Мелодичный голосок делал то, что не удалось сверхъестественной силе. По мере красочного описания старческих прегрешений из уст самодовольной ведьмы, маразматик все реже брыкался и тише матерился. Пока в один момент он не бросил попытки вырваться и проскулил нечто нечленораздельное, утыкаясь разбитым носом в пол, добавляя к лужице крови собственные слезы. И чем больше риторических вопросов задавала Киара, тем быстрее тихие всхлипы перерастали в бесконтрольные рыдания. Чем громче выл дед, тем ярче сияла садистская улыбка на изящном лице.
Резкий выпад стоил жизни искалеченному клинку — ведьма перехватила меч и с пугающей легкостью окончательно разломала клинок. Не тратя времени, я схватился за рукоять чесалки и попытался сократить дистанцию, но Киара вдруг резко соскочила со старика, быстро отступая в сторону.
Ее бледное лицо краснело с каждым мгновением:
— И это после всего, что я для тебя сделала?! Этим ты мне отплачиваешь?! Ты должен мне! Уже дважды... Нет, трижды! Четырежды! Пятикратно! Без меня ты ничто! Да ты...
Глубокая обида в ее голосе звучала на удивление натурально. Однако вид растянувшегося на полу безногого старика мало способствовал жалости к сраной ведьме. Даже если она в чем-то права.
Удивительное дело, но ее полные обиды реплики резали сердце куда сильнее, нежели завывания старика. Однако маразматик он или нет, но давать маразматика в обиду хрен пойми кому — я не намерен.
— Пошла нахер отсюда!
— Вот как, да?! Вот так ты поступаешь?! Вот она твоя натура, вот твое настоящее лицо?! Я помогаю тебе, оберегаю, душу раскрываю, а ты... Неблагодарная тварь!!! Насекомое!!!
Влажные лиловые глаза дрогнули и ведьма решительно затопала к лестнице, с грохотом переворачивая встретившиеся на пути столы, обещая, что «я еще пожалею об этом». Поглядев, как доведенная до слез девчонка выбивает дверь и скрывается на лестнице, я нервно сглотнул и убрал чесалку обратно за пояс.
То ли она ржавого ножика испугалась, то ли и правда так сильно обиделась. А может и то и другое — хрен ее знает. Даже не знаю, что и думать. Шиза какая-то.
Дед все так же скулил какой-то бессвязный бред на полу, девки жались друг к другу, пытаясь переварить произошедшее, а я пялился на кусочки разноцветного пластика, рассыпавшегося по полу. Вернее, на один конкретный кусочек, пролетевший через половину зала и замерший возле толстой трубы, где когда-то появился огромный демон.
В отличие от остальных кристалликов, этот излучал тусклый теплый свет.
Что она там про какой-то магазин говорила?
Глава 16: Двойное днище.
В отличие от оживленной главной улицы, окраинные дороги навевали крайне мрачное впечатление. Мало того, что половина домов заброшена, так еще и освещения кот наплакал — только тусклое мерцание редких окон да пара разожженных фонарных столбов, больше подходящих на роль маяков, нежели настоящих источников света.
Хотя, чему удивляться? Дни короткие, караваны не ходят, а все окрестные деревни либо разграблены, либо сидят на жопах ровно, не особо порываясь изображать из себя бульдозер и переться по снегам в полупустой город. До весны новым маслом не разжиться, вот фонарщики и экономят как могут.
Но все же как-то не по себе. Уж слишком здесь тихо.
Хрустя свежим снегом на мощеной дороге, я никак не мог избавиться от ощущения нарастающей тревоги. Мало того, что темно как в заднице, а я иду навстречу очередным приключениям на собственную задницу, так еще повсюду снеговиков понатыкали! Пока мы демонов гоняли, да яйца в лесах морозили, местные успели целую армию налепить. Видимо, просто снег лопатой почистить им, засранцам, слишком скучно.
Хотя ожидаемо — работы толком нет, телека с интернетом тоже не завезли, бухло подорожало, вот и приходиться как-то время убивать. Кто животных из снега лепит, кто солдатиков, кто драконов, а кто и вовсе шлюх в процессе усердной работы. Еще и так натуралистично, блин! Сразу видно богатый опыт.
Сдержав усталый зевок и миновав инсталляцию из влюбленной парочки, я в очередной раз задался вопросом, «а не сбрендил ли я?».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Когда после обеда я приперся к Эмбер и рассказал ей о странных кристалликах да словах фиолетовой ведьмы насчет антикварного магазина, она лишь покрутила пальцем у виска. Вместо консультации, информации, или удивления мне достался поток негодования и плохо скрываемой ревности. Мол, мало того, что я с какой-то потаскухой спутаться успел, так еще собираюсь щемить «такого достойного человека» из-за совершенно нелепых домыслов.
Типа, половина гильдии в этот антикварный салон трофеи продает, и пара светящихся фиговин — не повод вламываться туда со стражей. От Грисби и так мало что осталось, а я собираюсь и последнее приличное место разнести. И все из-за слов какой-то «лесной шалавы», которая даже ничего объяснить не удосужилась. Про то, что они с Киарой однажды виделись Фальшивка так и не вспомнила.
Ладно хоть рассказала, что магазином управляет какой-то молодой пацан с сестрой в помощниках. И добавила, что скорее пони перестанут есть яблоки, прежде чем она поверит, что эти хлюпики могли что-то там отравить. Но чем более разумные доводы она приводила, тем сильнее я убеждался в правильности своего решения. В конце концов — какой прок ведьме указывать на «левый» магазин? Просто поржать? Возможно, конечно, но как-то слишком мелочно для нее.
Перед тем как порекомендовать мне побольше спать и поменьше слушать всяких подозрительных прошмандовок, блондинка нехотя, но все же пообещала «пощупать вопрос» и сообщить, если за магазином обнаружится хоть что-то подозрительное.
Покивав головой и пообещав немедленно отправиться спать, я тут же двинул в гарнизон. Как бы ни хотелось взять с собой десяток бородачей да устроить допрос с пристрастием, я ограничился лишь трофейным кинжалом из арсенала да клишированным разговором с сотником из оперы «если со мной что-то случится».
Не знаю, что у Эмбер за тема с этой антикваркой и имеет ли она с нее долю, но в одном она права — вламываться туда в окружении северян раньше времени точно не стоит. Как минимум ради самих стражников — сомневаюсь, что миски с кашей и горсти пшена заставили местных изменить свое отношение к своим благотворителям. Горожане про яд ничего слыхом не слыхивали и свято уверены, что северяне просто жмотились, а наконец поделились запасами только из-за страха перед бунтом.
Еще не хватало, чтобы горожане начали резать по подворотням бородачей из-за «беспредела» с салоном.
Обойдя небольшую инсталляцию, изображающую жирного Грисби на титане в окружении неопознанных солдат, я оказался перед большим двухэтажным особняком. Вывеска с изображением раскрытой книги и толстенные решетки на окнах в один голос подсказывали, что я на месте. Честно говоря, я ожидал увидеть нечто более загадочное или инфернальное.
— Магазин как магазин. — фыркнул я, тщетно выискивая сигареты и пытаясь сообразить, что делать дальше.
Просто зайти и спросить «мужики, вы припасы не травили?» — не самая блестящая идея. Но Киара же ничего конкретного сказать не успела. Только, ляпнула что-то про предстоящую ночевку в одной койке, кристаллы и необходимость продать их в этой антикварке, если я хочу выяснить, кто причастен к диверсии. Даже неизвестно, замешан ли в этом сам магазин, владелец, его сестра или хрен пойми кто еще.
И подробностей уже не вызнаешь — ведьма-то тю-тю! Вовремя же этот козел старый в зал зашел...
Нет, ну то есть — да, Киара неведомая тварь и вообще стремная ведьма, но все-таки что-то в ней... Не знаю. За несколько недель хождения по лесам она как-то... Изменилась, что ли? Даже притворяться почти перестала. Может она и правда хотела помочь? Уж слишком искренней выглядела ее обида, уж очень быстро она испарилась в неизвестном направлении. Не похоже на обычный женский спектакль.
Но что было еще делать? Стоять и смотреть, как она деда мутузит? Или пытаться словами успокоить? Ай, что говорить — и так все понятно. Получилось как получилось.
