Читаем без скачивания Завет Христа - Ульрих Хефнер

Буковски потянулся за вазочкой с джемом. Вазочка оказалась пустой. Он встал.

— Тебе принести что-нибудь? — спросил он.

Лиза молча покачала головой. Сегодня на ней снова были джинсы и бесформенная синяя футболка, скрывавшая фигуру.

Буковски вернулся, как раз когда Максим Руан вошел в комнату для завтраков и оглядывался. Буковски кивнул ему.

Максим подтащил себе свободный стул из угла.

— Bonjour, comment allez-vous?[22] — спросил он.

—Ça va, merci,[23] — ответил Буковски.

Подошла официантка и спросила его, не хочет ли он тоже позавтракать. Максим кивнул и бросил взгляд на часы.

— Собственно, уже пора обедать, мы вчера поздновато засиделись.

Буковски улыбнулся. Максим подождал, пока официантка поставит перед ним тарелку, приборы и кофе.

— Пока вы отсыпались после вчерашнего, я побывал в офисе, — заявил он. Кофе перед ним дымился. Его сотрапезники молчали. Он вопросительно посмотрел на них. Напряжение, которое носилось в воздухе, не укрылось от него.

— Да что с вами такое? Вы нарочно прикидываетесь? Мы в Париже, а не у Стены Плача.

Буковски откашлялся.

— Ты что-нибудь узнал? — уклонился он от ответа.

— Еще бы, — ответил Максим. — Ваш «мерседес» зарегистрирован на ФТИ в департаменте Буш-дю-Рон. Это организация по прокату автомобилей, которая предоставляет услуги по всей Франции. В Марселе у них центральный офис для юга Франции.

— И это все? — спросил Буковски, а Лиза встала и взяла со стола с закусками еще одну булочку.

— Вы поссорились? — прошептал Максим.

Буковски покачал головой.

— Женщины, — пожал он плечами. — Может, расскажешь, что еще ты узнал?

— Машину арендовали в Арле, на имя некоего Поля Мейло. Он проживает в винодельческом районе провинции Вовер — в Руссильоне.

— Прекрасно; а ты сможешь добиться ареста этого Малло?

— Мейло, — поправил его Максим Руан. — К сожалению, все не так просто.

Лиза вернулась за стол.

— Максим выяснил, что «мерседес» арендовали в Арле, нанял его некий Мейло. Думаю, мы значительно продвинулись вперед. Просто нужно разыскать этого типа, а он уже расскажет нам все, что знает.

— Прекрасно, — равнодушно ответила Лиза.

— К сожалению, все не так просто, — повторил Максим Руан. — Поль Мейло мертв.

— Мертв? — в ужасе переспросил Буковски. — Его убили?

Максим покачал головой.

— Поль Мейло — сын землевладельца. Он погиб в результате аварии, будучи за рулем мотоцикла. Это случилось четыре года назад.

— Четыре года назад, — повторил Буковски. — Ты уверен?

— Кто-то воспользовался водительским удостоверением покойного, — перебил его Максим.

— Merde![24] — выругался Буковски. — Так значит, мы не продвинулись ни на шаг.

— У нас ведь есть еще образец ДНК. Мои люди работают над этим.

— Я могу только надеяться, что этот образец приведет нас куда-то, — заметил Буковски.

Максим встал.

— Встречаемся через час у меня в офисе; водитель вас заберет.

— Мне нехорошо, я остаюсь здесь, — поторопилась заявить Лиза.

— Жаль, mademoiselle, — сказал Максим. — Ваше присутствие привнесло бы яркие краски в наши печальные кабинеты.

После того как Максим ушел, Буковски повернулся к Лизе.

— Слушай, что произошло, то произошло. Вернуть ничего нельзя.

Лиза рассерженно посмотрела на Буковски.

— Я была пьяна, и ты бесстыдно воспользовался ситуацией.

— Я? — возмутился Буковски. — Ты соблазнила меня, я выпил не меньше тебя.

Глаза Лизы сердито сверкнули.

— Ты мне в отцы годишься.

Буковски кивнул.

— А ты мне — в дочери, но ты мне не дочь. Ты — женщина, которая делает то, что хочет. Я точно так же могу утверждать, что ты воспользовалась ситуацией. Я не очень хорошо соображал, и, если память мне не изменяет, ты сама все начала. Ты меня…

— Замолчи! — прикрикнула на него Лиза, так что несколько гостей обернулись к ним.

Буковски смущенно улыбнулся постояльцам.

— Давай договоримся вычеркнуть эту ночь из памяти, — прошептал он.

Их беседа снова перешла на повышенные тона. Буковски примирительно поднял руки.

— Ничего не было, договорились?

— Да, черт побери! — ответила Лиза.

— Ты поедешь со мной к Максиму?

Она сделала глубокий вдох.

— Поеду, — решительно заявила она.

— Хорошо, — ответил Буковски. — В конце концов, мы здесь для того, чтобы работать.

Иерусалим, отель «Рейх» в Бейт-Хакерем…

Профессор Джонатан Хоук сидел в своем номере в отеле «Рейх» и сосредоточенно смотрел в потолок. Дебора Карпин допрашивала его сегодня почти семь часов. Без сомнения, следователь была убеждена, что он как-то замешан в смерти Джины. Как же ему доказать, что она ошибается? Он устал и поддался апатии. Беседа с деканом университета Бар-Илан тоже не помогла ему.

— Я очень сожалею по поводу вашего положения, господин профессор, — ответил декан. — Но у меня связаны руки. Вы должны сами позаботиться об адвокате. Не поймите меня превратно, я очень ценю ваши работы и по-прежнему убежден в вашей научной компетенции, но расследование убийства — это, естественно, нечто совсем иное. В этом университет не может вам помочь.

Джонатан Хоук понимал декана, но его беспокоило то, как быстро все отвернулись от него. Он вздохнул и закрыл лицо руками. Ну где же остальные? Он охотно побеседовал бы с Томом, Яарой и Мошавом. Только в их присутствии он еще чувствовал, что ему безоговорочно доверяют. Однако остался только Жан, остальные еще несколько часов назад покинули отель. Они наверняка отправились на поиски Хаима Рафуля.

Звонок на мобильный вырвал Джонатана Хоука из задумчивости. Он посмотрел на дисплей. Телефонный номер на нем не появился.

— Да? — спросил он.

— Профессор Хоук?

Женский голос, и его обладательница явно напугана.

— С кем я говорю?

— Это не имеет отношения к делу, скажем так, я ваш друг, — ответила неизвестная. — Я знаю, кто убил вашу сотрудницу, и даже могу доказать это.

— Доказать? Вы что же… Вы принимали участие?

— Нет, Боже упаси, я никак не замешана. Я знаю, кто ее убил, но я боюсь. Он убьет меня.

— Почему вы не обратитесь в полицию?

— Полиции нельзя доверять.

— Чего же вы хотите?

— Я только хочу, чтобы этот тип попал в тюрьму и сгнил там благодаря мне. Но он опасен, я боюсь его.

— Тогда просто скажите мне, кто он, — потребовал профессор.

— Не по телефону; я предлагаю встретиться. Тогда я смогу передать вам доказательства — есть документ, указывающий на того, кто убил вашу сотрудницу.

— Где вы хотите встретиться? — спросил Джонатан Хоук.

— Можно сегодня вечером, часов в девять. В районе раскопок в долине Кидрона. Я буду ждать вас там. Если вы придете не один, то я навсегда исчезну. Вы поняли, господин профессор?!

— Откуда у вас мой номер?

— У меня он есть, и этого достаточно, — ответила женщина. — Если вы не доверяете мне, то не приходите. Но тогда вы никогда не узнаете, кто убил вашу подругу. И полиция никогда не оставит вас в покое.

Профессор Хоук думал лишь одно мгновение.

— Хорошо, я приду, — вздохнул он.

— Я буду ждать ровно десять минут, — ответила женщина.

25

Иерусалим, долина Кидрона, недалеко от района раскопок…

Профессор Джонатан Хоук чувствовал себя не в своей тарелке. Над долиной Кидрона, как бархатная шаль, лежала густая чернота, а тусклые фонари, которые вились вдоль уходящей вдаль улицы, походили на далекие, как звезды, яркие точки.

Он посмотрел на часы. Назначенное время приближалось. Прежде чем сесть в машину и поехать сюда, он поискал друзей. Но Том, Мошав и Яара задерживались в городе. Даже Жана Коломбара не было в номере. И потому он отправился в путь в одиночестве. Тем не менее он не был так уж беззащитен. Браунинг, калибр 7,65 мм, лежал в кармане его куртки. В Иерусалиме не проблема достать оружие, если только у тебя есть необходимая сумма. Если полиция ему не верит, то он сам должен позаботиться о том, чтобы доказать свою невиновность.

Он снова бросил взгляд на светящийся циферблат своих наручных часов и вгляделся в темноту. Но нигде не было видно ни единой человеческой души, ни одного приближающегося огонька. Назначенное время прошло уже минут пять назад. Может, он зря сюда приехал? Не подшутили ли над ним?

Джонатан Хоук вздохнул. Он открыл дверь машины и вышел. Сунул руку в карман куртки. Холодная сталь заряженного оружия придала ему чувство уверенности. Но не успел он закрыть дверь машины, как за его спиной прозвучал женский голос:

— Вы приехали один?