уже по мостам ходят в разы больше людей, кое где даже можно разглядеть расцветки флагов над зданиями. И такое было от края до края реки и дальше оп течению. Конечно же город располагался не только на реке, но и на берегу. С каждого из берегов есть постройки, но о них мне ничего неизвестно, возможно они несут вспомогательный характер.
Всё я очень близко к городу пора снижаться, как послушный житель империи.
На воротах по мне лишь скользнули вниманием, записали меня, проверили на нефрите. На этом на меня перестали обращать внимание.
Всё же я был неправ, на берегу все постройки были жилые. Я даже заметил казарму, когда прошел ворота, а вот дома пяти удовольствия я не заметил, может он на реке?
Спустя сотни две вдохов я его увидел, вон он, буквально через пару мостов, возвышается над зданиями. Логично, места для строительства минимум, а значит пришлось строить вверх. Пройдя буквально, тридцать шагов и я на причале этого берега. Такого большого причала, я не видел нигде, сотни шагов в обе стороны, сплошного камня и красивых плит. Строители однозначно были гениями своего дела. А может возможно это плиты первого такого города?
Прохаживаясь по великолепной пристани, я услышал, как меня окликнули:
— Господин, лодка до любого острова всего за один средний камень.
— Если к пути будет рассказа.
— Конечно, старший.
Пара мгновений и я сижу ближе к носу довольно уютной лодочки, которой ловко управляется парень лет десяти или двенадцати.
Но будем честны, на лодке я решил не потому, что хочу беречь ноги, мне бывшему отбросу из тюремного пояса в новинку такие чудеса, как город на воде. Сам же при этом сказал:
— Мой рассказ.
— Конечно, старший. Что бы вы хотели услышать?
— Для начала интересно, такая большая река, но я не чую течение. Совсем его нет.
— Господин наблюдателен, но я не вижу прядей воды, могу я уточнить вашу стихию?
— Наглец, воздух.
— Прости меня, но так будет проще объяснить на понятной вам стихии господин.
— Так вот старший, вы не чувствуете колыхания воды. А ваша стихия не может взаимодействовать с водой на этом участке реки, потому вода на всей поверхности воды в черте города удерживается формацией, очень большой формацией. Гладь воды сверху всегда ровная, зеркальная и без единой мути, снизу же поток всегда постоянен и живой. Это позволило создать прекраснейшие беседки над водой, где плавают прекрасные карпы всех цветов неба и растут ещё более прекрасные лотосы. Именно в нашем городе большее число площадок медитации возвышения и простого созерцания прекрасного дабы достичь внутреннего равновесия.
— Словно учил.
— Да старший, простите…
— Не за что извинятся, мне понравилось. Рассказ краткий и познавательный. Кто автор?
— Отец, как только я стал справляется с лодкой и одним пассажиром мужчиной в нагрузку меня отправили работать.
— Честный труд парень, который тебе поможет. Сколько лет?
— Девять с половиной, старший.
— Вот что парень, меня на центральный остров и свободен, а от меня совет, бесплатный. Внимательно слушаешь?
— Да старший, слушаю.
— Неееа, не слушает.
— Знаю, что не слушаешь, но это похвально, не стоит слушать первого встречного, но сегодня Вир, сын Озама, совет стоит выслушать.
Парень аж замер на половине гребка, но потом неуверенно продолжил
— Закалка меридианов это не мышцы растить, это впитывание энергии неба.
Искомый остров был как раз рядом и пока я говорил парень шустро рулил в его сторону. Правда уже оставшийся путь мы проделали молча, я наслаждался видом, парень крутил мысли.
— Бывай Вир.
Сказал я и пошел по своим делам. Виды в городе были просто потрясающие, мастера просто и незатейливо облагородили каждую пядь земли, что вообще возможно было облагородить. Крохотные сады соседствовали с четкими контурами зданий, вездесущие мосты всех цветов и оттенков, аккуратно переброшенные через реку, каждый к своему острову или пагоде. Я отправился конечно же в лавку, центральная площадь и рынок, то что надо, вот эта лавка ничего.
— Добрый день уважаемый. Я бы хотел продать травы.
— О, юноша, вы как раз вовремя, я хотел закрывать лавку, а тут вы. Не иначе Небо тебя послало.
— Кто знает, уважаемый?
— Керос, так что ты готов мне продать? Уважаемый клиент?
— Элир.
— Элир так Элир.
Слова принадлежали обычному с виду идущему, старик, но не совсем. Прямая волевая спина, русые волосы, отдающие пеплом. Живые глаза носящие несгибаемую волю. И просто никакого ощущения силы, как будто стоит закалка не выше первых звезд…
— Та ещё закалка Элир, Повелитель Стихии, сам основатель местной фракции. Будь почтительнее, а?
Вот это поворот. Практически гулять по городу и наткнуться на старика торговца повелителя, да ещё и основателя это максимальное везение…
Я весь подобрался, выпрямил фигуру, резко и четко приложил кулак к ладони в приветствии и поклонился.
— Старший, этот младший просит прощения, что не имеет достаточного возвышения.
По звуку старик даже не бросил своего занятия с травами, а моё восприятие предводителя, которое я поставил рядом с собой показало лишь лёгкую улыбку на лице повелителя.
Долгие тридцать вдохов Керос молчал, улыбался, но всё же доделал дело и вновь уставился на меня.
— Какая вежливая молодёжь, не гни спину, мне это надоело ещё лет пятьдесят назад.
Я распрямился. А старик продолжил, когда наши взгляды встретились. На лице не было улыбки, просто серьезный старик.
— Вот так, а теперь давай менее официально. Я Керос, старик травник. Не кривись так, я старик и я травник.
Я правда скривился на то как именует себя Керос. Но всё же высказался ему или попытался высказаться.
— Стариший…
Но меня прервали.
— К-е-р-о-с, никак не старший, не господин, просто Керос. Можно старик, но тебе рано ещё так звать меня, вот соседям в лавках можно.
— Мастер Керос.
Опять прервали.
— Своенравный, вот так и говори дальше.
— Мастер Керос, мне просто любопытно, почему лавка травника? Не простой покой у себя в поместье.
— Неплохой вопрос юноша, я могу утолить любопытство, ты пока доставай что принес то, а я расскажу люблю я это дело.
Я достал не то что собрал, а список и примерные меры того, что есть и передал старику.
— Неплохо, записи и примерный вес,
