поступить иначе. Он не трус, и если Лиона согласится поговорить с ним, всего минуту, он готов умереть и раньше отведенного времени.
– Отлично, – усмехнулся Борислав, сбрасывая тяжелые доспехи, – Мне, как крестному отцу Лионеллы выпала великая честь, надавать ее мужу по заносчивому драконьему заду!
Борислав отошел от Драгидора дальше, продолжая снимать доспехи, оставаясь в одной хлопковой рубашке. Он намеренно игнорировал недоумение, написанное на лице Драга. И продолжал готовиться к поединку.
Глава 24
Драгидор
– Ты влип, ты круто влип, брат! – говорил Киляр, помогая сбросить доспехи. С каждым вдохом они становились для меня все более тяжелыми. Давили, прижимали к земле. А боль в груди была просто невыносимой, но уже привычной. Я воспринимал ее как расплату за все, за мучения моей львицы, за свои поступки, за недоверие ей.
И одна, всего одна единственная мысль грела меня. Муж! Генерал сказал «муж».
– Ты слышал, что он сказал? – тихо поинтересовался я. Брат туго обматывал мою грудь куском рубашки, чтобы хоть как-то унять боль. С минуты на минуту Король объявит начало поединка.
– Он как следует наподдаст тебе, – пробормотал Киляр, – И знаешь, будет прав. Только псих мог вырезать себе сердце.
– Зато легенда не врет, – усмехнулся я, – Сутки еще можно прожить. К тому же как весело, а, братишка?
Киляр застыл, глянул на меня. Затянул повязку туже. Всучил мне меч в руку.
– Не умри на первой минуте, – подбодрил меня Киляр, – А я пойду, поищу твою кошку.
Согласно кивнул. Воины давно покинули арену, заняв место среди зрителей. А я, глубоко вздохнув, пошел к центру поля, туда, где меня уже ждал Борислав.
Приблизившись, приготовился нападать. Но генерал оказался быстрее. Один взмах руки и меня окутало плотное одеяло из земли. Глубоко вздохнув, насколько позволяли песчинки, забившиеся в нос, превратился в дракона. Устремился вверх, осыпая генерала землей. Тот стоял напротив меня, скрестив руки на груди. Меч его все еще покоился в ножнах. Я обернулся в человека. Сделал шаг вперед, какое-то движение привлекло мое внимание справа. Повернул голову. Только чудом успел отразить атаку. Удивляться просто было некогда. Один генерал стоял, глядя на меня, не шевелясь. А вторая точная его копия уже нападала, нанося удары мечом. Секунда и Барс, дравшийся со мной, исчез. Иллюзия. Был рад короткой передышке. Вновь повернулся к генералу.
– Вы сказали «муж»? – задал я интересовавший меня вопрос.
– Да, – кивнул Борислав, медленно вынимая меч из ножен, – Душевное единение. Ментальное общение. Обмен татуировками, наконец. Для тувронцев это означает одно – заключение брака.
Генерал бросил взгляд на мое плечо и правую грудь, затянутую золотом. Львица, подняв голову, прищурилась. Злобно зарычала, глядя на генерала. Так и хотелось засмеяться такой реакции картинки.
– А что, Ли разке тебе не сказала? – удивился Борислав.
– Нет. Не сказала, – прохрипел я, отражая удар за ударом. Генерал теснил меня к краю арены. Я чувствовал, что сил остается все меньше.
– Мда? Странно, – задумчиво заметил Борислав, стремительно двинул кулаком мне в челюсть, отчего зубы клацнули, – А хотя нет, не странно, – протянул генерал, – Ты был слишком занят, оставляя на ее теле синяки.
Прорычал, поднимаясь на ноги. Но спустя секунду вновь валялся на земле. Меч выпал, приходилось отражать удары доспехами. Подсознательно отметил, что, несмотря на золото, рука отлично гнулась, я даже чувствовал ею прикосновения, словно это был не металл, а моя кожа, но боль не воспринималась. Слышалось только лязг металла, каждый раз, когда меч Барса ударялся о золото. Доспехи отлично выполняли свою работу. За что я был безумно благодарен Лионе.
Поединок длился уже, казалось, вечность. Я потерял счет падениям. Правда мне удалось пару раз заехать Барсу в челюсть и по корпусу. Но это были мелочи.
– Перерыв! – прокричал Таймир. Я рухнул на землю, любуясь звездочками перед глазами на фоне голубого безоблачного неба. Поединок перерос в обычный мордобой, никакой магии, превращений в животных, плеваний огнем… ничего.
– Ну, как ты? – задал брат вопрос, оттаскивая с парнями мою тушу почти в бессознательном состоянии к краю арены. Я был непозволительно близок к отключке. Но держался изо всех сил.
Перерыв закончился, облив меня холодной водой, чтобы хоть как-то привести в чувства, Киляр подтолкнул меня в сторону Борислава.
– Она вроде как на втором этаже, – тихо проговорил брат, – Но попасть к ней не смог.
Благодарно кивнул.
Я шел к генералу, сжимая меч в руке. Перед глазами появилось нежное лицо Лионы. Девочка улыбалась, глядя на меня. Протягивала руку. Мы танцевали в саду. Я держал ее в объятиях, а она прижималась ко мне, оставив туфли где-то под лавкой. Ее золотые кудряшки сияли в свете луны, завораживая меня, пленяя.
Вот я вижу, как восходящее солнце играет на ее коже. Она загорается, сияет. А я держу ее в руках, любуюсь ею, целую, чувствую, как ее хрупкое стройное тело извивается подо мной. И ради ее улыбки, ради света в ее глазах, ради того, чтобы увидеть ее еще раз, в последний, мне нужно победить!
Собрав все силы в кулак, приблизился к Барсу. На мгновение в его глазах мелькнуло какое-то теплое чувство, будто отцовское что-то, почти гордость что ли. А я, размахнувшись, как следует, двинул крестному моей девочки в челюсть. Генерал рухнул на землю. И, как мне показалось, отключился.
Прошло секунд пятнадцать. Генерал не вставал. Пошатываясь, подошел ближе. Мои драконы, оценив силу удара и его последствия, радостно закричали, отмечая победу. А я опустился на одно колено перед поверженным противником.
– Второй этаж, третья дверь направо, – услышал голос генерала, – И упаси тебя Господь сделать еще какую-нибудь глупость – порублю на мелкие куски, ящер.
Криво усмехнувшись, кивнул. Все лицо, руки, ноги, да и все тело в придачу болели, ныли и точно знал, что у меня как минимум перелом и сотрясение. Но наплевав на все, взял в руки меч и пошел в указанном направлении, туда, где находилась моя солнечная львица.
Глава 25
Лионелла
Знала, что за дверью стоит Драг. Чувствовала это по пронзительной боли в груди, сжигающей меня изнутри, по покалыванию в кончиках пальцев, по тому, как энергия скопилась во мне, отчаянно ища выход. Магию такой силы я не ощущала в себе еще никогда, разве что после нашей с Драгом близости, но и тогда она не была настолько сильной. Крестный, казалось, накачал меня дополнительными силами «под завязку». Еще и мама помогла. Она всего пару минут назад вышла из моей спальни. Пришла, чтобы рассказать о событиях, происходящих в
