Необычный отряд выступил утром. Советник возглавлял шествие, его долговязая, закутанная в пестрый плащ фигура неуклюже тряслась на спине старого мерина, которому давным-давно пора бы отдыхать на пастбище. Следом ехал Бен на Вилочке, гнедой лошади с причудливо изогнутой белой отметиной на лбу, из-за которой она получила свое имя. Лошадь обожала закусывать удила и нестись без оглядки. Она дважды понесла Бена, и каждый раз новоиспеченный монарх готовился распрощаться с жизнью. После второго раза советник крепко врезал Вилочке по носу и пригрозил ей на лошадином языке, что наложит на нее заклятие. После этого Вилочка поумнела. Вслед за Беном на беломордом рыжем мерине трясся Абернети с королевским знаменем, на котором был изображен уже знакомый Бену символ — Паладин, выезжающий из замка в лучах восходящего солнца, вышитый алым на белом поле. И до чего же странно выглядел мягкошерстный пшеничный терьер в очках и камзоле, верхом на коне и со знаменем в лапах! Бен постарался сдержать улыбку, потому что сам Абернети не видел в этом ничего смешного. Замыкал шествие Сельдерей, ведущий в поводу целый обоз ослов, навьюченных снедью, пожитками и постельными принадлежностями. Сапожок убежал далеко вперед; советник выслал его к баронам-землевладельцам с известием о том, что король Заземелья желает встретиться с ними.
— У них не будет выбора, им придется принять вас, — заявил советник. — Правила вежливости не позволяют им не принять лорда, равного им или выше их положением. Конечно, они обязаны позаботиться даже о простом путнике, нуждающемся в крове и еде, но это ниже вашего королевского достоинства.
— На деле сейчас мало что ниже моего достоинства, — заметил Бен.
В густом утреннем тумане путники обогнули озеро по берегу, пока не оказались на его восточном краю, потом медленно поднялись по склону. Несколько раз Бен оглядывался на застывшие очертания Чистейшего Серебра, выделявшиеся на рассветном небе, и бросал прощальный взгляд на его башни, зубчатые стены и кровли, источенные неведомой болезнью. Бен с удивлением обнаружил, что ему жаль покидать замок. С первого взгляда он напоминал обиталище Дракулы и казался отвратительным. Но потом Бен почувствовал его тепло, прикоснулся к трепетной плоти. Замок принял Бена как родного. Там он почувствовал себя желанным гостем. Он поймал себя на мысли, что ему хочется сделать что-то, чтобы спасти замок.
Он утешил себя тем, что когда-нибудь непременно сделает это.
Потом замок, туманы и долина исчезли из виду, когда путники углубились в поросшие лесом холмы и устремились на восток, к сердцу долины. Большую часть дня они быстро продвигались вперед, лишь однажды остановившись, чтобы наскоро перекусить, и еще несколько раз, чтобы дать отдохнуть животным. В сумерках перед ними раскинулись просторные поля и луга Зеленого Дола.
Они разбили лагерь близ пихтовой рощицы, на утесе, нависавшем над равниной, на которой паслись коровы и козы, а дальше, на востоке, сгрудились хижины и бревенчатые домишки. Когда советник объявил привал, Бен с облегчением сполз со спины Вилочки. Он давно не ездил верхом. По правде говоря, последний раз это было лет двадцать назад, тогда он еще учился в колледже и отправился на свидание, а с кем — не помнит. И вот спустя много лет и в другом мире Бен испытал давно забытые ощущения, возникающие после долгой скачки: все тело одеревенело, земля уплывала из-под ног, которые словно продолжали сжимать тело лошади, несмотря на то, что сам давно спешился. Он знал, что назавтра все будет болеть от шеи до пят.
— Вы не пройдетесь со мной, Ваше Величество? — попросил советник, поманив Бена к себе.
Бену захотелось придушить старца за это предложение, но он подавил раздражение и нехотя пошел с колдуном.
Они приблизились к краю утеса и встали там плечом к плечу, глядя на простиравшиеся под ними обширные поля.
Советник обвел рукой горизонт:
— Зеленым Долом, великий король, владеют старые семьи феодальной знати Заземелья. Их владения занимают более половины королевства. Прежде здесь насчитывалось с два десятка семей, и эти двадцать владели землей, крепостными, их деревнями и скотом, хоть и подчинялись королевской воле, конечно.
— Еще бы. — Бен оглядывал долину. — Вы сказали, что раньше насчитывалось двадцать семей. Почему вы сказали, что это было раньше?
Колдун пожал плечами:
— Одни семьи сливаются путем заключения браков. Другие принимают покровительство сильнейших. Третьи просто вымирают — иногда им в этом слегка помогают.
Бен искоса взглянул на него:
— Очаровательно. Думаю, не так уж хорошо они живут, а?
— Именно так. Объединенные при старом короле бароны не стремились нажиться друг на друге. Разделившись после смерти монарха, они стали подозревать друг друга и постоянно плести интриги.
— Вы полагаете, я смогу обратить это обстоятельство в свою пользу?
Похожая на совиную физиономия задралась.
— Такая возможность есть. Бен кивнул:
— А может быть, их интриги и подозрительность помогут им покончить со мной.
Советник прищелкнул языком.
— Я буду с вами, Ваше Величество. Не думаю, что они будут терять время и силы, пытаясь покончить с королем, которого сочтут совершенно бесполезным. В конце концов они не пожелали явиться на вашу коронацию.
— Вы просто кладезь вдохновения, советник, — кисло заметил Бен. — Что бы я делал без вашей поддержки?
— Ах, что вы, это просто входит в мои обязанности. — Тьюс то ли не заметил иронии, то ли решил не обращать на нее внимания.
— Так поведайте мне о том, что еще такого я должен знать.
— Только это. — Советник повернулся к нему. — В лучшие времена эти земли были плодородными, скот тучным, а из слуг, рвущихся служить заземельскому королю, можно было набрать дюжину армий. Многое изменилось к худшему, и вы увидите это во время завтрашнего путешествия. Но то, что пошло вкривь и вкось, можно наладить снова — если вы сможете найти способ заставить лордов Зеленого Дола присягнуть вам на верность.
Бен взглянул вдаль еще раз, отвернулся и зашагал обратно к лагерю. Там нужно было поставить шатры, за что и взялся советник, решивший ускорить дело с помощью волшебства. Палатки взлетели вверх, словно воздушные шары, и возносились до тех пор, пока не повисли на верхних ветвях деревьев. Потребовалась вся ловкость Сельдерея, чтобы снять их оттуда. Лошади сорвались с привязи, когда Абернети залаял — к полному его смущению, — заметив беспризорную кошку, и путники потеряли еще целый час, пока собирали животных. Потом распаковали провизию, установили королевское знамя, накормили и напоили животных — все обошлось без происшествий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
