тепло и в то же время обдающую горло прохладу, но больше напитка его обжигало и будоражило тепло чужих губ. Их вкус… Каким же он был в ту минуту?
Лекарство, что должно было усмирить демона, помогло его разуму и чувствам проясниться, но не так, как того хотела Рина. Демон действительно смог привести мысли в порядок, выстроить их в единый поток… Китран даже внезапно вспомнил, что его телу подвластна магия, поэтому он сумел ей воспользоваться, потому оковы с одной из его рук тут же пали. Высвободив руку из пут, он тут же обхватил тело Рины и притянул его ближе. Он сгреб его как в охапку и крепко обнял, прижавшись головой к чужой шее, будто пытался начать ей дышать.
— Рина… Ты пришла…
Запах так успокаивал… Но разве это не был запах Эйрены Де Клифф? — вот о чем думал он.
Нет, погодите. Эйрена и Рина… Это ведь один человек.
Подобно змее он окутал ее еще сильнее. Будто желал проглотить.
— Китран, все хорошо, я рядом, так что больше можешь не мучиться, — Рина начала гладить его по голове, она медленно водила рукой, это очень успокаивало Китрана.
— Почему ты пришла только сейчас? — теперь демон начал вести себя как ребенок, чем вызвал у Рины смешок.
— Забыл? Ты ведь сам мне не позволял этого, дурачок. А ведь завтра снова начнешь ершиться, когда придешь в чувство.
— Все равно не уходи… Не оставляй меня здесь, здесь так противно…
— Не уйду, но обещай мне, что сегодня поспишь. Я ужасно устала смотреть на твои синяки под глазами.
Китран приподнял голову и посмотрел на Рину. Желтые глаза змея казались бездонными, в них было так много обиды, из-за этого сердце девушки непреднамеренно сжалось. Если бы только Китран знал, что его Нагата вел себя как дитя… Этот демон внутри него просто жаждал внимания!
Рине на ум пришла одна мысль… А что, если Нагата — это всего лишь отголоски детских травм и обид Китрана как демона?!
Когда отец мальчика пал на войне и участь быть повелителем демона отошла его семилетнему сыну, безусловно Китрану пришлось нелегко. Он был зол и опечален, эти эмоции в купе с тем, что он знал о Нагате, заставили его злиться и… очень сильно скучать. У него больше не было близкого человека, но было проклятье, способное заставить его постоянно чувствовать злость и желание убивать. Он, как и другие представители рода, начал подавлять силу демона, вот только сам и понял, как подавил саму свою сущность.
Будучи запертым, «Нагата» навсегда сохранил свою силу духа, потому ненавидел, любил, скучал и желал тепла искренне. Он возненавидел людей, отнявших у него единственную семью, поэтому хотел доказать, что силен и никто не сумеет убить его. А еще он желал все крушить, потому что на него не обращали внимания…
Китран считал все дурные проявления своего характера заслугой Нагаты, но на самом деле Нагата и сам Китран с самого начала были едины.
На ум снова всплыла та сцена из мира за дверью, где жили голодные волки. Если теория Рины о том, что Китран и есть Нагата верна, то значит… Никакой змей не нападал на ее губы! Это был Китран, всегда был только он! Демон тянулся к ней и находил, где бы и как она не скрывалась.
Рина прикоснулась своим лбом к холодному лбу глупого герцога.
— Когда придешь в себя, мы с тобой хорошенько поговорим о твоем поведении, господин злобный герцог. А пока знай, я здесь и никуда без тебя не уйду. По крайне мере пока ты сам меня не попросишь.
Они уже нашли друг друга, так какой смысл сбегать?
Китран прикрыл глаза, после чего еще крепче обнял Рину. Как только он сделал это, его разум наконец поутих и от усталости тут же уснул.
Как и обещала, Рина никуда не ушла. Она помогла демону лечь на подушку, а сама легла рядом. Однако даже во сне он продолжал ее обнимать и обвивать, будто боялся, что ненароком отпустит.
— 23 — Не сделал, но мог
— Рина! Ты хоть понимаешь, что он… Нет, что я мог с тобой сделать?! — на утро Китран, как и ожидалось, оказался взбешен.
Он ходил из угла в угол и хватался то за голову, то за сердце. Было забавно видеть того, кого называли повелителем демона, таким потерянным и пристыженным.
— Но ты мне ничего не сделал, Китран.
— Но мог!
— Но не сделал же, — она улыбнулась. — Все в порядке. Ты же пообещал, что не навредишь мне.
— Да как ты можешь так говорить?!
Как только открыл глаза и увидел напротив себя лицо Рины, Китран было подумал, что ему снится сон. Вот только сон оказался до ужаса странным! В голове вертелись затуманенные воспоминания, и из-за них он начинал волноваться только сильней.
Нагата… Нет, Китран сам. Как только Рина пришла в подземную камеру, он ее не признал! А что, если бы он навредил ей? Если бы ранил…
Глаза Китрана вспыхнули желтым цветом, он отвернулся и собирался уйти, однако Рина в тот же миг, будто почувствовав это, обняла его. Она обхватила демона со спины и крепко прижала его к себе как можно ближе.
— Ты только вот так меня обнимал. Что в этом страшного? Я не против объятий. Мне их тоже всю жизнь не хватало.
Что-то в этот момент внутри Китрана перевернулось. Руки Рины казались такими маленькими и тонкими… Пусть тело Эйрены и казалось сильным, но выглядело оно слишком хрупким. Будь Нагата способен принять свой прежний вид, он смог бы поглотить ее целиком за один раз.
— Ты… Почему ты продолжаешь быть такой безрассудной? Кто говорил мне, что хочет жить?
— Я хочу, поэтому и помогаю тебе. Не знаю, почему ты решил, что принятие Нагаты легко пройдет в одиночку. Ты даже не обсудил это со мной, а ведь мы договорились для выживания все делать вместе! Ты спрашиваешь, почему я не побоялась остаться с тобой, но сам-то почему это сделал?
Напряженные плечи Китрана опустились, будто осели под грузом накопившихся на них груза.
— Я хотел ускорить слияние с Нагатой, — шепотом сказал он, — но боялся тебя напугать.
— Ты подавлял его долгие годы. Правда думал, что за пару ночей сможешь с ним справиться и собственный нрав усмирить?
— Но ведь ты смирилась с телом Эйрены!
Рина и правда смирилась. Утром, сразу по пробуждению, она стянула с себя артефакт в форме часов,
