– Кто-то отменил? Я не пойму, – цежу, поднимаясь с постели.
– Банкет точно отменили, – вздыхает Андрюха. – Да какая свадьба? Ты вон как герой гражданской войны с перевязанной головой. Куда тебе, Федя?
Морщась от боли, звоню племяннице.
– Лер, узнай там у своего…
А в ответ слышу торопливое.
– Тима не смог. Надо было, чтобы ты или Оля написали отказ.
– То есть нас ждут? – уточняю на всякий случай. И мысленно прикидываю, что делать дальше. Весь наш нарядный шмот остался дома. Два часа в одну сторону, два часа в другую. По-любому мои не успеют.
– Лер, платье нарядное одолжи моей невесте, – прошу хрипло. А сам размышляю устало. Где ее искать, эту невесту? Сидела бы рядом. Проблем бы не было.
– Платье сейчас привезу. И костюм Тимкин. Ты хоть скажи, как себя чувствуешь? Мы тут на нервах все были. Хорошо, Оля звонила, передавала новости. Молодец…
– Да нормально. Бывало и хуже, – отмахиваюсь я. – Сейчас Ефим тебе скажет номер палаты и отделение, – передаю трубку и, держась за стенку, бреду на ватных ногах в санузел. Заглядываю в зеркало. А оттуда на меня смотрит небритый злой мужик с впалыми щеками, с забинтованной головой и с мешками под глазами.
– Красавчик, бл.дь, – морщусь раздраженно. Наскоро споласкиваю лицо. Вытираю морду казенным полотенцем и прошу по-братски Ефима. – Бритву мне достань, брат. А то Оля увидит, испугается. Кстати, где то отделение?
– Двумя этажами выше. Патология беременных. Торганов помог устроиться, – рапортует мой безопасник и добавляет, не скрывая эмоций. – Да она из здания ни разу не выходила! Мы квартиру ей сняли, – тараторит, будто оправдывается. – Так она отказалась. Спала где-то на кушетке. Хорошо хоть жратву брала. Мы ей привозили… Настоящая жена командира, Федь. Классная девочка. Мне б такую…
– Обломаешься, Ефим, – улыбаюсь я. А у самого сердце из груди выскакивает от счастья. Любит меня мой чижик. И ни за какого Дениса замуж не собирается. Это она грозилась просто.
– Дай телефон, позвоню ей, – тяну руку к айфону Ефима. Еще бы мою трубку найти. Но это потом. Сейчас главное – Оля.
– Привет, – выдыхаю, как только она отвечает. – Ты не забыла, какой сегодня день?
– Что? Федя, тебе отлежаться надо! – пытается она воззвать к здравому смыслу.
– Потом, чижик. Потом. Отлежимся вместе. Домой надо ехать. К Дамиру. Вот в ЗАГС заскочим и рванем.
– Федь, ну я не знаю, – тянет она неуверенно. А меня подрывает. Не знает она! А кто знает?
– Ты замуж за Дениса собралась? – рычу в трубку.
– Ты больной, что ли? – фыркает она в ответ.
– Ага. И справка есть. Давай, собирайся. Хватит работать. Иди ко мне. Я тебя жду.
– У меня смена через час заканчивается. Сразу приду.
– Это хорошо, – провожу ладонью по небритой щеке. Я как раз успею к Олиному приходу превратиться из обезьяны в человека.
Но нам бы в ЗАГС не опоздать.
– Сразу после смены спускайся вниз, – заявляю совершенно спокойно.
– Федь, на мне джинсы и свитер. Как в таком виде замуж выходить? Я не хочу.
– Лера моя все тебе привезет, – командую, не дослушав. – Все. Оливия Александровна. Паспорт у тебя с собой? Значит, женимся. Я ждать не буду.
– Пока не скажешь, зачем ты ездил к Ляле, я за тебя замуж не выйду! – спохватившись, кричит она в трубку. И связь обрывается.
Зараза. Мелкая зараза. Тоже мне, жена командира!
– Олюшка, – перезваниваю ей. – Только не кидай трубку. Я тебе все объясню. Только не по телефону. Я не спал с ней никогда. Клянусь. Ты только верь мне. Пожалуйста, – причитаю глухо, а сам на нервах, как на суде. Сейчас прокурор выйдет и приговор зачитает.
Ну, как бросит меня Оля? Что тогда? Я же свихнусь от тоски.
– У меня только ты, девочка любимая, – глухо повторяю в трубку. Мажу взглядом по сторонам. Пацаны мои только с виду – чурбаны неотесанные. Вышли из палаты, как только у нас с Олей разборки начались. – Прости меня, родненькая. Тебя подвел и сам оплошал, – вздыхаю тяжко. – Только ты выходи. Пожалуйста. Иначе я сам поднимусь за тобой.
– Ладно. Посмотрим, – всхлипывает она и отбивает звонок.
Ну и что мне теперь делать, твою мать!
Глава 49
Глава 49
– На вот, – протягивает мне чехол с одеждой Лера.
– Что там? – ойкаю испуганно.
– Платье. Федя сказал, в ЗАГС едем, – объясняет она мне как маленькой. – Беги собираться, Олечка. А я пока тут девочку одну навещу.
– У меня смена только через полчаса закончится, – тараторю я и уныло добавляю. – А туфли?
Смотрю на видавшие виды кроксы. В подсобке у меня еще кеды. Но они тоже не подходят.
– Я не знала, какой у тебя размер, – вздыхает Лера. – Но платье длинное. В пол. Никто ничего не заметит.
– Тогда с кедами надену, – решаюсь я.
– Нормально. Сейчас все так носят. Я так поняла, что вы только распишетесь, и домой, – продолжает вещать Лера, а сама деловито направляется к палате люкс. – Я тут лежала, – стучит в дверь. – Когда Тима меня нашел…
– Это хорошо, – ляпаю первое, что приходит в голову. А сама бегу на пост. Еще лекарства раздать надо. И капельницы поставить.
– Иди уже, собирайся, – ласково отправляет меня Михайловна из процедурной. – Мужик твой очухался. Тебя ждет. Грозный, как я посмотрю. Ежели вовремя не выйдешь, разнесет тут нам все. Девчонки в реанимации лужей растеклись. Тако-о-ой мужик, – передразнивает подружек Михайловна. – Беги, кому сказала.
– Сейчас капельницу поставлю, – хватаюсь за штатив и флаконы. Бегу в палату. И с разбега влетаю в люкс. – Ой, не туда. Простите… – выскакиваю как ошпаренная.
– Оль, да успокойся уже, – останавливает меня Михайловна. – Одевайся и беги к жениху.
– Ага, спасибо, – неохотно отдаю ей штатив и флаконы.
Иду в подсобку. Открываю чехол с платьем и замираю в восхищении.
Платье цвета айвори, отделанное кружевными вставками и стразиками. Длинное. В пол. Как и говорила Лера. Прикладываю его к себе и улыбаюсь. Красивое. И мне идет.
Дома, естественно, висит свадебное платье с корсетом и кринолином, привезенное из Эмиратов. Но в нашей ситуации выбирать не приходится.
– Ты готова? – заглядывает в подсобку Лера. – Одевайся быстрее. Я и косметику захватила.
– Спасибо, – всхлипываю я. Нет, не так я представляла нашу свадьбу. Готовилась, старалась. А Федора к какой-то Ляле понесло.
Злюсь на него. Надеваю платье и в ужасе смотрюсь в отражение в зеркале. Бледная, испуганная. Я на кого угодно похожа, только не на невесту!
– Да, надо основные черты лица нарисовать, – беру у Леры косметичку и улыбаюсь через силу.
– Да не переживай ты так, – успокаивает она меня. – У нас вообще никакой свадьбы не было. Морозов забрал мой паспорт у старшей медсестры и сам пошел в ЗАГС. Расписал нас. Потом, конечно, мы друзей собрали. Отметили. Но тогда мне его урыть хотелось.
– Та же фигня, – киваю я печально. Слегка подкрашиваю глаза. Распускаю волосы. Мажу по губам розовым блеском и уныло рассматриваю себя в зеркале. – Ничего так…
– Все хорошо. Не переживай. Федька хоть и в Тимином костюме, но с перевязанной головой. Тот еще жених. Зараза… А ты мне теперь тетей приходишься, – хихикает Лера.
– Как и Дамиру, – улыбаюсь я.
И мы с ней, смеясь, выходим из отделения.
– Счастливо тебе, Оливия! – кричат вслед медсестры и улыбаются врачи.
– Универ окончишь, приходи к нам работать, – выходит из своего кабинета завотделением.
– Спасибо. Хорошо, – улыбаюсь коллегам. Сколько я тут проработала? Меньше недели.
– Федька не захочет переезжать в Шанск, – морщит идеальный нос Лера. – Сколько мы с Тимой его ни уговаривали…
– Мне все равно, где жить, – мотаю головой. Лишь бы с Дамиром и Федей! А он…
«Зачем он все-таки ездил к Ляле?», – отмечаю с горечью. Горло перекрывает спазм отчаяния и безнадеги. Даже вздохнуть не могу.
Если заподозрю неправду, никакой свадьбы не будет!
Не хочу я быть номинальной женой. Я люблю этого невозможного мужчину. И хочу его полностью. С потрохами.
