своего дыхания. А другую часть заключил в хрустальные сферы, чтобы оно могло оживлять другие тела, и таким образом появлялись новые Слуги. И эти хранилища Молох поместил на самые высокие шпили Бальгона, чтобы ничто не могло случайно разрушить их. И всего этих сфер — четыре». Я выучил наизусть, пока тебя ждал, — сказал Ирд, отпивая из кубка.
— Это действительно то, что я искал, — сказал Эл. — Жаль, что у меня не было этого, когда мы взяли Бальгон. Тогда с вампирами было бы уже покончено.
— Ты хочешь уничтожить эти сферы?
— Да. Тогда носферату больше не смогут создавать себе подобных, а тех, что есть сейчас, мы рано или поздно перебьём.
— Послушай, ты не против, если мы прогуляемся? — спросил Ирд, ставя кубок на стол. — Я уже не помню, когда последний раз дышал свежим воздухом.
— Конечно, — Эл поднялся, складывая листок и убирая в карман. — Идём. Заодно посмотришь, какой воздушный корабль у меня есть.
— Что⁈ — Ирд удивлённо поднял брови. — Это правда? Или ты имеешь в виду что-то другое?
— Нет, он действительно поднимается к небу. Сегодня я сделал пробный полёт и полностью удовлетворён. Очень скоро у меня будет ещё три таких же.
— Мне не терпится их увидеть, — Ирд накинул на плечи шерстяной плащ. — Веди!
Они вышли из комнаты и отправились в сторону галереи, с которой открывался вид на задний двор. Эл редко бывал в королевском дворце — там обитало слишком много любопытных придворных — и работы продолжались во дворе его замка. Но разрастающаяся армия тренировалась на королевском плацу, тем более что упражнения солдат мешали рабочим.
Когда Ирд увидел воздушный корабль, он был поражён. Даже с наполовину сдувшимися шарами, тот был грандиозен.
— А как он летает? — спросил Ирд.
— Видишь огни на палубе? Они нагнетают в шары горячий воздух, который поднимает корабль вверх, — объяснил Эл.
— Почему?
— Горячий воздух легче окружающего, холодного. Он всегда поднимается. Вспомни: если даже высоко держать руку над огнём, всё равно будет горячо.
— Да… пожалуй. И это работает?
— Я ведь сказал, что сегодня летал.
— Позволь и мне! Думаю, я заслужил маленькое вознаграждение за свой труд?
— Конечно. Идём.
Они спустились с галереи и направились через двор к громаде корабля. Чем ближе подходили, тем больше он казался. Ирд замирал от предвкушения полёта, но в душе ликовал.
Эл подозвал какого-то человека и велел ему приготовиться к полёту. Тот поклонился и убежал, а через несколько секунд до них донеслись крики — он приказывал разжечь костры и принести новые мешки. Из барака вышли нагруженные люди, их товарищи приставили к борту гондолы длинный трап.
— Скоро всё будет готово, — сказал Эл. — А пока скажи мне вот что: не приходилось ли тебе слышать о людях, способных менять обличие?
— Оборотни? Конечно, их полно бродит по Пустоши. Даже теперь, спустя столько времени после Великой войны. Тебе ли не знать?
— Нет, я имею в виду другое. Представь, что человек может принять облик того, кого захочет. Любой.
— Это возможно?
— Не знаю. Похоже, что да.
— Никогда не слышал о подобном, — Ирд пожал плечами. — Разве что в сказках.
— Например?
— Сразу не вспомнить. Но что-то в детстве мне рассказывали. Кажется, такие существа назывались морокунами или что-то в этом роде. А, ещё были доппельгангеры, кажется. Двойники. Те ещё твари, если не ошибаюсь,- Ирд рассмеялся. — Неужели ты встретил кого-нибудь из них?
— Возможно, — Эл кивнул и посмотрел на замок, словно хотел увидеть сквозь стены раненого Ольгерда. — Но нужно убедиться.
В это время к ним подбежал человек, которому Эл приказал подготовить корабль к полёту.
— Ваше величество, всё сделано! — сказал он, поклонившись.
— Хорошо, — Эл вопросительно посмотрел на Ирда. — Не передумал?
— Ни за что!
— Тогда идём.
Они поднялись по трапу и очутились на палубе — узкой полоске настила, шедшей вдоль бортов. Затем спустились по лестнице на дно гондолы и сели на низкую дощатую скамейку.
— После взлёта можно будет встать и посмотреть вниз или вокруг, — объяснил Эл. — Но сейчас это опасно: может тряхнуть, и мы полетим вниз. Не спасут даже поручни, — он указал на ограждавшие палубу туго натянутые канаты. — Со временем всё это нужно усовершенствовать, — сказал он, обводя корабль цепким оценивающим взглядом. — Я хочу обшить гондолу металлом, но не уверен, что шары смогут её поднять.
— Это сооружение великолепно! — искренне сказал Ирд. — Оно — самое великое изобретение из всех, о которых я читал!
Эл усмехнулся.
— Ты просто ещё не привык, — сказал он. — Через пару недель воздушный корабль покажется тебе не более удивительным, чем обычный. Думаю, и на первую лодку люди смотрели с таким же восторгом, как ты сейчас на эту громадину. Но вот что действительно заслуживает внимания, так это двигатель, который заставляет крутиться винт, — Эл показал на корму, где виднелся паровой котёл, под которым рабочие разводили костёр.
Шары уже почти наполнились воздухом, и вскоре корабль должен был оторваться от земли.
— Ты расскажешь мне, как он работает?
— Потом. Пока просто наслаждайся полётом.
Гондола вздрогнула, так что Ирду пришлось ухватиться за скамейку. Но прошло ещё не меньше минуты прежде, чем корабль начал подниматься. Он кренился то в одну, то в другую сторону, словно его носило по невидимым волнам, но затем выровнялся и повис.
— Пойдём наверх, — предложил Эл, вставая.
Из-за рёва костров и шума поднимающегося вверх горячего воздуха было плохо слышно, и поэтому демоноборец показал на палубу рукой. Ирд кивнул.
Они поднялись по лестнице.
Ирд увидел раскинувшийся внизу Ялгаад, ярусами уходивший к озёрам и рекам.
— Значит, всё это теперь принадлежит тебе? — спросил он.
Некромант кивнул.
— Зачем?
— Что зачем?
— Что ты будешь делать с Малдонией? Ты ведь не любишь сидеть на одном месте.
— Иногда бывает интересно где-нибудь задержаться. Эта страна мне подходит. У неё есть возможности.
— Для чего?
— Для войн. Многочисленных и великих. Малдония могла бы стать империей, и я хочу помочь ей.
— Чтобы стать императором?
— Нет, чтобы владеть силой. Иногда недостаточно только одного демоноборца. Каким бы он ни был.
