и о самом главном событии подумать не мешало бы… А именно о том, чего же хочет от меня Грэг Мюррэй. Знай он, что я и есть призрак, то не мешкал бы, как в случае с Лисом. А значит, ему что-то нужно от меня.
Если предположить, что ментал что-то узнал от Лиса, то Грэг в курсе о новом главе гильдии воров и о том, кто спас Красноволосого с лаборатории. Но как он связал Хлою с Лисом и Призраком? Либо… Проговорился мой поклонник— Бренден. В таком случае Хлоя, действительно, связана с призраком, ведь кольцо оказалось на Лисе, который исчез из поля зрения магов сразу после того, как был похищен из лаборатории.
— Что делаешь? — Выдернул меня из размышлений хриплый и низкий голос, заставив вздрогнуть.
Лекс стоял в коридоре, ведущую в спальню, облокотившись к стене и сгорбившись. Нагой верх был все еще обтянут бинтами. Выглядел он как настоящее приведение, что изображают артисты — бледный, с темными кругами под глазами и взъерошенными волосами.
Этот чертов амулет заживления ран вообще работает? Не похоже, что Лекс в скором времени свалит из моего дома. А ведь магии в амулете остались крохи — его снова нужно обновить. Этот псих вообще в курсе сколько стоят услуги магов?
— Как видишь, ничего. — Буркнула я.
— Девушкам не безопасно гулять в столь позднее время. Где ты была?
Я оторопела от его наглости. Кажется, я пропустила нашу свадьбу. Когда это он стал мне супругом, что может допрашивать меня!? А именно так выглядел его взгляд — подозрительно и недовольно.
— Прости, что?
— Не похоже, что ты спасаешь меня. Скорее решила заморить голодом. — Мои брови поднимались все выше и выше с каждым его словом, звучавшим недовольно и ворчливо.
— Ну уж простите, Ваше Высочество! Добрые девушки, что спасают преступников и укрывают их, умом не блещут, потому им приходиться работать до глубокой ночи. — Раздраженно ответила я, на самом деле начиная сомневаться в своих умственных способностях. Иначе выкинула бы это блондинистое тело тогда, когда оно еще не разговаривало, а могло лишь стонать и мычать.
Лекс на мою раздраженную реплику лишь ухмыльнулся и будто повеселел. Чем злил меня еще больше.
Кажется, он не чувствовал себя благодарным своему спасителю, да и вообще выглядел уверенно в стенах чужого дома. Пусть он и бывал тут в детстве, но это не его дом!
— Не злись. Лучше давай подумаем над тем, чем можно поживиться. А то я уже начал засматриваться на то единственное нечто в плесени, что лежит у тебя на полке. — Лекс кивнул в сторону кухни, туда, где, действительно, давненько залежался хлеб.
Я не стала артачиться, ведь на этот раз его голос звучал более доброжелательно. Видимо, настолько сильно он был голоден.
Найдя в закромах своей кухни то немногое, из чего можно было приготовить нехитрое блюдо, принялась за дело. Пока занималась готовкой, кое-кто нежелательный в моем доме, все это время стоял за спиной.
— Где ты работаешь? — Нарушил тишину Лекс.
— В таверне. — Коротко ответила я.
— Наверное, тяжело одной со всем управляться… Почему ты живешь одна? — Мне не нравились расспросы о моей личной жизни. Я всегда стараюсь отвлечь людей от них. Зачем чужим людям знать, что живу я одна. Что родственников у меня нет. Что я сирота. Все мои ответы могли стать причиной нежелательных гостей в моем доме. Ведь одинокая девушка — это такой соблазн… Но в случае с Лексом — все и так ясно. Он знает, что я живу одна. Я сама пустила его в свой дом. Потому и увильнуть от его вопросов будет сложно.
Его голос звучал доброжелательно. Я почти решилась ему ответить, но взглянув на отражение в окне, где я могла видеть Лекса, зарубила на корню малейшее желание открыться ему. Его голос может и звучал по-доброму, но взгляд сверлил так, что я начала сомневаться в себе — казалось, что голос не мог принадлежать тому человеку, что смотрит так на меня. Будто два разных человека. По телу прошлись мурашки. Взгляд был изучающий, скорее даже препарирующий, полон подозрения, испепеляющий, убийственный. Так смотрят на человека, которого подозревают в чем-то.
Но в чем? Он впервые видит меня, а я его. То есть я-то вижу его во второй раз. Первый был в лаборатории, и если предположить, что тогда он тоже меня видел с Лисом, то все равно не мог видеть через маску, что я ношу даже в состоянии невидимости. А посему не мог знать, что Хлоя и есть Призрак…
— Наверное, это больная тема. — Предположил Лекс, чем и освободил меня от ответа. Но расспросы не закончил. — Так ты была знакома с моим дедом?
— Нет. Я выкупила дом в мэрии. Твоего деда нашли мертвым на том кресле. — Я кивнула головой в сторону кресла, на котором сама сидела недавно.
Взгляд Лекса переместился в сторону гостиной и… ничего. Никаких эмоций.
— Жаль… — Судя же по взгляду ему жаль вовсе не было.
— Прости. Все его вещи я выкинула. — Кроме картины, что все еще находится в моей сокровищнице. Но возвращать ее я не собиралась. Не потому, что она драгоценна для меня, а потому, что вынести ее оттуда для Лекса будет проблематично, учитывая, что он все время находиться в доме. — Ты раньше здесь жил с дедушкой?
Кто сказал, что вопросы может задавать только он? Неплохо было бы и мне разузнать немного о нем.
— Кажется, да. На самом деле я ищу в этом городе кое-кого. И будь старик жив, он помог бы мне в этом. — Смерть дедушки, видимо, большая проблема для него, судя по его недовольному лицу.
— Возможно, я помогу тебе? Кого ты ищешь? — Как можно, непринужденнее спросила я, наконец, закончив дела у раковины и переходя к плите.
— Может быть… — задумчиво ответил Лекс. Теперь у меня не было возможности посмотреть на его лицо, но, казалось он на самом деле задумался и отвечать мне на второй вопрос не намеревался.
Далее я готовила в тишине. Ну и ладно. Зато меньше неудобных вопросов.
Вообще, я мало готовила дома, так как делать этого не умею. Но зачем-то покупала дорогую приправу, которая мне сейчас и понадобилась. Я потянулась за мешочком, спрятанном на самой верхней полке…
— Ты пахнешь гарью. — Близость Лекса испугала меня. Я шарахнулась назад — сталкиваясь с его каменной грудью, а мешочек с приправой, что я успела зацепить пальцами начал падать с верхней полки. Мимо моего лица промелькнула рука, которая замерла, ловко поймав мешочек.
