— Никак, леди. — В голосе Эверарда сквозила едва заметная улыбка. — Я справлюсь сам, не стоит беспокоиться. Лучше возвращайтесь в экипаж, — кивнул двум гвардейцам, которые немедленно подскочили к Изабелле.
Девушка не стала протестовать и спокойно позволила проводить себя до экипажа.
Как только Изабелла скрылась в салоне, Джордан серьёзно спросил:
— Лорд, может вызвать помощь?
Хоть он и не был знатоком в магических науках, но и так было понятно, что рана на теле герцога нешуточная. От каждого взгляда на красные всполохи по телу Джордана пробегала дрожь. Ему и представлять не хотелось, что сейчас чувствовал герцог.
— Не нужно, я справлюсь, — ответил Эверард, но в голосе чувствовалось напряжение. Осмотрелся по сторонам, проверяя не осталось ли где какого отбившегося демона. — Значит так, капитан. Продолжаете путь в столицу, как запланировано. Я останусь здесь, чтобы восстановиться. До того, как вы въедете в столицу, я вас догоню, можете не переживать. Если что, успокойте леди Корт.
— Лорд, — начал было Джордан, но Эверард прервал его резким взглядом.
— Выполняйте, капитан.
Джордан мгновенно понял, что лучше не спорить, иначе ему придётся худо. Браво отсалютовал и развернулся к гвардейцам, а в сердце тревожно заскреблось опасение, что, если о том, что он оставил герцога одного, прознает Император или, что ещё хуже, Патриарх, то от наказания никуда не деться. И кто знает, что взбредёт им в голову.
Эверард смотрел вслед удаляющемуся экипажу, окружённому кавалькадой гвардейцев, и как только они скрылись из виду, тяжело опустился на землю, скрестив ноги, и его разум провалился в прохладное спокойствие медитации.
По телу заструился синий огонь, но в этот раз он был невероятно холоден, в воздух поднимался не дым, а пар, как от морозного льда в жаркий летний день.
Одно из пламеней бездны — Ледяной огнь Джеррага, одного из богов разрушенного мира, в котором побывал Эверард, и в котором нашёл своего «учителя».
Языки пламени оплетали Эверарда всё плотнее и плотнее, пока, наконец, не скрыли его фигуру полностью. Через несколько минут огонь начал затвердевать: сначала превратился в тягучую жидкость, а ещё через час на месте переливающегося пламени образовался огромный кристалл, внутри которого можно было различить человеческий силуэт, застывший в неподвижности.
***
Темноту пещеры рассекало свечение жидкого огня, пробивающегося через разломы в полу, а постоянное течение магмы создавало беспрестанный гул, от которого вибрировал раскалённый воздух.
В центре пещеры между разломами на одно колено опустилась расплывчатая фигура.
— Всё идёт по плану, Повелитель. — Хриплый голос звучал надсадно, с одышкой, то ли от жары, то ли от обрушивающегося на него магического давления.
— Значит, он всё-таки решил сам защищать её? В столице? — из пустоты пещеры раздался низкий рокот.
— Да, Повелитель, — фигура склонила голову ещё ниже.
— Всё идёт так, как ты и предсказывал. Но мы уже потеряли двух братьев, — в рокоте зазвучал гневный гром. — Ты знаешь цену ошибки.
— Потери неизбежны, Повелитель, — в голос прокралась дрожь. — Когда дело касается драконов.
Ответом ему послужил презрительная усмешка:
— «Драконы». Хм, их высокомерие их же и погубит. Особенно этого выродка. Нужно было прикончить его вместе с матерью, — на секунду пещера погрузилась в тишину. — Но скоро, скоро эта ошибка будет исправлена. — В раскатах голоса слышалась предвкушающая улыбка.
Голова фигуры на мгновение поднялась, острый взгляд устремился вглубь темноты, но в следующее мгновение он снова покорно склонился.
Глава 9.1
Изабелла с тревогой всматривалась в пролетающие за окном виды природы, сейчас они не трогали ничего в её душе, скорее только напоминали, о том расстоянии, которое она и гвардейцы преодолели, о том расстоянии, на которое они удалялись от герцога.
Перед глазами ещё стояла картина, когда она увидела ужасную рану на груди Его Светлости, тогда внутри словно что-то оборвалось. Всё это из-за неё. Демоны хотят добраться до неё, но при этом страдают те, кто находится рядом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Изабелла не знала, что бы ей пришлось пережить, если бы погиб кто-то из гвардейцев, а она видела, что воины, не раздумывая, будут оберегать её до самого конца, хоть подчас они и напоминали добродушных тюремщиков.
За окном во главу строя гвардейцев с каменным лицом проскакал капитан Верст, коротко кивнув Изабелле.
Девушка тихонько фыркнула. Прошло уже два дня, от герцога не было никаких вестей. Как бы она ни спрашивала что капитана, что гвардейцев, все они твердили одно и тоже, мол герцог догонит их при подъезде к столице. И с такой уверенностью говорили, что у Изабеллы только что рот не открывался от такой слепой веры в Его Светлость.
Но одно дело гвардейцы, и совсем другое дело — она.
В голове снова пронеслось воспоминание о страшной ране герцога, от чего сердце странно забилось. Изабелла быстро моргнула, прогоняя непрошенные мысли.
Прошло ещё полдня. Изабелла сидела вся как на иголках.
Вдалеке за окном уже виднелись огромные башни и шпили столицы, хоть до города и оставался ещё почти день пути: настолько высоки были здания в самом большом городе Империи, что они вздымались практически до самых облаков. Поговаривали, что из Императорского дворца можно было любоваться облаками, проплывающими под ногами — настолько высоко поднимались некоторые башни. Но Изабелле и в прошлый раз было не до того, а сейчас и подавно.
Она с нетерпением сжимала подол того самого платья, подаренного герцогом. Несмотря на то, что прошло уже почти три дня, как она носит его, оно не помялось, не запачкалось, а её кожа оставалась чистой и будто становилась ещё белее и нежнее, чем была.
Тем не менее девушка каждый день принимала ванну, благо экипаж был размером с дом, и места хватало для всего, приводила себя в порядок, как подобает всякой леди. Это помогало бороться с тревогой и страхом неизвестности, распорядок дня, который въелся в неё с самого детства позволял сохранять относительно спокойное состояние, по крайней мере, никакой паники и бессмысленных метаний.
Вдруг экипаж замедлил ход, а потом и вовсе остановился.
Изабелла от неожиданности сначала замерла и не знала, что делать, а внутри уже расцветала радостная надежда, и только успела она вскочить на ноги да броситься к дверям, чтобы выяснить, что случилось, как те резко распахнулись.
В проёме появился мощный мужской силуэт в чёрном камзоле. Серебристая маска тускло блеснула в лучах солнца.
Изабелла замерла на месте, рука метнулась к губам.
Синие глаза, в которых тускло блистал огонь, обратились к девушке.
— Леди Корт, вы, надеюсь, не думали, что я уже успел умереть? — с усмешкой спросил Эверард.
— Вас не было так долго, — начала Изабелла, а в уголках глаз блеснула влага, но тут же оборвала себя. — Конечно, не думала, — вздёрнула она подбородок. — Чтобы вы да умерли, лорд?
— Вот и хорошо, — сказал Эверард и неспешно устроился в своём кресле рядом с дверями. — Вам следует отдохнуть, леди, пока есть возможность. Завтра мы прибудем в столицу.
Через мгновение он уже погрузился в целительную глубину медитации.
Изабелла ещё на несколько мгновении осталась стоять, с изумлением наблюдая за мужчиной. И это всё? Она тут вся испереживалась, места себе не находила. И что? А ничего! Ну, Ваша Светлость.
Резко развернулась и скрылась в своей комнате.
Ей вслед смотрели два прищуренных огненных глаза.
***
На следующий день экипаж, наконец-то, оказался на дороге не в гордом одиночестве. То и дело рядом проносились кареты, повозки, группы всадников, все как один остающиеся далеко позади проносящегося экипажа и кавалькады гвардейцев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На горизонте все отчётливее проступали гигантские стены, похожие на горный хребет, в качестве пиков которого выступали башни и дворцы.
