Джек перевел взгляд с Арика на меня и обратно.
— И после всего этого ты забиваешь ей голову своей правдой? — он снова задержал взгляд на мне, сдвинув брови, будто что-то осознал, — теперь я понял. То, чего раньше понять никак не мог.
Мне показалось, что на его лице промелькнула жалость… а затем боль и гнев.
— Посвяти и нас, смертный.
Не обращая на него внимания, Джек повернулся ко мне:
— Я поищу место для привала, bébé. Мы не будем так спешить. Продержись ещё немного.
Что? Джек полностью пересмотрел свою позицию? Не будь я такой измученной и замёрзшей, хорошенько бы над этим задумалась.
Тела сдвинулись. И теперь мне точно не показалось.
— Ой, подо мной что-то зашевелилось, — крикнула я, — и кажется в этом месте... не знаю, как сказать... слой толще.
Словно я стояла на груде тел.
— Ты, видимо, стоишь на каком-то забитом водоотводном канале, — сказал Арик, — куда и затягивает трупы. Продолжай движение, Императрица.
— Хорошо. Поняла.
Груда подо мной начала вздыматься, поднимая меня и мою лошадь.
— Что происходит?
Толчки стали ещё сильнее. Кобыла, испугавшись, встала на дыбы; руки, ноги — всё онемело... я не смогла удержаться!
Я вывалилась из седла и приземлилась на спину. Прямо на гниющие трупы. Боже мой. Боже мой.
Кобыла ускакала, оставив меня среди останков разлагающихся мертвецов. Не будет тебе никакого имени!
Настил из тел продолжал дрожать, как надувной замок.
— Я знаю, откуда исходит угроза, — крикнул Арик, — Императрица, она под тобой.
— Что?
Вдруг откуда-то потянулась рука и ухватила меня за волосы.
Рядом с моими ногами показались две головы Бэгменов.
Глава 24
— Бэгмены! — закричала я.
На что Арик преспокойно ответил:
— Используй свои силы.
Я же ещё не восстановилась! Ухватившись за волосы, связанные в хвост, я попыталась выдернуть их из державшей руки. Но хватка оказалась слишком сильной.
— Может уже найдутся желающие мне помочь?
— Что ты на хрен творишь, Жнец?
Арик выехал перед Джеком, преграждая ему путь.
— Когда ей понадобится помощь, я первым за нее вступлюсь.
Двое Бэгменов, отталкиваясь руками, пытались протиснуться на поверхность. Мне в горло впился взгляд мутных белесых глаз. По пояс вытащив покрытые слизью тела, они копошились, словно черви в гнилом яблоке.
Сколько времени им понадобится, чтобы выбраться полностью?
В этот самый миг небо прорвало, и как из ведра хлынул дождь. Смаргивая капли и отплёвываясь, я закричала:
— Вы что издеваетесь?
Застрявшие Бэгмены резко рванули на меня, но их затягивало назад. Следующий выпад освободил их по бёдра, расширяя пределы досягаемости, в то время как очередной толчок груды швырнул меня прямо на них.
Один из них ухватился за мой ботинок!
— Твои силы, — крикнул Арик.
— Я не могу... вырастить ничего среди трупов! — я пыталась высвободиться из хватки тварей. — А яд на Бэгменов... не действует!
Но мои когти были остры, как бритвы.
Я потянулась назад и отсекла кончики собранных в хвост волос. В зажатой руке в качестве трофея остался лишь мой локон.
Когда я обрела свободу движений, то нацелилась когтями в горло Бэгмену, ухватившемуся за мой ботинок. Лязгнув зубами, он чуть не откусил мне пальцы.
— Черт!
— Давай же, sievā, сейчас не время для когтей.
— Ах ты гад!
— Лучше используй лозы.
Вдруг в череп одному из Бэгменов вонзилась стрела. Затем другому. Оба тут же рухнули вниз. Видимо, из-за спины Смерти выстрелил Джек!
С трудом поднявшись на ноги, я поспешила покинуть вздрагивающую груду – гнойник, который вот-вот прорвёт.
Арик наконец уступил дорогу Джеку, пропуская его ко мне.
— Шевели задницей, bébé!
Он протянул мне руку, а когда я за неё ухватилась, затащил меня в седло и пришпорил лошадь.
На ухо тихо мне шепнул:
— Ну и парня ты себе нашла, просто золото.
Когда мы оказались вне опасности, Арик окинул меня разочарованным взглядом. Как же мне осточертело, что парни так на меня смотрят!
Он повернулся к Джеку:
— Ты воспринимаешь её, как обычную девушку, я же на себе ощутил её силу. Я видел, как от её гнева содрогалась земля, уничтожались народы. Я вижу в ней богиню, каковой она и является, — затем он обратился ко мне, — пойду разберусь с переполохом, который ты учинила.
— К-каким переполохом?
И тут гнойник прорвало.
Бэгмены с рёвом выбирались на поверхность, отбрасывая с пути части тел. Учуяв живую кровь, они повернулись к нам и зарычали, мутные глаза не моргали даже под дождем.
Отпустив поводья, Смерть выхватил оба меча и бросился в самую гущу.
Хотя мне приходилось наблюдать за его напряженными тренировками, но холодная смертоносность в действии поразила даже меня. Он двигался так быстро, что я почти не видела взмахов мечей.
Только последствия. Летящие с плеч головы, заваливающиеся друг на друга тела, разлетающиеся вокруг внутренности и обломки костей. Тех, что не успели выбраться полностью, затаптывал Танатос. Схватка длилась считанные минуты.
Когда Смерть вернулся, такой великолепный в омытой дождем броне, он поднял забрало и покосился на Джека. Напряжение между ними нарастало.
— Гордишься, что спас ее, да? А теперь представь, как она гордится собой каждый раз, когда побеждает своих врагов... самостоятельно.
— За мной, как тень, Эви, — прошептал Джек, приближаясь к возможному месту привала. Пришедший на смену дождю туман зловещей дымкой окутал небольшой кирпичный домик.
Джек был настороже и держал арбалет перед собой — там могло оказаться логово работорговцев.
Но после трёхчасового скитания от одного сожжённого здания к другому, я готова была даже столкнуться с работорговцами, лишь бы больше никуда не ехать. Недавний ливень промочил меня до нитки, и теперь стук моих зубов был слышен на всю округу. Во всяком случае, дождь, как в автомойке, смыл с меня вонь Бэгменов и запекшуюся кровь трупов.
Джек предложил мне ехать с ним, но я отказалась. Я сомневалась, что Смерти это понравится. К тому же поведение Джека сбивало меня с толку. Почему его отношение ко мне менялось со скоростью бумеранга?
По ступенькам мы поднялись на крыльцо, Арик шёл последним.
— Я удивлен, что ты согласился на остановку, смертный. Несмотря на спешку и всё такое. Если бы Императрица ехала со мной, мы могли бы продолжить путь к Селене.
— Даже если на секунду представить, что я позволю Эви ехать с тобой на этом, с позволения сказать, коне, — сказал Джек, — мы въезжаем на опасные земли чёрных шляп, поэтому лошадей нельзя переутомлять.
