объявление в газете дать? Что б уж все узнали наверняка?
А он, оказывается, не такой и простачок, как я вначале подумал, зубы у него на месте. Ну ладно, издевайся, издевайся, — думал Левичев, скрипя зубами. — Главное, чтоб в Бюро обмена завтра мне всё оформили.
* * *
Москва.
Сатчан привёз меня на ту же базу, где мы подарки на Новый год в детский дом закупали. Поздоровались с завбазой, как старые знакомые, она меня прекрасно помнила. Сама же тогда ещё поучаствовала в поздравлении сирот…
— Анна Андреевна, — начал Сатчан. — Мне нормальную коляску большую, а товарищу, — показал он на меня, — двойную сидячую.
— Складную желательно, Анна Андреевна, — добавил я.
— У вас двойня? Или погодки? — заинтересовалась она.
— У нас близнецы, — ответил я.
— Правда? — воскликнула она. — Мне всегда было интересно, как родители их различают?
— Да легко, — уверенно ответил я, заметив такой же любопытный взгляд Сатчана. — Жена старшему, Андрюшке, метку зелёнкой на затылке ставит.
Они оба прыснули со смеху. Насмешил их обоих. Зато мне шикарную коляску подогнали. Чешская, складная, синяя с белым. Правда, без крыши или тента, но с ремнями безопасности. Ручки очень эргономичные, изогнутые, пластиком прикрытые… А крышу уже сооружу сам, без нее, все же, никак. Ну, не сам, все же, только нарисую и на завод обращусь с частным заказом… Чемодан на колесиках сделали же мне, а это еще попроще будет.
— Галие понравится, — обрадовался я, тем более, что обошлась коляска мне всего в тридцать шесть рублей.
А вот с выбором коляски Сатчану пришлось повозиться. То, что это должна быть ГДРовская коляска с окошками по бокам и спереди, мы оба не сомневались, а над цветом пришлось подумать…
— Берите универсальную коляску, и для мальчика, и для девочки, — советовала Анна Андреевна. — Во-первых, ещё не известно, кто сейчас родится, а во-вторых, для второго ребёнка коляску оставите.
— Как это неизвестно, кто родится? — недоумённо спросил Сатчан. — Сын, разумеется, наследник!
Неужели, Римме могли УЗИ сделать, всё-таки она в кремлёвке работает, поэтому он так и уверен, что парень родится? Нет, Галия же там тоже прикреплена, а ей ничего такого не предлагали. Правда, не помню, когда такое оборудование вообще и появилось в СССР… И в материалах, что использовал для записок, мне ничего не попадалось. Надо уточнить вопрос. Вот уж что нужно, то нужно широко внедрять по всему СССР!
— А если девка родится, — продолжил Сатчан, подмигнув мне, — я её, просто, у Пашки на одного из пацанов выменяю.
Я засмеялся. Анна Андреевна же эту шутку восприняла всерьёз и посмотрела на нас с испугом и недоумением. Пришлось объяснить ей, что Сатчан всего лишь шутил. Видимо, она из тех людей, что шутки с трудом понимают, но это не повод с ней отношения портить на будущее…
В итоге мы выбрали ему синюю коляску и вышли со своими покупками к машинам.
— Как тебе, кстати, выступление «Ночных асов» во вторник? — поинтересовался я.
— Вообще, понравилось, молодцы. Единственное, нельзя было смешивать в одной программе две этих песни. А то одна патриотическая, а вторая — развлекательная пародия… Всегда найдётся какой-нибудь чинуша, которого возмутит этот факт. Как так, скажет, те же люди, что воодушевляли народ, сразу же после этого клоунаду устроили! Непорядок!
— Понятно. Получается, надо следить не только за содержанием каждой отдельной композиции, но и за компоновкой их в выступлении, — сделал я вывод.
— Обязательно, — кивнул он. — Без этого никак. Лучше, вообще, согласовывать заранее всё выступление. Как советовал мне один знакомый, получи чужую подпись под своим предложением, сними с себя ответственность!
Вышли с базы, я вручил ему в подарок коробку с кроваткой, с моего заднего сиденья тут же на его перетащили. А коляски мы разместили в багажниках. Пожали друг другу руки и разъехались по своим делам. Мне предстояло ещё сегодня прочитать лекцию на Косметической фабрике «Рассвет».
* * *
Москва. Мебельная фабрика имени Первого мая.
Некрасов позвонил с самого утра на мебельную фабрику и договорился о встрече с директором через его помощницу. Когда он появился, один из охранников проводил его в приёмную.
Директор фабрики Гайдуков оказался здоровенным мужиком сильно за пятьдесят. Суровый и, похоже, прямой, как рельс. Он окинул Некрасова тяжёлым взглядом.
Небось, думает, что я у него мебель пришёл просить, — подумал он.
— Дмитрий Львович, — медленно и тихо начал говорить Некрасов, чтобы сбить с Гайдукова спесь и уверенности. — Я от небезызвестного вам товарища Володина. Мы знаем, что происходит на вверенном вам предприятии. Пока об этом не узнал ещё кто-то, необходимо срочно принять соответствующие меры. Руководству района совершенно не нужны скандалы, связанные с разоблачением расхитителей социалистической собственности в особо крупных размерах.
Гайдуков выпрямился и взгляд его из пренебрежительного сразу стал настороженным.
— И что вы предлагаете? — после секундного замешательства спросил он.
— Помощь и прикрытие, — как о само собой разумеющемся ответил Некрасов. — Согласитесь, любой интерес проверяющих и контролирующих органов к ситуации на вашей фабрике чреват очень серьёзными последствиями для многих из вас. Его лучше купировать в зародыше, устранить, так сказать, ещё на корню. У нас такая возможность есть, как вы понимаете.
— Понимаю, — зыркнул на него Гайдуков, явно, услышав в его словах угрозу между слов. — Мне нужно подумать…
— Конечно, — тут же сбавил напор Некрасов, расценив его слова, что тому надо не подумать, а с кем-то посоветоваться или проконсультироваться.
Неужели кто-то их уже защищает? Черт возьми! И кто же это может быть? Кто может за ним стоять? — лихорадочно соображал Некрасов. — МВД? КГБ?
— Объединив наши возможности, мы можем быть очень полезны друг другу, — на всякий случай добавил он. — Важно понимать, что мы все в одной лодке.
— Конечно, — кивнул Гайдуков с озадаченным видом.
Они предельно вежливо попрощались. Перед тем, как покинуть кабинет директора, Некрасов оставил свой рабочий телефон. Ему уже и не хотелось, чуйка предупреждала его, что что-то тут не так, но он уже назвал свое имя и должность помощнице, а потом еще и показал свое удостоверение и записался в журнале на вахте, чтобы пройти на фабрику. Если даже помощница что и напутала, записывая его данные на слух, что вполне возможно, то в журнале он все
