верх горы, и оттуда ему открылся вид на весь Малазийский полуостров.
– Не трать время и посмотри отсюда на живущих в том краю.
Благоев посмотрел на определённый участок, и только он начинал думать о нём, как перед ним представало уже всё вблизи. Он устремил взор в одну точку – и увидел рыбаков. Потом в другую – а там торговцы. С виду ничего их не выдавало. Но стоило только пробраться в их души, как перед ним открывался выбор из нечестивцев всяких разных мастей: распутники, воровки, насильники и убийцы. Также он увидел дикие племена, как те, с которыми расправился в начале своего пути. Они проводили какие-то тёмные обряды у воды, читали заклинания, которые также были ему непонятны. И тогда он спросил:
– Мне подвластны все языки мира. Но почему я не понимаю лишь этот?
– Тебе отведено умений ровно столько, сколько требуется для замысла Моего! Чего ты хочешь узнать? Чего ещё ты хочешь увидеть?! Разве не ясно, что этот мир погибает, как дерево, ветви которого поражены болезнью? Всё, сотворённое Мной, и всё, данное Мной, либо отброшено человеком, либо оплетено его спесью. Так отруби худые ветви, чтобы спасти этот мир, раз человек настолько потерял себя!
После сказанного Гавриил Благоев поднял руки, разводя их в стороны, отчего небо стало окутывать тучами. От лёгкого покачивания ладоней забушевало море и поднялись волны. Разразился страшный шторм. Он приподнял слегка руки, повернув ладони кверху, и поднялось цунами небывалых величин с обеих сторон полуострова. Свел руки вместе, и гигантские волны двинулись к берегам. И с хлопком ладоней вся сила стихии обрушилась на Кедах, сровняв с землёй все сооружения, города и селения, потопив большинство людей. Живущие там отродясь не видели столь огромные цунами, мощь которых было не передать словами. Такого природа сама собой не могла воссоздать… То, что случилось в Кедахе, было воистину карой Господней.
После бедствия вода резко стихла, тучи разнеслись на небесном своде. И Гавриил Благоев почувствовал, что ему надо идти дальше: через море на восток…
Глава 5
Гавриил направлялся в Китай, чтобы оттуда пересечь море и прибыть в Японию. По пути он много размышлял о содеянном. Невольно вспоминал семью. Думая обо всём этом, Благоев тонул в омуте собственных мыслей: «Почему я не могу понять правильность собственных деяний? Ведь я исполняю Волю Господа. Ему же лучше известно: Он знает больше, чем я, умеет больше меня и видит, что разглядеть другому не под силу. Но почему нельзя было осветлить их умы, к примеру, приходом миссионеров или явлениями слуг Его во снах, да или, в конце концов, свершить знамения? Они ведь тоже люди, хоть и потерянные… А может, Он это всё предусмотрел наперёд и увидел, что от этого не будет толку? Возможно… Но не верится мне, что из всех убитых мною ни один не смог бы встать на верный путь! Видимо, Господь устал терпеть бесчинства, и для них что-либо стало слишком поздно…»
И так на всём пути терзало Благоева смятение. Задавая сам себе вопросы, он тут же давал ответы, которые рождали новые темы для размышлений, благодаря чему он не ощущал спокойствия и чувства правого дела.
Также неутолимой была скорбь о собственной семье, которая погибла такой страшной смертью. Перед глазами невольно возникали картины: его убитые дети, жена, которую заносят в дом насиловать. Переживания не давали Гавриилу покоя, потому он решил спросить:
– Боже, где моя семья? Прибрал ли Ты их в Царствие Своё?
– Пускай мёртвые думают о мёртвых. А пока ты жив, думай о живых и о наставлении Моём. Не лезь туда, что для тебя ещё не уготовано.
Такой ответ породил в душе Благоева тревогу. Но, поразмыслив над Его словами, он согласился, что не ему о мёртвых надо беспокоиться. Это умозаключение помогло лесорубу на время отбросить лишавшие покоя мысли.
К тому времени Гавриил уже пришел в уезд Шанхай. Эта маленькая рыбацкая деревушка была похожа на портовый город. Везде сновали люди в суете: кто-то с кем-то договаривался, осуществлялась погрузка, стражи порядка контролировали обстановку. Заметив одного мужчину, который руководил рабочими, загружающими судно, лесоруб подошёл к нему и спросил: «Какой из кораблей направляется в Японию?» Тот ему указал на джонку, стоящую вдалеке, и сказал, что хозяин судна переправляет шёлк в Японию. Гавриил сразу же направился в ту сторону, где находился корабль. Подойдя к нему, он увидел человека, который отдавал указания спускающимся с трапа людям. Проникнув в его мысли, Благоев узнал, что тот действительно капитан джонки, на которой он собирается переправить груз в Японию. Но шёлк для него был лишь прикрытием. На самом деле этот человек и его команда – контрабандисты, занимающиеся доставкой пороха в Страну восходящего солнца.
Капитан не отличался особой грешностью. Он был лишь падок на лёгкую наживу. Гавриил мог бы силой заставить переправить его через море, но корабельщик того не заслуживал. И тогда лесоруб подошёл к нему:
– Я слышал, что ты идешь в Японию. Мне нужно туда попасть. Возьмёшь меня как попутчика?
– Сколько у тебя денег?
– У меня их нет.
– Тогда зачем ты мне нужен?
– Я знаю, что у тебя на джонке не только шёлк. А в пути могут возникнуть проблемы как от пиратов, так и от японского флота. Но со мной тебе не грозят опасности. Я помогу тебе дойти до берега в целости и сохранности.
Немного подумав, капитан ответил:
– Пойдём за мной.
Корабельщик развернулся, и они отправились в сторону построек, предназначенных под склады. Когда они вдвоем отошли, то за ними следом выдвинулось пятеро матросов. Они зашли за строение, где мало ходило людей, и в течение нескольких секунд к ним присоединились те пятеро.
Гавриил без особых способностей понял, что его сейчас попытаются либо убить, либо покалечить. Тогда он воссоздал в одной руке огненный шар, а другой с замахом хлопнул ладонью по нему. От этого получился небольшой взрыв из огненного облака, которое немного опалило глаза морякам. Пока они были оглушены болью, под их ногами разверзлась земля, отчего те упали в расщелины по пояс. А после грунт захлопнулся, сковав всех, кроме капитана.
– Я последний раз повторяю, что мне нужно попасть в Японию с твоей помощью. То, что я сделал, лишь малая частичка моей силы. И потому, если ты сомневаешься, что не смогу защитить команду и груз, я погублю твоих матросов и потоплю твоё судно за эту дерзость, что тобой здесь устроена! – сказал
