чётким ударом в челюсть. Что он там хотел? Зуб дать? Так я ему так дал по зубам, что один, кажется, выбил.
А мне мало.
Хватаю его за грудки и трясу. Тот дезориентирован от моего точного удара. Мотает головой.
- Ещё слово, Егор, и пожалеешь. Заткнись и помалкивай. Если узнаю, что кому-то о Томе растрепал, урою, - цежу ему в лицо. - Или не дай бог тебя рядом с ней увижу… Пеняй на себя. Усёк? – встряхиваю резко. – Усёк?
Не дожидаясь ответа, просто швыряю Егора на диван и, пробиваясь, через плотную толпу, мчусь к выходу.
Надо уйти, пока я ещё кого-нибудь не покалечил. Или кто-нибудь не покалечил меня. Я точно не в адеквате. Пьян от гнева и спиртного, и ничего не соображаю.
* * *
Открываю глаза и понимаю, что я в чужом доме. Не у себя. Конечно, к себе я не пошёл. Там, мать её, Тома. А где я? Переворачиваюсь на другой бок и… бля… падаю с дивана.
Матерюсь, не сдерживаясь.
- Очнулся? – бьёт по ушам голос Колина, парня из нашей научной группы, трудящегося над разработкой линзы.
Он весь такой прилежный студент и на попойки не таскается. Где я мог его вчера подхватить?
- Как я у тебя оказался?
- Хороший вопрос, - чешет он затылок. – Ты ночью в дверь барабанил, на твоё счастье я сначала решил взглянуть, кто ко мне пожаловал, а потом уже полицию вызывать. Предупредил бы, что в гости заедешь, - хмыкает Колин. – В четвёртом часу утра.
- Капец… - накрываю лицо ладонью. – Прости.
- Да забей. Ты пьяный был и очень хотел и дальше закидываться, я тебя еле спать уложил. Тим, что с тобой? Я тебя таким не помню.
- Ай-й-й, - отмахиваюсь, не желая пускаться в подробности. – Который час?
- Пятый.
- Это что, я весь день продрых?
Достаю телефон из кармана, и Тома, будто почувствовав, что я смотрю на дисплей, присылает: «Я поехала к себе».
Тома…
В мозгу тут же мелькают картинки минувших суток. А там такое… что лучше и не вспоминать. Бля-я-я… Можно ли всё забыть и развидеть, жить дальше? Осознаю, что ещё и Егору успел навалять за то, что Тому оскорбил. Он, конечно, прав, она того не стоит, но не смог я стерпеть гадких слов в её адрес. В любом случае, то, что происходит, это между мной и ей, она всё-таки - моя девушка… то есть была ею. Сейчас без понятия, кто она? Продажная меркантильная дрянь? О которой я ни черта не знаю. Я ведь реально ничего о ней не знаю. Так, всё по верхам. Как только разговор заходит о семье или прошлом: школе, детстве, она технично съезжает с темы. Постоянно. И как раньше не замечал? Или предпочитал не акцентировать внимание?
Отправляю ей короткое «ок», просто чтобы не ждала ответа и домой валила, потому что мне самому надо заехать в квартиру, переодеться, собраться с мыслями и понять: а что дальше?
- Сэндвич будешь? – кричит Колин из кухни.
- Даже два, - отвечаю, поднимаюсь на ноги, решая, что для начала я прогуляюсь в ванну и засуну бошку под струю ледяной воды.
Надо решить, что делать. А для этого требуется трезвая и холодная голова.
13
Я уже почти сутки сижу безвылазно в квартире Тима, но хозяин здесь так и не появляется. В очередной раз набираю его и в очередной раз слушаю длинные гудки и автоответчик. Пишу в мессенджер, вижу, что сообщение прочитано, и тишина.
Вчера мы договорились, что после занятий в колледже встречаемся у него. Я даже решила сообразить лёгкий ужин, потому что хороший способ взять себя в руки и сохранить душевное равновесие – это заняться какими-нибудь делами, даже неважно какими. Вот я и занимаюсь, чтобы не думать о Стасе и о том, чего он наговорил мне на благотворительном вечере.
Наверное, про меня можно было бы сказать, что я увидела призрака. Но Стас не был призраком, и от этого мужчины можно ожидать чего угодно. Он мог схватить меня, утащить в отделение полиции, посадить за решётку, одним щелчком своих холёных пальцев разрушить жизнь. Мог заорать на весь зал, что я мошенница и самозванка. Да много чего мог. Но не стал. Пока что не стал.
Когда он вцепился в мою руку, я сказала, что верну деньги, а он лишь рассмеялся, ещё и кивнул:
- Сдались они мне.
И от этого «сдались они мне» внутри всё застыло. Если не деньги, то, что ему от меня нужно?
Будто зная, о чём думаю, он наклонился, взял меня за плечо и потянул на себя.
- Ты должна отработать то, что я оплатил, Алёна. Должна! – последнее слово он с нажимом бросил мне в лицо.
В его глазах я определённо прочла, что он со мной не закончил. Меня тогда заколотило, и Стас это почувствовал. Его ухмылка стала ещё более широкой и самодовольной. Не знаю, что произошло бы дальше, если бы не вернувшийся к столику Тим. В тот момент я могла лишь стоять и молчать, пытаясь взять себя в руки, и отрицать всякое знакомство со Стасом.
Когда самое страшное происходит, спускается спокойствие. Ты будто смиряешься с неизбежностью. Ведь она уже наступила. А дальше… дальше, как судьба распорядится. Естественно, я не собираюсь плыть по течению. Думаю, что делать, как поступить. Пока не нахожу выхода, но чувствую, он обязательно появится.
Телефон пиликает, приходит оповещение о том, что в профиле Тимура в социальной сети появилось новое видео. Охренеть, я тут с ума схожу, а он видосики выкладывает!
Вчера Тим не приехал домой, на мои попытки дозвониться сначала скидывал вызовы, потом написал, что занят, когда я пыталась выяснить, в чём дело, ответил, что позже. И всё… позже не было. Он не позвонил и не
