться в двери, но боязливо осматривалась и требовала немедленно ликвидировать угрозу: в конце концов, они же оплатили свою безопасность!
– Я сказал, разойдитесь! – в сотый раз повторил уже осипший охранник. – Тут нет ничего интересного!
Толпа не верила, бурчала и возмущалась, а кто-то даже умудрился подкрасться сзади и хлопнуть его по плечу.
– Это еще что за… – Охранник оглянулся, но чужой ладони на плече не обнаружил. Зато там сидела скотина примерно того же размера, смахивающая на огромную мокрицу с шипастым хитиновым панцирем, из-под которого остриями ножниц торчали не до конца сложенные крылья. Длинное членистое брюшко заканчивалось тремя длинными черными иглами, а под ним копошились многочисленные ложноножки. Голова у твари как будто отсутствовала, но когда из отверстий в панцире высунулись лохматые усы и приветственно потянулись к побледневшему лицу, охранник понял, что с жуком все в порядке. А вот с ним самим – кажется, нет.
В воцарившейся тишине визг какой-то нервной дамочки прозвучал как сирена воздушной тревоги, а в следующий миг охранник обнаружил, что на него наведено примерно полторы сотни разнокалиберных, местами весьма замысловатых стволов, в том числе три плазмомета собственных напарников.
Но пока парень наскоро прощался с жизнью, сквозь толпу с отчаянным криком:
– Стойте! Вы же можете его убить! – пробилась темноволосая девушка и мужественно заслонила охранника грудью (по крайней мере с одной стороны).
Увы, обрадоваться, что в этом жестоком мире еще сохранились столь отважные и добросердечные люди, парень не успел: девушка, не обращая на него ни малейшего внимания, участливо подставила жуку локоть. Тот подумал, ощупал его усами и величественно переполз на рукав к зоологу. Окружающие ахнули и дружно перевели оружие на нее. Охранник облегченно упал в обморок.
Полина, не замечая этой суматохи, склонилась над беглецом и понесла его назад в клетку, нежно сюсюкая:
– Ах ты мой хороший… Ах ты мой сладкий…
Жук польщенно шевелил усами. Толпа раздвигалась перед ними, как море перед библейским пророком.
Девушка благополучно дошла до зооряда, осторожно наклонила локоть – и жук, минутку покочевряжившись, лапка за лапкой соблаговолил вернуться в свои апартаменты. Торговец поспешно захлопнул крышечку, задвинул защелку и рухнул на стул, утирая пот со лба.
– У него специфическое зрение и слишком маленький мозг, чтобы воспринять человека как единое существо, а не набор фрагментов, – пояснила Полина, разворачиваясь к аудитории, застывшей в немом благоговении. – В естественной среде он питается другими насекомыми и мелкими животными, локоть для него уже крупноват и сыграл роль ветки. Вот если бы я сунула ему палец…
Девушка постучала по прозрачному пластику, и жук, молниеносно кинувшись на добычу, украсил стенку розоватым пятнышком яда.
– Ах ты моя прелесть, – умиленно сказала зоолог, поцеловала пластик в ответ и под дружные восхищенные аплодисменты пошла к своему прилавку.
Но далеко уйти ей не дали.
– Эй, девчонка! А ну, стой!
Полина оглянулась и увидела троих нагоняющих ее охранников. Сердце екнуло и потребовало немедленно ускорить шаг, но мозг цинично возразил, что все равно догонят и будет только хуже.
Впрочем, звать капитана на помощь не пришлось.
– Ты, это… – При близком рассмотрении охранники оказались не свирепыми киллерами, изобличившими мошенницу, а вполне себе вежливыми и даже слегка смущенными парнями. – Короче, поблагодарить тебя хотели. За дружка нашего и вообще.
– Благодарите, – величественно позволила Полина, выпятив грудь и зардевшись.
Охранники охотно рассыпались в комплиментах – сначала бесстрашию девушки, потом ее красоте и уму, а в конце и вовсе пригласили в бар опрокинуть рюмашку за знакомство.
– Ой нет, – спохватилась Полина. – Мне… э-э-э… папа пить запрещает!
– А как он узнает, если по чуть-чуть и зажевать?
– А он там уже пьет, – смущенно призналась девушка.
Парни расхохотались и расступились.
– Ладно, милашка, иди работай. А если вдруг какие проблемы возникнут, мы тут рядом!
– Ну вообще-то… – Зоолог мстительно посмотрела на зеленую ботву в конце ряда. – Есть тут у меня одна проблема… Правда, она уверяла, что вы мне все равно помочь не сможете, так что даже и не знаю, говорить ли…
Охранники мигом перестали улыбаться, насупились и попросили поближе познакомить их с этой пессимисткой.
* * *
Полина встретила капитана с невинным видом Золушки, успевшей вернуться с бала раньше злой мачехи. Слегка покосившаяся конопля стояла на прежнем месте, и о ее приключениях напоминали только несколько крошек земли на прилавке. «Конкурент» злобно зыркал в сторону «семейки», лиловея перекошенной челюстью, но, когда Станислав заинтересовался этим феноменом, трусливо отвернулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
