— Иметь ручного смертного — это так практично, Императрица. Он как твой верный оруженосец.
Не поддаваясь на провокацию, Джек спросил меня:
— Ты что-нибудь ела?
Я села возле огня, уронив свой рюкзак.
— Нет еще.
Я протянула руки к теплу.
Отогрев пальцы, я вытянула флягу и свой ужин, состоящий из питательных энергетических батончиков. Эти батончики обеспечивали меня калориями на целый день, но на вкус были просто отвратительны. Понимая, что мне нужны силы, чтобы держаться наравне с этими двумя, я развернула обертку.
Джек полой рубашки полировал кассету подачи стрел на своем арбалете.
— Дальше путь становится ещё опаснее. Я принес для тебя бронежилет, — такой же, как носил он сам, — я хочу, чтобы ты надела его в дорогу.
Я могла утонуть в этом жилете.
Смерть ухмыльнулся:
— Да её не убьет даже сотня пуль в самое сердце.
— Даже не сомневаюсь, что ты отлично осведомлен о том, что может её убить. В прошлых жизнях ты делал это много раз.
— Не сказал бы, что так уж много. Ровно столько, сколько она сама пыталась убить меня.
Арик последний раз прошёлся вдоль окон и сел у стены рядом с дверью, устроив руку на согнутом колене.
— И как же ты убил девушку, умеющую исцеляться, а? Обезглавил? — если кто-то убивал тебя больше одного раза... — Или сделал с ней то же, что и с теми Бэгменами? Как-то не заладилась ваша супружеская жизнь.
Арик сжал кулаки, металлические шипы на рукавицах заскрежетали. Я даже не сомневалась, что прямо сейчас он хотел заехать этими шипами Джеку в лицо.
— Не то что у вас с Лучницей. Мир и согласие, — он повернулся ко мне, — я бы посоветовал тебе расспросить смертного, в каких отношениях они были последние три месяца, но ведь он всё равно солжёт.
Слова Арика затронули самое больное место наших с Джеком отношений: доверие. Несмотря на заверения Джека, я снова задалась вопросом, было ли что-то у них с Селеной. Ведь она так его хотела...
На вкус батончик был как картон. Я запихивала его через силу. Если Джек обманул меня, я никогда ему этого не прощу.
— Снова мутишь воду, Жнец? Я хочу только Эви. И так будет всегда.
Я посмотрела на него вопросительным взглядом. За каких-то несколько часов мы перешли от «я даже взглянуть на тебя не могу» к этому. С чего вдруг такие перемены?
— До Императрицы у тебя было много женщин, — Арик достал из мешочка на перевязи точильный камень, — у тебя они и после нее будут.
Он вытащил один из мечей.
Джек стиснул зубы.
— Я уже нашёл ту, с которой хочу быть. Она моя. И точка. Я буду защищать её даже ценой своей жизни.
Арик провёл камнем вдоль лезвия.
Вжииииик.
— Как и я.
— Как тогда с Бэгменами? Я и сам, как мог, пытался научить Эви выживанию, но это было уже слишком.
Вжииииик.
— Арканы – сверхлюди. Так неужели наше обучение должно приравниваться к человеческому? Или быть человечным? Бэгмены, унесённые водой, пролежали среди утопленников многие недели, а может и месяцы. Они решили выбраться именно сегодня, потому что наконец обрели стимул. В глубине своей жаждущей крови сущности они нашли на это силы. В каждом сражении Императрица должна делать не меньше.
— Для этого ей нужно как минимум быть живой.
— А ничего, что я здесь? — крикнула я. — Я... здесь. Если хотите помахать кулаками, найдите другую причину.
Я завернула остаток батончика и вместе с флягой убрала в рюкзак. Ужин официально завершился.
Арик вскинул брови.
— Кроме тебя у меня нет причин враждовать со смертным. Да, он неотёсанный алкоголик, коверкающий английский язык, но едва ли за это я стал бы его убивать.
— О моём убийстве ты только трепаться горазд. Давай выйдем и посмотрим на что ты способен.
Моё терпение лопнуло.
— Прекратите это немедленно... оба! Сосредоточитесь на деле. Мы собрались здесь, чтобы спасти кое-кого.
После минутного замешательства Джек вернулся к своему арбалету, а Арик — к своему мечу.
Я спросила Арика:
— Ты мог бы связаться с Селеной так, чтобы Любовники не услышали?
— Конечно.
— Скажи, что мы идём за ней. И выведай любые полезные сведения.
— С чего ты взяла, что она ответит Смерти? — Вжииииик. — Но ради тебя я попробую... кажется, я ни в чем не могу тебе отказать.
Он замер без движения, уставившись в даль:
— Она игнорирует меня, пропускает мои слова мимо ушей. Трюк не из легких. Кто-то хорошенько её обучил.
Обширная подготовка Лучницы. Я перевела взгляд с Арика на Джека и спросила:
— Каков наш план?
— Вот и мне интересно, — Арик повернулся к Джеку, — как далеко ты готов зайти, рискуя Императрицей?
— Если бы не предсказание coo-yôn, она осталась бы в форте.
Я покачала головой.
— Я обязана помочь, Джек. Любовники хотят отомстить мне. В прошлой игре я вступила с ними в союз, а затем предала. Ужасающим образом. Они ведут хроники и всё помнят.
— Почему ты мне об этом не говорила?
— Я и сама не знала, пока они не рассказали.
Он кивнул на Арика.
— Но он-то знал, готов поспорить. Неужели за три месяца он так и не нашёл времени предупредить тебя о паре психопатов-убийц, жаждущих твоей крови?
Я задавалась тем же вопросом.
Вжииииик.
— После того, как она заслужила моё доверие, мы провели вместе лишь жалких пару часов... из-за твоего дурацкого похищения. Не в обиду Дураку.
Я потерла виски.
— Пожалуйста, давайте просто обсудим план.
Джек бросил на Арика последний злостный взгляд, затем переключил внимание на меня.
— Завтра в дороге я встречусь с группой мятежников из Северной АЮВ. Исходя из своего опыта, попытаюсь понять, можно ли им доверять. В худшем случае, они наведут нас на Селену. В лучшем — помогут внезапно напасть на близнецов и генерала. Я убью этих троих, освобожу Селену и захвачу командование.
Арик поднял меч.
— Значит наш «план» зависит от того, сможет ли смертный определить благонадежность своих сообщников?
— У тебя есть идея получше, Жнец? Я весь во внимании.
— Ты уверен, что исходные близнецы и Лучница будут в Долоре?
— Ouais. Пока не получу другие сведения. Это единственный ориентир, который мы имеем.
Я спросила:
— Если что-то пойдет не так, Любовники отыграются на Селене? Если они узнают, что со мной ещё один Аркан?
— Императрица, они уже пытают ее.
Я вздрогнула и Джек, наверное, тоже. Без сомнения, он заново пережил собственные мучения – тяжёлое испытание, о котором он так мне и не рассказал.
