За мной раздались торопливые шаги, хрустевшие опавшей листвой, но я не оборачивалась, пока голос Тео не раздался позади меня.
– Роуэн! – выдохнул он.
Я медленно обернулась, приподняв брови.
– Ты понимаешь, что только что натворила? – строго спросил он.
– То, что должна была сделать в первый день! – отрезала я.
Он растерянно покачал головой, но я не сдавалась, даже когда до меня начало доходить реальное положение дел.
– Не делай вид, что ты смог бы сидеть молча пять дней, пока кучка претенциозных болванов обсуждает способы навредить тебе или твоей семье, и не сказать ни единого паршивого слова! – Однако, произнося это, я подумала, что, пожалуй, он смог бы. Может, это только у меня самообладания вечно не хватало?
Тео покачал головой отчасти печально, отчасти разочарованно. Не успел он ничего ответить, как за его спиной возник Иро, на его лице застыла маска гнева.
– Мои поздравления, принцесса Роуэн! – Тон его был едким. – Раз уж вы поставили под сомнение их гордость и отвагу, высмеяли жертвы их близких, можно смело сказать, что вам удалось потерять те крохи поддержки, которых вы добились.
Иро сверкнул на меня глазами. Его слова отрезвляли. От страха по спине поползли мурашки, и я, наконец, осознала все последствия вспышки гнева.
– У них есть несколько дней, чтобы успокоиться перед голосованием. За это время я как раз… снова склоню их на свою сторону.
Иро не удостоил мои слова ответом. Он выразительно посмотрел на Тео и пошел обратно к шатру. Лицо Тео сделалось задумчивым, но я не успела спросить, почему, потому что из шатра вышел лорд Эвандер. Он бросил взгляд на Тео, перевел его на меня и тихо присвистнул.
– Знаешь, Коронан, никогда не считал тебя социопатом. Но вы двое, похоже, сильно… сблизились. Однако, теперь, когда принцесса ухитрилась обозлить весь Совет, который охотно сжег бы ее живьем, ты не показываешь никаких признаков страха. Любопытно!
Он ушел, не дав нам возможности ответить. Второй раз он дал понять, что Иро с Тео что-то от меня скрывают. Я бы отмахнулась от этих слов, не приняла бы их во внимание, как очередную провокацию лорда, но выражение лица Тео поставило меня в тупик. Оно было виноватым!
Глава 49
Тео повел меня к реке, на поляну, расположенную в стороне, идти пришлось достаточно далеко, чтобы мы почувствовали себя в относительном уединении. А может, он понял, что мне нужно время, чтобы обуздать гнев.
Когда он, наконец, остановился, первой заговорила я.
– О чем вы мне не договариваете? – Я не сводила с него глаз, отыскивая в его лице признаки того, что он что-то скрывает.
Он сглотнул, огляделся и, наконец, заговорил.
– Есть способ избавить тебя от обсуждения на Высшем Совете и освободить из-под его власти.
У меня помутилось в голове.
– И я узнаю это от лорда Засранца, потому что…?
– Я собирался тебе сказать… – начал он, но я его перебила.
– Но тебе казалось, что куда забавнее посмотреть, как я корчусь и извиваюсь перед Советом?
Он раздраженно выдохнул.
– Нет, я просто… мне не хотелось, чтобы тебе казалось, что тебя к чему-то принуждают.
– Например, к смерти? – с сарказмом уточнила я.
– Например, к замужеству, – он практически выкрикнул эти слова, и я отпрянула.
– Что? – Мой голос резко контрастировал с его шепотом, который утонул в реве стремительной реки.
– Я тебе уже говорил, что жены герцогов находятся под защитой, – он снова был спокоен.
Я захлопала глазами.
– Ты хочешь, чтобы я вышла замуж за Иро? – Мы с Инессой обе будем женами? У них тут так принято?
Тео с отвращением скривил губы и покачал головой.
– Разрази меня гром, Роуэн! Нет. К наследникам это тоже относится.
Ой!
– Ой! – Похоже, это было все, что я могла сказать, внезапно ощутив себя очень глупо, не до конца понимая, почему.
Не потому ли он давеча заговорил о замужестве? Это возможность избежать смерти, и я понимала, что должна за нее ухватиться, но были сотни причин, почему нам не стоило жениться. Мое дыхание участилось, деревья по опушкам поляны превратились в расплывшиеся очертания, так что багрянец вытеснил золотой, оранжевый и коричневый цвета.
– Вот поэтому я тебе не говорил, – он вздохнул. – Знал, что ты этого не хочешь, и не думал, что это всплывет. Мне и в голову не приходило, что они в самом деле проголосуют против тебя. Они бы и не стали, если бы ты вела себя так, как мы договаривались и…
– И что? Продолжала бы стоять там и молчать, пока они угрожали моим родным? Это не в моем характере, Тео!
– Тогда тебе здесь не выжить! – Он повысил голос, но потом взял себя в руки. – Не пережить… это!
Он обвел рукой пространство, опустив плечи под бременем поражения.
– Если не стану женой герцога… – тихо отозвалась я.
Он кивнул. В голове у меня кружил водоворот мыслей. В некотором смысле, это решило бы сразу несколько проблем. Разве я не требовала брака, который пойдет на пользу моему королевству? Союз с Сокэром, безусловно, отвечает этому требованию. Но то было, когда я считала, что останусь в Локланне и буду в любое время видеться с родными, а все остальное представлялось неважным.
Если я это сделаю, значит, останусь здесь, в Сокэре, и буду отрезана от семьи на полгода. Совсем одна, не считая Тео. Тео, который держал меня в объятиях, целовал, защищал и любил. Все это было слишком сложно переварить!
– Могу я подумать об этом в течение дня? – спросила я. – Знаю, времени осталось немного, но хотя бы до завтра.
Он разрешил, коротко кивнув.
– Конечно!
Но от меня не ускользнула нотка обиды в его тоне. Я ненавидела себя за то, что оставляю это в подвешенном состоянии, но на кону моя жизнь. Или ее конец.
Глава 50
Не знаю, стало ли мне неприятно, или я почувствовала облегчение, когда Тео, всегда остававшийся галантным кавалером, отвел меня к Миле, а затем принес извинения и отправился в другую часть бальной площадки. Мы пробыли здесь почти два часа, а он все еще не вернулся.
Мила молча протянула мне бокал медовухи, и мы стали смотреть, как под звездным небом кружатся пары. Когда я пришла, все расступились и с тех пор старались держаться подальше.
Я уж точно не скучала по приставаниям господина Михаила и оскорблениям лорда Эвандера, хоть меня и удивляло, что последний не воспользовался возможностью позлорадствовать. Но сегодня он был озабочен тем, что обходил герцогов, беседуя с ними.
Я сделала большой глоток медового вина в надежде, что оно разбудит остатки моего черного юмора, и я сумею посмеяться над тем, что натворила. Первые два бокала не помогли, но я сохраняла надежду на третий и залпом опорожнила остаток жидкости.
Нет! Ничего не вышло!
Я подошла к столу с закусками и уже собиралась зачерпнуть еще вина, когда за спиной раздался знакомый голос.
– Не хотите ли чего-нибудь покрепче? – Господин Арес протянул свою флягу. – Лучшая водка в Сокэре.
– Не откажусь, – сказала я, взяв емкость и плеснув в бокал добрую порцию алкоголя.
Он усмехнулся, когда я вернула изрядно опустевшую флягу.
– Пожалуй, в вас больше сокэрского, чем я думал, – пробормотал он, отхлебывая прямо из фляги.
– Только совсем недостаточно, – возразила я себе под нос.
Арес вздохнул.
– Вы и правда оказали себе плохую услугу сегодня, – добавил он, сделав еще один глоток.
– Знаю, – согласилась я.
– Я поговорю с другими герцогами, но сомневаюсь, что это что-то изменит. – Участливо взглянув на меня напоследок, Арес ушел, а я снова осталась одна.
Я была ему признательная за неожиданную доброту, хоть его оценка моего положения и оказалась мрачной. Оглядывая танцевальную площадку, на другом конце я заметила Тео. Когда он посмотрел на меня, в его взгляде промелькнула боль, и это едва не разбило мне сердце. Сглотнув образовавшийся в горле ком, я побрела назад к Миле, главным образом, чтобы удержаться и не пойти к Тео. Мое приближение резко оборвало ее разговор со стоявшим рядом лордом, поскольку он поспешил исчезнуть, как будто мог подхватить от меня проказу. Но Мила, похоже, не возражала, а лишь снова обвела меня одним из тех безнадежно печальных взглядов, какие бросала на меня весь вечер.
