ушастый! — на этом цверг, к счастью, не стал демонстрировать названное, а просто скрутил дулю в сторону мистического круга.
— Разбить или взорвать Судно — лучше?!
— Говорю тебе, справимся! Горном клянусь! — на последнем мастер Креп полыхнул мистическим светом, а на лице его появилась сияющая огненными линиями печать — почти как моя контрактная, но и не такая.
— Даже так… Ладно, сбавляю ход. Действуем по-твоему, Котельный Мастер.
— Займусь, капитан.
И через секунду меня и гоблинов подхватил огненный вихрь. В переносном смысле, хотя ощущения были точно такими. Только и успевай распоряжения выполнять, уж как мастер видел, что я на другой стороне Котельной делаю — только мистик и поймёт.
Ну а я потихоньку понимал, что мастер сознательно жертвует частью машин, выводя их на предельный уровень и даже за него. Например, даже на мой беглый взгляд — половина механизмов тяготения сломается в существующей конфигурации. Правда, придаст кораблю импульс тяготения не “вниз”, а “по ходу”. И ряд прочих переделок, большую часть которых я надеялся понять со временем. Если оно, это время, конечно будет.
— Парень… — вдруг замялся мастер, после вспышки бешенной активности, напряжённо смотря на мистический круг.
— Да, мастер Креп?
— Надо… да чтоб его!!! Нужна твоя помощь, Фиктор, — рубанул голосом Креп. — И я тебя ПРОШУ о ней. Это и твой шанс, — тоном ниже пробормотал он.
— А что надо делать? Нет, я не против, мастер, но… — брякнул я, судорожно мечась мыслью.
Ну, потому что если мастер просит — то, что ему надо, не входит в мои обязанности как механика. Вот совсем не входит, иначе бы приказал и правильно сделал. А нездоровая память стала подкидывать всякие нездоровые ассоциации. От ритуального сожжения меня над пламенем Очага на вертеле с последующим пожиранием гоблинами — типа “искупительная жертва”, до совсем неприятного и непристойного, трахического ритуала или как-то так.
— Ты нужен на обзорной палубе, парень. Даже на мостике — не самый лучший вариант, на обзорной палубе чем ближе к носу Вагус Сумбонта — тем лучше.
— А… зачем, мастер?
— Ты будешь моими глазами. Мне нужно перегреть машины, сам понимаешь, — на что я кивнул, — но сроки этого перегрева — даже меньше двух секунд, буду честен. Их хватит, но только если сделать всё вовремя. От Котельной я не отойду, а связь “око в око” смогу только с тобой удержать, времени ни цмыга!
— Из-за клятвы? — понимающе уточнил я, смотря на пылающий круг на лице мастера.
— Угу, и клятвы, — буркнул он. — Берё…
— Само собой! — аж возмутился я. — От этого и моя жизнь зависит, да и без того — это правильно и порядочно!
— Ну и хорошо. А о чём ты перед этим думал с такой постной рожей? — вдруг уточнил мастер с явным облегчением.
— О работе мультипликаторов, — соврал я, покраснев.
Ну, не рассказывать же мастеру Крепу, что дурная память подсказывала, что он меня трахически отритуалит, жестоко и многократно!
— Ну-ну… — покачал головой мастер, но махнул ладонью. — Ладно, времени ни цмыга. Смотри, встаёшь на банку…
— Банку?
— Вот сюда, перед этой фиговиной! — указал мастер креп на цилиндрическое возвышение в метр диаметром на носу судна. — Фиксируешься трактаторами — тряхнёт знатно. Пригибаясь… Но, Фиктор. Как бы тебе не было страшно — смотреть ты должен, иначе всё выйдет без толку!
— Буду, — согласился я.
Вопросов к мастеру, конечно, появилось много. Теоретически — понятно. Печать клятвы, трактаторы, в которые он ого-го как вложился, ну в общем некая “мистическая связь” между нами проглядывала, тут даже спорить смешно. Но, почему, например не через Киру Квалема? Или Кузьмича, который на носу Вагус Сумбонта вообще не подвергнется опасности, даже если по нему выстрелят артиллерией. Впрочем, на эти вопросы я и сам находил вполне вероятные ответы, а сейчас на них не было времени. Креп на мой кивок выхватил из кармана подвеску на цепочке, сам нахлобучив мне на шею, ухватил меня за ладонь, чуть не раздавив её в рукопожатии, хлопнул по плечу и сказал:
— Иди. Удачи, механик Фиктор.
— Всем нам удачи, Котельный Мастер Разслшших, — ответил я, на что мастер с улыбкой кивнул и кинулся к машинам.
А я — кинулся на нос Вагус Сумбонта. Потому что Киру Квалем сбавлял ход Корабля неспешно, вроде как “поверив” вранью пиратов, но вроде как сомневаясь. И сами они хоть и не стреляли, заботясь о сохранности добычи, но приближались с опаской. Но, при всём при этом — времени “ни цмыга”, как выражался мастер Креп, не было. Мне не только надо занять место на площадке, но и о своей безопасности позаботится. А то получить пулю, а то и просто вылететь с Корабля за борт — как-то не очень хочется.
Добрался до носовой части обзорной палубы. Корабль неторопливо поворачивался, сбавляя ход. И, видимо, для успокоения пиратов, опускал бронеплиты — тоже, неторопливо, но заметно. А сбоку виднелся сам пират — без флагов, опознавательных знаков, и даже название на носу было “незаметно” прикрыто какими-то тряпками. Так-то он был явно и очевидно военным, раза в полтора побольше Сумбонта, без застекления, ощетинившийся жерлами пушек, причём столь здоровых, что они не убирались в люки при полёте. Ну, по логике выходило так, потому что некуда было их убирать, места-ширины не хватило бы.
И встал перед этой “банкой”, прикинул что и как, упёрся, почти вбил трактаторы в её край и порог нависающей надо мной части мостика — как раз длины хватило. И стал ответственно смотреть на пиратский корабль, благо гоглы мои, в числе прочих достоинств, обладали функцией бинокулярного увеличения.
— Хорошо стоишь, Фиктор, — раздался довольный голос мастера Крепа. — Только чуть пригнись, как будем приближаться. Но всё равно — смотреть нужно! — напомнил он.
Голос мастера раздавался, казалось бы, сразу в голове, минуя уши, но возникало ощущение, что его источником является кулон. Так что, для начала, я решил попробовать ответить не вслух, а обращаясь к подвеске мысленно (ну и к мастеру Крепу, само собой). Много времени это не займёт, а ветер, несмотря на относительно невысокую скорость корабля, был холодным и сильным. Ну а не выйдет — отвечу вслух, это понятно.
Но — вышло, потому что Креп на мою фразу ответил тотчас же.
— Я помню, мастер. Меня волнует, готовить ли Метлу…
— Не вздумай, парень! — мысленно перебил меня мастер, самим фактом “мысленного перебивания” немало меня смутив. — если у нас всё выйдет, то воевать будет не с кем, а гостей залётных ребята Кузьмича вычистят,
