- Давай забудем уже о ней.
- Я не об этом, - видно невооруженным взглядом, что малышка нервничает. Никак не может нужных слов подобрать.
А еще больше боится разозлить мужчину, зная, как бурно он реагирует на болезненные воспоминания.
- А о чем? – Герман приподнял одну бровь, все так же сохраняя лицо невозмутимым.
- Не могу понять, как мы можем быть настолько похожи, - выдала наконец-то девушка, на что ее спутник усмехнулся.
- Как сестры-близнецы!
- Вот это меня и напрягает, - Снежана попыталась отвернуться, только Полонский не дал.
Взял осторожно пальцами за подбородок и заставил снова посмотреть ему в глаза.
- Теперь с подробностями, - взгляда не отводил, пытаясь увидеть все эмоции, что девчонка скрывала.
Нервничала, но это, скорее, из-за своего недавнего душевного состояния. Вряд ли что-то действительно скрывала – просто сформулировать мысль, терзавшую ее в последнее время, не могла.
- У меня такое чувство, что мы с тобой встречались, - малышка кривилась, так как Герман застыл на месте с круглыми глазами. – Не могу только понять, где именно. Скажи, у Алены не было родственников? Может, мы и вправду сестры-близнецы, а нас в детстве разлучили?
- Это из разряда фантастики, - хмыкнул Герман, все так же не отпуская подбородок Снежаны. Пальцы, казалось, срослись с кожей девушки, живя своей отдельной жизнью. – Но даже если бы вы были родственниками, то как бы я о тебе знал? Тем более встречался с тобой.
- Согласна, бред, - печально вздохнула малышка. – Как-то я об этом не подумала, - так же печально улыбнулась. - С логикой у меня туго, голова сильно болит. Всякий бред в голову лезет.
Все-таки отвернулась, а Герман отпустил и до конечного пункта не произнес ни слова. Снежана молчала, а мужчина пытался переварить ту путаную информацию, что получил. Девчонку что-то тревожит. Настолько, что она решила – они встречались раньше.
А значит…
“Нихрена это не значит! Нужно доктора вызывать!”
Позже, а пока киллер-неудачник. Точнее, его труп, о чем парни сообщили Полонскому по телефону.
- Посиди здесь, - Герман приказал девушке, когда внедорожник припарковался во дворе нужного дома. – Я позову.
Не нужно ей видеть этого горе-киллера. И так у девчонки проблем выше крыши. Насилия не приемлет – сама же об этом и проболталась. Но это хорошо. Значит, душа у нее светлая и чистая, в отличие от Полонского. С чистотой и светом у него напряг. Как и с остальными положительными качествами.
Мучил один-единственный вопрос.
Почему девчонка до сих пор не сбежала?
- Герман Арсеньевич, мы не… - начал было парень, который за старшего оставался, но Полонский его перебил:
- Как это случилось?
- Ночью попинали немного, как вы и просили, - вздыхал паренек, сопровождая шефа к подвалу. – Видимо, силы не рассчитали немного. Уходили, он был еще жив, а полчаса назад…
- Ясно! – перебил Герман, заходя в подвал.
Смерть его не пугала – привык, наверное. Хотя, скорее, научился реагировать спокойно – всем не посочувствуешь. А этому недоумку, что лежал сейчас на бетонном полу, тем более. Профессию паренек не ту выбрал – такие, как он, обычно, долго не живут.
- Что делать? – охранник печально вздохнул, ожидая своего вердикта.
Шеф вроде мужик с понятиями, но мало ли, что в голову человек стукнет.
- Показания хоть записали? Мне Макс сказал, что…
- Обижаете, - усмехнулся паренек, доставая диктофон из кармана. – Все, что удалось выбить, - протянул гаджет шефу. – Так что с этим-то делать? – кивнул на мертвого киллера, не отводя взгляда от Германа.
- Как обычно! – фыркнул Полонский и вышел из подвала.
Не сдавать же парней полиции – проблем не оберешься тогда. Причем и у Германа тоже начнутся крупные неприятности, поэтому проще не светиться.
Рука так и тянулась включить диктофон еще в машине, но Полонский сдерживался.
- Поехали, - уселся поудобнее на заднем сиденье и отвернулся к окну, не желая встречаться со Снежаной взглядами.
- Допрос отменяется? – услышал голос девушки, но так и не повернулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Сбежал, гаденыш.
- Проблем хоть не будет? – не унималась малышка, а Герман в ответ улыбнулся, хотя его спутница этого и не видела.
Переживает. За него. И это грело душу сильнее, чем утренний секс со Снежаной. Ее тело в его руках. Она принадлежит ему. Не сопротивляется.
А лишь отдается в его надежные руки…
- Парни успели его допросить, - произнес Герман, когда они зашли в спальню девушки. – Хочешь послушать? – достал из кармана диктофон и помахал у Снежаны перед носом.
- Хочу, - спокойно произнесла в ответ, но тут же дернулась.
А после и напряглась, как натянутая струна - пиликнул ее смартфон. Входящее смс.
Девушка медленно подняла испуганный взгляд на Полонского…
Глава 51
Снежана
Как же не вовремя мой ненаглядный друг смс прислал. Только он мог это сделать. Больше некому. И как теперь выпутываться из сложившейся ситуации?
- Не ответишь? – Герман кивнул в сторону смартфона, при этом лицо вдруг стало каменным.
Ни единой эмоции. Даже намека на то, что верит мне. Прямо как чувствует какую-то подставу. Только вот готова ли я именно сейчас к откровениям? Самой бы для начала разобраться, что происходит. Только вот пока с логикой у меня туговато – голова раскалывается от переизбытка информации. Точнее, каких-то обрывков.
Дата… Герман… Девочка маленькая… Друг, который почему-то в курсе всех моих дел. Раньше я этому не придавала значения, зато сейчас…
Но все равно с логикой по-прежнему туго – такую чушь несла в машине, что самой стало тошно. Может, рассказать все Герману? И он поможет мне разобраться в этой белиберде. По-другому назвать, увы, не получается, так как слишком уж все сумбурно.
И неправильно.
- Не отвечу, - спокойно, по крайней мере, пытаюсь именно так, отвечаю и замираю, не отводя взгляда от мужчины.
- Вольский? – не унимается Герман, а я в ответ мотаю головой из стороны в сторону.
- Этот всегда звонит.
- Секреты? – мужчина приподнимает одну бровь и даже пытается улыбнуться, только вот выходит довольно криво. – Или тайные поклонники достают?
Вряд ли поверит моим оправданиям, да я и не питаю надежды, что прямо сейчас бросится меня спасать. Если бы я услышала нечто подобное (а именно сейчас это прозвучит как самый настоящий бред), то послала бы к чертовой матери. А может, даже в дурку бы сдала – а что, прекрасное учебное пособие для психиатра.
Понять бы для начала самой от чего, точнее, от кого спасать-то меня надо. Вроде все спокойно, довольно ровно и без каких-либо изъянов, только… как-то неправильно.
“Голова трещит!” – мысленно пытаюсь успокоиться и хоть какой-то порядок в голове своей навести, но нифига не получается.
- Диктофон включать будешь? – перевожу разговор на другую тему, ожидая, что Полонский сейчас взорвется, но он, как ни странно, переключается.
Больше ни слова ни об смс, ни о тайнах Мадридского двора, которых, по сути, и нет. Даже о поклонниках ни словом больше не заикается. А у меня в голове откуда-то назойливая мысль:
“Герман не должен знать о друге!”
Только так и не могу найти ответа на вопрос – почему?
- Давай послушаем, - мой спутник ложится на бок, подпирает голову рукой, облокачиваясь на кровать, и нажимает кнопку.
- Кто приказал тебе стрелять в Германа Полонского? – грозный мужской голос, и, если я правильно понимаю, то одного их охранников.
- Не знаю.
- Врешь, падла!
По звукам трудно определить, но, скорее всего, удары. Герман спокоен, а я, наоборот, начинаю нервничать. Не оттого, что кто-то кого-то бьет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я боюсь услышать то, чего слышать не должна…
- Разговаривать будем? – снова голос охранника, и негромкое в ответ:
- Да.
- Повторяю вопрос: кто приказал стрелять в Германа Полонского?
