я на грани слышимости.
Пока мы с Вандой обсуждали мою одежду, Егор успел привести себя в порядок.
— Что-то ты быстро, — не преминул сказать я, глядя, как он встряхивает мокрой головой.
— Ну, если бы кто-то всю горячую воду не выплескал, я, может быть, и подольше порелаксировал бы, а под холодной водой стоять, как-то не хочется, — он бросил насмешливый взгляд на покрасневшую Ванду. — Так, что дальше будем делать?
— Александра Николаевича искать, — ответил я уверенно.
— Есть, — Ванда произнесла это одновременно со мной.
Егор рассмеялся.
— Мнения разделились, — наконец, сказал он.
— Твой голос решающий, — Ванда улыбнулась.
— А я тоже есть хочу. — Через минуту заявил Дубов
— Правильно, у нас всё ещё растущий организм, который требует еды! — я кивнул, соглашаясь с их выбором.
И тут в дверь постучали. Мы мгновенно замолчали и напряглись. Я стоял ближе всех к двери, поэтому открывать пришлось именно мне. За дверью стоял невысокий, стройный мужчина лет тридцати на вид, темноволосый и кареглазый. Он посмотрел на меня оценивающим взглядом, затем перевёл взгляд на мнущихся у меня за спиной Егора и Ванду.
— Добрый день, Александр Николаевич Державин, — представился наш гость, и я посторонился, давая ему пройти.
— Очень приятно, господин Державин, — ответила за нас всех Ванда.
Александр Николаевич вошёл в комнату и огляделся. Затем снова посмотрел на меня, интуитивно определяя, как старшего.
— Сказать честно, я не представляю, что мне с вами делать, — наконец, выдал он. — Особенно после того шороха, что вы здесь навели. Закончили бы вы хотя бы курса три, вот тогда и можно было о чём-то говорить, а так…
— Так, может, мы домой? — мгновенно сориентировался я. — Ну а что, и вы от нас избавитесь, и нам будет хорошо?
— Молодец, это ты здорово придумал, — хмыкнул наш куратор. — Вот только меня по головке не погладят, если я поступлю так, как вам хочется.
— А мы никому не скажем, — произнёс я, заговорщицки, понизив голос.
— Я бы вас отпустил, но проект этот пилотный и наверняка приедет какая-нибудь проверка, чтобы убедиться, что детишки находятся при деле. Давать вам расслаблять нам тоже категорически запрещено, — недовольно проговорил он.
— Не слишком радужная картина, — пробурчал я. Мне показалось, что избавиться от нас ему почему-то хотелось чуть ли не больше, чем нам уехать из этой дыры.
— Вот что, господин… — Державин посмотрел на меня вопросительно.
— Наумов, Дмитрий Александрович, — представился я.
На этот раз Александр Николаевич смотрел на меня ещё дольше и пристальней.
— Вот как, — наконец, протянул он. — И почему мне даже списки студентов не передали своевременно? Меня ещё сюрпризы ждут? — он повернулся к Егору и Ванде. Те отрицательно покачали головами. — Я очень не хочу знакомиться с Александром Наумовым. И особенно я не хочу с ним знакомиться в том случае, если с его сыном что-то случится на вверенной мне территории. Но задачи, поставленной передо мной правительством, это не отменяет. Старайтесь не вляпываться без разбору в неприятности и вообще лучше ни с кем не разговаривайте. Мне половины вырезанной деревни не нужно, чтобы хоть как-то успокоить обезумевшего от горя отца и желающих отомстить влиятельных друзей. Ведь Гараниным ты пугал этих остолопов не просто так?
— Он мне просто к слову пришёлся, — я вздохнул. — Я больше Демидовых знаю, а из Гараниных только с наследником более-менее тесно общаюсь.
— Вот ты сейчас меня совсем не успокоил, знаешь ли, — Державин закатил глаза. — Надеюсь, вы меня поняли. С жителями я поговорю и буду надеяться на всеобщее благоразумие. Или мне всё-таки стоит чего-нибудь опасаться?
— Нет, мы будем себя хорошо вести. При условии, конечно, что нас не будут доставать, — ответил я старосте деревни.
— Замечательно. Значит, вы просто тихо-мирно выполняете поставленные перед вами задачи и не идёте на конфликт. А задание ваше звучит следующим образом: я обязан проверить практические навыки студентов-практикантов школы магии и использовать эти навыки в решении поставленных перед ними задач. И вот именно сейчас, после того, как ты представился, меня несказанно радует, что вы закончили всего лишь первый курс. — Он задумался. — Думаю, сейчас вы пообедаете, а потом я за вами зайду и отведу вас к местному травнику, Андрею Новикову. Он-то и станет вашим непосредственным куратором. И мне ничего придумывать не нужно, и он получит от вас помощь. Основы ботаники как раз сдают на первом курсе, не так ли?
С этими словами он быстро развернулся и вышел из комнаты.
Я медленно перевёл взгляд с закрывшейся двери на своих друзей.
— Это что шутка? Мы целый месяц будем травки собирать? — я почувствовал, как на меня волнами накатывает раздражение. — И только потому, что я Наумов?
— Его можно понять, — философски ответил Егор.
— Не так уж это и плохо, — поддержала его Ванда. — Зато мы ещё раз повторим ботанику и не вляпаемся во что-нибудь опасное. Да и на втором курсе с ботаникой будет легче справляться.
И хотя они меня успокаивали, я заметил лёгкую тень разочарования, которая скользнула по их лицам. Что ни говори, а мы ехали сюда с надеждой хоть на небольшое приключение.
— Пойдёмте есть, — и я направился к двери.
На этот раз зал-столовая был пуст. Мы заняли небольшой столик у окна. Я осмотрел зал, не понимая, что нужно делать, позвать хозяина или разносчицу? Словно услышав меня, в зал заглянула дородная улыбчивая женщина. Увидев нас, она заулыбалась еще шире.
— Что, детки, проголодались? Сейчас мы вас накормим.
Она скрылась на кухне, и не прошло и пяти минут, как снова появилась, неся на огромном подносе гору снеди.
— Вот, попробуйте, как тётушка Нюра готовит, — и она поставила поднос на стол. А мне стало интересно, а как она его вообще сюда дотащила?
Каждому из нас полагалась тарелка с куриным супом, гречневая каша, приправленная мясом, пирожки с разной начинкой и целый кувшин кваса.
Не сговариваясь, мы набросились на еду. Это было фантастически вкусно. Во много раз вкуснее, чем-то, чем нас кормили в Школе. Через полчаса я отвалился на спинку стула. Живот был полный, хотелось спать и не хотелось шевелиться. Под столом послышался глубокий вздох. Гвэйн, я совсем про
