- Тим!
Хочу обернуться, дотронуться до него, дотянуться до губ, но Тим не позволяет. Его руки везде, обвивают меня, как плети, шарят по животу, спине, груди, ключицам. Мнут, хватают, будто стремятся захватить больше плоти. Наконец, замирают на бёдрах.
Утыкаюсь лицом в простынь. Один стон перерастает в другой. Толчки становятся резче и короче. В голове гудит. Это оргазм приближается. Тим прекрасно чувствует моё состояние, поэтому меняет ритм и подключает пальцы. Ещё три-четыре резких фрикции, и я кончаю, и пока несусь, как снежный ком с высокой горы, пока спазмы в животе закручиваются в спирали, Тим, прикусив мне шею, глухо стонет.
Когда дурман развеивается, чувствую, как между ног всё горит. И то, что Тим до сих пор во мне. Накатывает лёгкая паника.
- Тим… - прерываю звенящую тишину. - Тим… ты кончил в меня.
- И что? Ты же на таблетках.
- Но… я пью их меньше недели. Ещё опасно… Мы же обсуждали, что надо подождать…
- Да? Извини. Я забылся, - короткий поцелуй в шею. – Но ты же что-нибудь придумаешь, если что, да? Ты же опытная женщина, Тома.
«Ты же что-нибудь придумаешь»? Ты. Не мы. Не я. Ты.
Внутри после его слов становится ещё холоднее. Нет, что-то точно происходит. Тим какой-то не такой. Это будто не он.
Пытаюсь обернуться, чтобы посмотреть на него, но он держит крепко. Обхватывает руками, не позволяя дёрнуться, и на этот раз кусает за ухом. Слегка так, что мурашки невольно пробегают по спине и рукам.
Чувствую, как он отстраняется и выходит. Между ног мокро, и его сперма вытекает из меня. Странное чувство. Минуту назад я была на пике блаженства, а сейчас – в груди пустота и холод. И липкий страх.
Мою очередную попытку обернуться прерывает его недовольный вздох.
- Ну что ты вертишься? Не можешь полежать спокойно? Хотя бы минуту.
Кончиками пальцев он проводит по моему животу и груди. Я перестаю сопротивляться, кладу щёку на подушку и слушаю ровное дыхание Тимура. Странный он сегодня всё-таки. Он уже успокоился, и его грудная клетка мерно поднимается и опускается, прижатая к моей спине.
Мыслями уплываю далеко.
Вроде, всё в порядке. Может, я себя накрутила? Ну, забылся. С кем не бывает. Ну, пропал на несколько дней. Может, опять кошмары замучили? Может, действительно случилось что-то серьёзное, а он пока не готов мне рассказывать?
Вспоминаю, как он отчаянно брал меня на капоте машины после того разговора на берегу реки. Одно из самых дорогих воспоминаний. Каждый раз в груди приятно щемит, когда об этом думаю. Тим был такой открытый, такой дикий в тот вечер. Был сам собою. И секс всегда остаётся безотказным способом сбросить напряжение.
Всё эти мысли о Тимуре каруселью крутятся в голове.
Но от его следующих слов я застываю, забывая, как дышать.
- Алёна «Аллюр», - палец Тимура вырисовывает узоры на моём плече, - возраст - восемнадцать, рост - сто семьдесят, бюст - троечка, натуральный. – Его голос ровный, почти ничего не выражает. – Топ-состав. Встреча в пределах пяти часов общения минимум. Возможно долгосрочное сопровождение свыше суток. Все остальные моменты оговариваются персонально. Я всё верно запомнил?
Хочу скинуть его руки, обернуться, но Тим держит крепко, и моя возня – всего лишь жалкие попытки побороть человека сильнее меня.
Тим встряхивает так, что моя голова приподнимается и ударяется о подушку.
- Я, блять, всё верно запомнил, а? – повторяет он яростным и в то же время ледяным тоном.
- Тим, пожалуйста, я так не могу. Отпусти.
- Другие моменты? Какие такие другие моменты оговариваются персонально? Просвети меня, а?
- Пусти!
- Почему ты не отвечаешь на простой вопрос? Неужели так сложно?
Теперь я притихла, потому что пытаюсь сообразить, что мне делать, как поступить? Весь мир полетел к чертям собачьим, я не понимаю, как мне всё вернуть обратно. На нормальную орбиту?
- Алёна – это твоё рабочее имя или настоящее? Нет, наверное, рабочее, не можешь ведь ты находиться в Англии по поддельным документам? Или можешь?
- Меня зовут Тамара.
- Отлично, ну хоть здесь не соврала. А то мне Стас столько интересного про тебя рассказал, что я понял, что совсем тебя не знаю, Тома.
Вот она – моя погибель. Не знаю, как ещё не потеряла голос, но силы на вопрос находятся.
- Стас? Ты общался со Стасом?
- Опаньки… значит, понимаешь, о ком я…
- Как он тебя нашёл?
- А что меня искать? Он же видел меня на вечере. Пара звонков и любой выяснит, кто я и как со мной связаться. К тому же этот Стас хреналионоюродный брат Егора, - скидывает очередную бомбу Тим. – Прикол, да?
Молчу… сказать-то нечего. И главное – в голове тоже пусто. Ни одной идеи.
- Ну… что притихла-то? Много он на тебя потратил? Больше, чем я? А? Как трахается? Ты сравнивала? Что тебе больше нравится, Тома? За деньги или по любви? Там работа, а тут отдых? Или я тоже работа?
- Тим, пожалуйста, ты говоришь ужасные вещи.
Мне, наконец, удаётся вывернуться и посмотреть на него. Лежу испуганная, словно кролик, сжавшись в комок.
- У нас… у нас ничего с ним не было, - пытаюсь что-то объяснить.
- Ах, значит, не было! То есть сегодня ты уже не отрицаешь, что знакома с ним?
Тимур нависает надо мной темнее самой низкой грозовой тучи.
- Нет, - шепчу я, - не отрицаю.
- Чудно! – бросает он и вскакивает с кровати. – Просто великолепно! Не ожидал, Тамара, что ты такая лживая дрянь!
От каждого слова вздрагиваю, как от удара плети.
- Это… это неправда, Тим… Зачем ты так говоришь?!
Смотрю, как он натягивает боксеры, затем резким движением выворачивает футболку с изнанки, надевает
