— Но мы спасем при этом жизнь людей.
— Нет. Мы, скорее, поставим их жизнь под угрозу. Готовьте вертолет, — с кислым видом подвел итог «вице».
***
Вернулись сотрудники «Града» и спец из МГА. Вместе они осматривали место для посадки вертолета: пустырь в пяти минутах езды.
— Можно посадить вертушку, — сказал «летун». А «градовцы» обследовали местность с учетом своих задач и тоже остались удовлетворены.
После пятиминутного совещания Александр Петрович сказал:
— Добро, давайте вертолет, выходите на связь с этим Пауком.
— Александр Петрович, — сказал подполковник, — я еще раз напоминаю вам: уйдут. Уйдут они на малой высоте, и мы ничего не сможем сделать… Мы на себя такую ответственность взять…
— Ответственность на мне, — перебил вице-губернатор.
Подсуетился и Валерий Вячеславович:
— Александр Петрович, в случае пересечения террористами финской границы политические последствия…
— Мы уже обсуждали этот вопрос, достаточно. Я принял решение.
***
— Паук, — сказал в трубку переговорщик, — готовы ли вы к посадке в вертолет?
— Большая птица уже прилетела?
— Да. Она вас ждет на пустыре в километре отсюда.
— А наш брат? Где, ментяра, наш брат?
— Он встретит вас под Выборгом. Его увезли на следственный эксперимент в Выборг.
Паук разразился руганью. С криком, с визгом. Стало ясно: наступил критический момент… Усыновленный Дьяволом мог сделать любую глупость. Но глупость страшную, кровавую…
И вдруг замолчал, а в трубке зазвучал другой голос:
— Так, слушайте меня… Сейчас ваш человек принесет нам схему с указанием точного места посадки. Лучше, если это будет англичанин… Он еще у вас?
— Да, — ответил переговорщик. — Мистер Смит здесь. Простите, с кем я говорю?
— Можешь называть меня Негодяем… Итак, англичанин приносит схему, мы обсуждаем маршрут движения до пустыря, порядок посадки, транспорт.
После этого принимаем решение по заложникам. Понял?
— Понял, — ответил переговорщик.
***
Третий раз за два часа я вошел в помещение клиники. Что-то здесь неуловимо изменилось. Внешне все было точно так же: проволока растяжек, заложники с наволочками на головах, «распятая» на стене женщина… Но что-то все-таки изменилось.
— Схему, — каркнул Паук, и я передал схему.
Человек в маске собаки, всегда державшийся в глубине, подошел и взял ее у Паука. Разложил на столе. Его движения были точны, в них чувствовались сила и уверенность… Внезапно я все понял. И обматерил себя за то, что не понял этого раньше.
Человек-собака спокойно изучил схему с обозначенным маршрутом движения, придвинул телефон, набрал номер.
— Негодяй на связи, — сказал он. — Я изучил маршрут. Думаю, вариант реальный… Через тридцать минут подадите к подъезду микроавтобус с тонированными стеклами… Найдется такой?…Хорошо. Итак, подаете к подъезду микроавтобус. Ни в подъезде, ни во дворе не должно быть ни одной живой души. Это понятно?… Хорошо. Водитель раскрывает все двери и уходит, к черту. Он нам не нужен.
А вот журналиста мы до посадки в вертолет подержим у себя… Дальше: до пустыря нас сопровождает только один автомобиль ГАИ с «мигалкой»… Позаботьтесь, чтобы на нашем пути не было пробок. Заложников мы отпустим, когда окажемся возле вертолета — не раньше, но и не позже… Крови мы не хотим.
Паук дернулся, хотел что-то сказать, но человек-собака только посмотрел на него — и Паук сник.
— Ну, — сказал человек-собака, — мы, надеюсь, все согласовали?
Видимо, переговорщик сказал: «Да».
— Отлично. Давайте сверим часы.
***
Я сидел на полу в углу холла. Наблюдал, как человек-собака инструктирует заложников. Они тоже сидели вдоль стены в своих наволочках на голове. Женщину отвязали, и она обессиленно опустилась на пол.
Ужас в ее глазах уже потух, сменился пустотой. За несколько часов, пока она стояла раздетой, успела замерзнуть… тело покрылось гусиной кожей, затвердели соски.
— Минут через двадцать — двадцать пять вся эта история для вас закончится, — спокойно говорил человек-собака заложникам. — Если вы будете выполнять мои инструкции. Это понятно?
Головы в наволочках кивнули. Недружно, вразнобой.
— Сейчас попьете чайку… соберитесь с силами и пойдем. Держимся дружно, кучно, стайкой… Садимся в автобус, едем. Езды тут совсем ничего. А на месте нас уже ожидает вертолет. У вертолета мы и попрощаемся. Я понимаю, что вы пережили не лучшие часы… Я сожалею.
Вам, мадам (человек-собака обратился к голой женщине), следует одеться…
Она сидела безучастно. Негодяй подвинул к ней ногой ворох белья и одежды.
— Мадам, — повторил он, — соберитесь, пожалуйста, вам следует одеться… следует успокоиться… Все будет хорошо.
Женщина кивнула, но продолжала сидеть неподвижно. В приемную вошел человек в маске гориллы. Он поставил на стол поднос с кофейником, чашками и даже бутылкой коньяку. Ушел, потом вернулся, поставил несколько мензурок.
— Вот и кофе, — сказал человек-собака. — Кстати, я рекомендую вам выпить и коньячку… снимает напряжение.
Я сидел в углу. Наблюдал. Ситуация стала ясна для меня окончательно… Не было никаких «Усыновленных Дьяволом».
Не было! А был умный и циничный человек-собака, который ловко сумел использовать шизанутого Паука. Который сумел блестяще разыграть спектакль, ввести всех в заблуждение… Он, видимо, и не думал добиваться освобождения Смирнова-Козырева. Он, видимо, и не думал лететь за границу… С миллионом баксов он запросто и не худо устроится здесь… А Паука просто грохнет за ненадобностью.
Он получил то, что хотел, — деньги, вертолет и гарантии. Они улетят куда-нибудь в глубинку, выведут из строя вертолет и скроются. Вполне возможно, в точке посадки уже ожидает автомобиль, а в кармане Негодяя лежит комплект документов для новой безбедной жизни.
Интересно — кто он, человек-собака?
Действительно сообщник Смирнова-Козырева? Или он просто использовал ситуацию?… Возможно, ответа мы не узнаем никогда. Но, в любом случае, сработал он толково.
Заложники сняли наволочки, приступили к кофейку. Я вглядывался в испуганные, напряженные лица. Человек в маске гориллы быстро и ловко прорезая в наволочках отверстия для глаз…
Обнаженная женщина сидела на полу, обхватив колени.
— Кофе хотите? — спросил, присев около нее, Негодяй. Она кивнула. — Сейчас организуем… А коньячку?
Она опять кивнула. Человек-собака встал, подошел к столу и налил кофе в чашку. В медицинскую мензурку плеснул коньячку. Один из мужчин-заложников вдруг спросил:
— А можно и мне коньяку?
— Можно и нужно. Но в разумных пределах…
Мужчина быстро налил коньяк. Выпил. Негодяй отнес кофе и мензурку голой женщине, поставил на пол.
— Вот, — сказал он, — выпейте, успокойтесь… И оденьтесь, в конце-то концов.
Мужчина за столом снова налил себе коньяку, быстро выпил. И еще раз налил.
— Э-э, — сказал Оборотень, — хватит. Еще дело делать.
Мужчина послушно поставил мензурку на стол.
— Послушай, Негодяй, — произнес вдруг Паук.
— Что, темный брат? — спросил человек-собака.
Паук подошел к окну, показал стволами обреза в небо.
— Я слышу клекот большой птицы, — сказал он.
Я прислушался, но не услышал ничего. Негодяй тоже прислушался. И тоже, видимо, ничего не услышал. Он внимательно посмотрел на человека с лицом мертвеца и ответил:
— Да, брат. Большая птица уже рядом.
— И мы полетим на Запад?
— Да, брат, мы полетим на Запад.
Заложники за столом пили кофе, неподвижно сидела на полу голая женщина, так и не притронувшаяся к кофе и коньяку. Слушал «клекот большой птицы» Паук. Он был уже совершенно безумен.
***
— Пора, — сказал человек-собака. — Автобус уже у подъезда. Идем, господа, таким образом: плотной группой. Мы, Усыновленные Дьяволом, в центре… Вы, господа ПОМОЩНИКИ, по бокам. Плотно идем, прижимаясь друг к другу. Спокойно, не спеша. Впереди — господин журналист. Все мужчины должны надеть на голову наволочки. Там прорезаны отверстия для глаз, так что проблемы не будет.
— Негодяй, — сказал вдруг Паук, — я не хочу надевать наволочку. Мне нравится мое лицо… лицо мертвеца.
Человек-собака некоторое время смотрел на Паука молча.
А потом сказал:
— Ну что ж… может быть, так даже лучше. Иди с лицом мертвеца… Подъем, господа, подъем!
Люди за столиком встали, но женщина на полу продолжала сидеть. Негодяй подошел к ней, присел.
— Как вас зовут?
— Что?
— Как вас зовут?
— Людмила.
— Люда, нужно встать, одеться и идти… Вы понимаете?
— Да… дайте пальто.
Оборотень снял с вешалки серое бархатное пальто, подал Людмиле. Она поднялась, сказала: «Спасибо», — и надела пальто на голое тело. Аккуратно застегнула все пуговицы.
