Такое отношение к этим многострадальным школьным дисциплинам провоцируют, кстати, и сами родители.
Когда мама еще заглядывала в мой дневник, она всегда ругала меня за трояки по алгебре и физике. Если я получал «удовлетворительно» по географии или физкультуре, какого-то особого внимания на это не обращалось. В сознании мамы эти предметы были прочно второстепенными. Ненужными.
Когда я докатился до десятого класса, мама уже не проверяла у меня дневник.
Потому что дневника у меня давно не было.
Даже педагоги и те как-то презирают эти несчастные дисциплины. Это заметно по отношению к преподавателям. Ну кто в школе воспринимает всерьез учителя музыки? Ну, скачет какой-то клоун с балалайкой, ну, бормочет чего-то о лакримозе, так кто его слушать-то будет? Другое дело математик! Сурьез-ный чел, лысина блестящая, все как надо!
Дети все чувствуют.
Впрочем, перейдем непосредственно к бесполезным предметам.
Начнем с музыки.
Музыка.
«…воспитание эмоционально-ценностного отношения… потребности к самостоятельному общению с высокохудожествен-
ной музыкой и музыкальному самообразованию… исполнительской культуры… освоение музыки и знаний о музыке, ее интонационно-образной природе, жанровом и стилевом многообразии, особенностях музыкального языка… Предназначение музыкального искусства и его возможности в духовном совершенствовании личности… Развитие музыкального восприятия и овладение практическими умениями и навыками в музыкальной деятельности…»1
Как? Круто?
Лично у меня для уяснения, что здесь к чему, ушло пятнадцать минут жизненного времени. И все равно остались некоторые сомнения. Познавать самого себя через интонационно-образную природу музыки, так, кажется… Мощно сказано, с энергией.
Это не «Памятка юного шпрехшталмейстера», это Федеральный компонент основного общего образования. Самая главная образовательная программа, если так можно сказать. Конечно, прежде всего она предназначена для учителей и чиновников от образования, но испытывают все эти прелести они отнюдь не на собаках.
Как все это выглядит на деле.
На деле это «воспитание потребности в высокохудожественном» выглядит несколько беднее. На деле все сводится к нечесаному учителю пения с баяном. Который минут пять играет что-нибудь из репертуара хора Пятницкого, а потом устает и заставляет вас переписывать в тетрадь песни советских композиторов. А по большим праздникам ставит запиленный десятилетиями использования винил с «Ленинградской симфонией» Шостаковича.
ИНФОРМАЦИЯ
Шостакович Дмитрий Дмитриевич (1906–1975) — русский композитор.
Хорошо, если повезет. И за те часы, которые отведены под взращивание в вашей душе ростков прекрасного, музыкант
'федеральный компонент государственного стандарта. Искусство. Сборник нормативных документов. М., 2004.
прокрутит вам основные хиты мировой классики. И расскажет о судьбах великих музыкантов. Кто кого отравил, кого закололи на дуэли, кто в психушку загремел. Чтобы хотя бы запомнили. Чтобы знали, что Моцарт — это все-таки композитор, а не сорт шоколадных конфет.
Но такое чудо вряд ли случится. Для прослушивания шедевров нужна аппаратура, нужны сами эти шедевры, то бишь фонотека, и желательно на современных носителях, в том же МПЗ. Этого в наших школах нет. И хотя сегодня цена всему этому уже совсем даже невелика (если с умом, то тысячи в три вполне можно уложиться), но для многих, тех же сельских школ такие деньги неподъемны.
COBETj-
С самим предметом, мне кажется, ничего поделать уже нельзя, То есть извлечь что-то полезное из музыки вряд ли у кого удастся. А вот самому ознакомиться с мировой классикой полезно. За двести с гаком лет ее развития много интересного насочиняли. И не стоит считать, что классика — это скучные гробозвучные фуги да писклявые сюиты, это не так. Возьми любой диск, что-нибудь вроде «100 лучших классических произведений», послушай перед сном. Приятно удивишься.
И вообще. Ученик, способный при случае отличить «Ма-кабр» Сен-Санса от «Отзвуков вальса» Свиридова, может снискать репутацию человека не последнего ряда. Блиста-нуть может.
И неважно, девчонка или мальчишка.
ИНФОРМАЦИЯ -
Сен-Санс Камиль (1835–1921) — французский композитор.
Свиридов Георгий Васильевич (1915–1998) — российский композитор.
} ПРИМЕР |
Наш музыкант обосновывал необходимость своего предмета весьма скучным образом. Он всегда приводил один и тот же пример, каждый год по многу раз. Что, типа, ты летишь в самолете, а сосед-недотепа не может разгадать композитора из трех букв, автора «Хорошо темперированного клавира».
т
И тут ты весь такой в блистающих лучах и говоришь: «Бах». И все замирают в экстазе. И самолет начинает аж раскачивать от восхищения. Сосед же от восторга хочет выкинуться в иллюминатор, но его не разбить даже ломом…
С поры посещений уроков музыки благополучно прошло уже двадцать лет. И ни разу мне не пришлось проявить приобретенное некогда знание. Никто пока кроссворд про композитора Баха не разгадывал. Все больше про исполнительниц главной роли в фильмах про охотников на тупорылых вампиров.
Хотя общую минимальную музыкальную осведомленность демонстрировать случалось.
Композитор Лист убил на дуэли четырех своих врагов. Т$от с кого надо брать пример!
Ызречение учителя музыки
Следующий предмет, идущий, впрочем, в связке с музыкой, — изобразительное искусство. Изо.
Польза от изобразительного искусства нулевая. Увы. К сожалению, это приходится признать. Чувство прекрасного воспитывается туго, оно либо есть, либо до свидания.
Хотя самому мне предмет очень и очень нравился. На нем как-то душой я отдыхал, что ли… И рисовать мне нравилось (толком до сих пор не умею), и учительница была очень хорошая. Для привития интереса к предмету рассказывала нам сказки. Или давала тему «Космос». Кто рисовал летающие тарелки, кто освоение Луны. А один тип нарисовал штурм Звезды Смерти истребителями повстанцев — он один в нашем классе смотрел «Звездные войны». Мы глядели на его картину и завидовали…
Т^аш сын не уважает меня. Q-Le уважать Т$ан J ога я ему не позволю!
Запись в дневнике учителя изо
Но ни законов перспективы, ни хитростей цветопередачи, ничего, ничего я не уяснил.
Другие ребята, кажется, тоже.
Девочки как пришли с умением рисовать глазастых котят, так и ушли с ним.
Мальчики как чертили танки и ножики, так их и продолжали чертить.
Но о рисовании до сих пор вспоминаем с теплотой и удовольствием.
Так что с практической точки зрения в Изо пользы, увы, нет. Рисование хорошо в качестве роздыха между более тяжеловесными и «серьезными» предметами, рисование хорошо в качестве отдохновения для души. Опять же — для тех, кто не собирается делать художественное творчество своей профессией.
Ырина на уроках вышивает крестом… Q-LuneM хорошим это не копнится, поверьте моему опыту.
Запись в дневнике
Впрочем, к одиннадцатому классу не остается даже этой малости. Остается мировая художественная культура — МХК, на совершенствование в которой отводится один час в неделю. На ту же математику (в базовом варианте) отводится аж четыре часа.
Вот и получается, что МХК — это этакая падчерица системы образования.
Не знаю, как в других школах, а в нашей МХК шла всегда после физкультуры. Так что одна половина народа до нее вообще не доходила, другая же половина благополучно расплывалась по столам и отдыхала после заплыва на пятьдесят метров.
Сам я с МХК запомнил одни горгульи. Горгульи — это такие мелкие пузатые черти, их средневековые архитекторы рассаживали по водосточным трубам в качестве декора. Наша учительница, за неимением даже банального проектора, просвещала нас с помощью картинок. Картинки были вырезаны из разных журналов, затем с помощью утюга запаяны в целлофан. С картинок щурились кельнские и майнцские соборы, собор Парижской Богоматери, разные аббатства и замки. И все они были в изобилии украшены этой мерзостью.
Потом, уже в институте, на средневековой истории Европы я познакомился со всей этой монументалистикой поближе, со школы же у меня остались одни горгульи. Почему-то именно
они застряли в памяти, наверное, из-за пессимистического настроения.
И когда я слышу аббревиатуру МХК, у меня в голове немедленно возникает поганое подмигивающее чудище.
совет]-:-
Тут даже какой-то совет дать сложно. Чего можно выдавить из сорокапятиминутной пробежки по сокровищнице мировой культуры? Наверное, ничего.
