ж его знает, — процедил Руднев. — Вон, у него сколько скрытых талантов, вдруг, обнаружилось…
— Да нет, вы что, товарищи? — воскликнул Козин. — Он даже лопату в руки на субботнике не берёт, не царское это дело.
— Ничего, — ответил Иван, — он уже себе хороший срок здесь обеспечил… Интересно, как он будет выкручиваться? Он же такой продуманный… Наверняка, должен был заранее прикинуть, куда он тут на заводе все эти материалы мог потратить?
Руднев с Козиным переглянулись. Главный инженер развёл руками в замешательстве.
— Вряд ли он продумывал свои аферы до такой степени, — заметил директор. — Не знаю, что должно было бы случиться, чтобы кто-то на заводе хватился. Он выписал второй раз тот же самый материал, а я и не вспомнил, что он год назад его уже выписывал. И Зыков, наверняка, не вспомнил бы.
— А если бы его кто-то из вас случайно поймал с этими блоками у него на участке? — спросил Иван.
— А он никогда не приглашал к себе никого, — ответил главный инженер.
— Предусмотрительно, — покачал головой Иван. — Проверьте ещё один год, хотя бы, Василий Степанович. Вдруг, он годами материал похищал, с него станется… А я начальству доложу, узнаю, как нам дальше действовать. И пожалуйста, в интересах следствия, никому ничего не рассказывайте! Не дайте ему возможности уничтожить улики! Судя по тому, какой он хитрый и беспринципный, с такого и поджечь станется контору, чтобы все улики сгорели.
— Разумеется, молчать будем, — ответил директор.
— Само собой, — недобро ухмыльнулся главный инженер. — Нам поджоги ни к чему…
А Левичева здесь не любят, — отметил про себя Иван, попрощался и отправился к Шанцеву. На ходу прикинул, что у того рабочий день уже закончился, так что нужно идти сразу к нему домой.
* * *
Москва. Квартира Брагиных-старших.
Генерал Брагин решил, что нельзя игнорировать такое серьёзное событие в жизни сына и невестки. Ребёнок уже у них в доме и надо, хотя бы, сделать вид, что он смирился с их выбором. Он и так в свое время после развода слишком отдалился от сына, хорошо хоть вовремя понял это и как-то смог снова с ним наладить контакт. Повторять прошлые ошибки ни к чему.
Генерал по опыту знал, что чем дольше откладываешь какое-то щекотливое дело, тем труднее потом к нему приступить. Если не приехать к сыну сейчас, то потом это может вылиться в непонятно что.
Можно будет вообще усыновление не обсуждать, — думал он, — но, если сейчас к ним не съездить, они воспримут это как осуждение их поступка, могут обидеться и сами уже не захотят в дальнейшем общаться. Тем более жена у сына такая… Специфическая.
Когда генерал сообщил жене, что хочет съездить к сыну, посмотреть на ребёнка, Нелли только равнодушно пожала плечами, мол, как считаешь нужным. Зато дочка генерала Валентина восторженно восприняла эту новость и потребовала у отца, чтобы он непременно взял её с собой. Тут же пошла собирать свои вещи и игрушки, которые решила подарить новой дочке старшего брата. Даже всхлипнула, узнав, что та из детского дома, и своего имущества у нее почти что и нет.
— Пойду посмотрю, что она там отдавать собралась, — поспешила Нелли за дочерью в её комнату.
Генерал последовал следом и, когда увидел, сколько у дочки вещей и игрушек, тут же одобрил её желание поделиться. Да уж, подумал он, в мое детство столько одежды и игрушек у нас и в помине не было, так легко ребенка и избаловать… Ну а жена взяла на себя контроль процесс отбора вещей.
— Валечка, эти туфельки трёхлетней девочке ещё очень велики, — ласково объясняла она дочери, — ты поноси их сама до конца лета, а потом отдадим, когда они тебе станут малы, а у неё ножки подрастут. Ладно?
Дочь вещи выкладывала, мама сортировала, а генерал распихивал по сумкам.
— Ну, хватит, Валь, на первый раз, — остановил он вскоре дочь. — А то не с чем будет в следующий раз ехать. Ты как приедешь обратно, собери уже сумку на следующую поездку, а сейчас достаточно…
* * *
В итоге Брагины-старшие поехали в гости к Брагиным-младшим с четырьмя сетками с вещами, обувью, книжками и игрушками. Нелли ещё пирогов с собой взяла, чтоб не с пустыми руками к столу заявиться. Она всеми силами старалась показать мужу и окружающим, что она хорошая хозяйка, заботливая мать и верная жена…
Когда они неожиданно свалились на голову новоиспечённым родителям, Нелли всё время наблюдала за реакцией мужа, чтобы не попасть впросак, как в прошлый раз, когда она поддержала Марину Томилину и вызвала неудовольствие Льва.
Они молча несколько секунд смотрели на страшненькую, испуганную кроху, прячущуюся за невесткой.
— Мои девчонки собрали тут кое-то для вашей, — решительно протянул генерал сумки сыну.
— Спасибо, пап, — обрадовался Костя.
— Там ещё пироги к чаю, — поспешно добавила Нелли.
А Валя уже сбросила туфли и побежала знакомиться с девчушкой, зарывшейся лицом в ноги Жени.
— Она мужчин чужих боится, — пояснил Костя отцу и сестре. — Ей привыкнуть к тебе надо.
— Ну, пошли на кухню, чтобы зря дитё не пугать, — предложил генерал. — Девчонки тут сами разберутся.
* * *
Костя поставил чайник греться. Нелли пироги им свои принесла. Женя прибежала, конфеты на стол выложила и печенье.
— Что планируете дальше делать? — спросил генерал, когда они остались одни.
— Сейчас на прописку документы сдали, — ответил Костя. — Потом надо в садик Ларчёнка устраивать… А мы же на очереди не стояли…
— Ну, если помощь нужна будет, говори.
— Спасибо, пап. Начальница Женькина со своим замом сейчас пытаются нам в заводском саду место выбить. Женьке придётся через садик на учёбу ездить, на час раньше выходить…
— Ну, а как она хотела? — усмехнулся генерал.
— Да она не за это вовсе переживает, — ответил ему сын. — А как малой объяснить, что она за ней вечером вернётся? Ларчёнок ходит за ней по пятам, из виду не выпускает, потерять боится… В ванне закрыться ей не даёт.
— Даже не знаю, что тебе на это ответить, сын, — с тревогой взглянул на него генерал. — Жизнь этого ребёнка так искалечила, а вы на себя взвалили роль его спасителей, не зная ничего о
