скучное ксерокопирование, просто вырезают из учебников нужные страницы. Или берут учебник с собой. Или, пардон, в штаны прячут, или за пазуху.
Довольно часто шпорники прибегают к приемам боди-арта. Говоря проще, расписывают всевозможной полезной информацией себя. Обычно разрисовывают конечности.
Мальчики расписывают руки. От запястья до локтя. Техника проста: задираешь рукав — и считываешь необходимую информантку.
У девушек возможностей для росписи больше. Можно расписывать как руки, так и ноги. Пиджак и юбка вполне сочетаются. Сидишь за столом, аккуратно смещаешь юбку и ознакомляешься с текстами билетов. Главное здесь — иметь хорошее зрение.
Некоторые экстремалы покрывают письменами шеи. Это удобно. Но действовать надо сообща. Если шея расписана у Коли Тупикова, то садиться надо за Тупиковым. Такая техника требует хорошей координации и сплоченности. Но чего не сделаешь ради заветной оценки?
Другие поверхности разукрашивать смысла нет, поскольку они скрыты одеждой.
шнириичают все. Школьники, пэтэушники, студенты. Дети, подростки, взрослые. Причем взрослые шпорничают гораздо больше, чем дети.
Группа людей получающих второе высшее образование. Солидные дяди и тети. Шпорами запасаются все поголовно, после экзамена из столов бомбы можно выгребать лопатами. Больше всех шпорничали две сорокалетние тетки. Безжалостно шпор-ничали, внаглую. Одна преподавала в школе математику, другая — русский язык.
Такая вот педагогика.
Ко второй категории относятся новейшие, электронные шпоры, которые получили распространение в последнее время. Так как век двадцать первый обрушил на неокрепшую школярскую совесть камнепад разнообразных технических приспособлений, призванных всемерно облегчить человеческое существование, ну и заодно помочь прорваться через экзаменационные рогатки.
Пришли и почти сразу же исчезли из обихода шпорников пейджеры и мобильные телефоны. Теперь мобилой нельзя удивить уже никого. Перед экзаменами предлагается «сдать оружие» — и все дела. А в наиболее продвинутых школах и вузах так и вообще ставят портативные «глушилки».
Так что штука с мобильным телефоном и СМС может прокатить лишь где-нибудь в полной глубинке. С заслуженной бабушкой — героиней народного образования, которая про сотовые телефоны слышала только то, что от них разжижается мозг. А как они выглядят, так и вообще не знает.
Разрисовал учебник депрессивными обезьянами.
Запись в дневнике
В той же глубинке может прокатить вариант с КПК — карманным персональным компьютером. Можно выдать его за калькулятор или за большие часы. Есть небольшая вероятность, что поверят.
Наглость — второе счастье.
Несколько более продвинутый вариант — с МРЗ-плеером. Подобная машинка достигла размеров обычной пальчиковой батарейки, однако может вместить в себя чуть ли не несколько десятков часов звуковых файлов. Начитываешь билеты на диктофон, обрабатываешь на компьютере, загоняешь в плеер. На экзамене с пульта ДУ набираешь номер файла, соответствующий номеру билета, незаметно суешь в ухо наушник — и готово!
Этот вариант подходит особенно для девушек — наушник за длинными волосами заметить трудно.
МРЗ-шпоры — безусловное благо. Куча информации отложится в голове, пока ты будешь их составлять. А прослушивать их можно чуть ли не каждый день, чуть ли не во сне. Отличная вещь. Особенно если заготовить такие шпоры за полгодика и
прослушивать их регулярно. К экзаменам вообще будешь свой предмет наизусть знать.
И потомкам цифровой кладезь информации перейдет.
Совершенный технический прием, доступный, правда, далеко не каждому — карманный компьютер, сопряженный с вмонтированными в очки мини-экранами. Надеваешь обычные, чуть затемненные очки — и считываешь ответы на билеты. Подобная система уже в наши дни стоит не так уж много, но рядовому школьнику, конечно, ее не приобрести.
Впрочем, не стоит недооценивать учителей. Они далеко не лопухи. С новинками прогресса тоже знакомы. В крупных городах, как уже говорилось, используют специальные глушилки, а мобильники запрещают на экзамены проносить уже повсеместно. Так что использование технических новинок требует порой не меньшей изобретательности, чем использование заурядной бумажной бомбы.
Утверждала, что Колулгб — женщина.
Запись в дневнике
Использовать шпоры или не использовать? Это даже не столько дело совести и кристальной нравственности, сколько вопрос общей целесообразности. Школьная практика давно доказала, что на одних шпорах нельзя выехать. Субъект, который рассчитывает только на шпоры, на экзамене частенько теряется среди их обилия. Пугается, роняет с демаскирующим грохотом на пол учебники. И как результат — фиаско.
Пересдачи, пересдачи, пересдачи.
Так что использовать шпоры лучше лишь в случае полной своей темности.
Без шпор гораздо проще. Почему? Потому что со шпорами ты будешь бояться, без них — нет. Без них ты будешь думать. И чем раньше ты начнешь относиться к себе строго и перестанешь рассчитывать на всевозможные подпорки, тем легче тебе будет в будущем.
Есть еще один важный момент. Помни: если тебе удается на экзамене списывать — это далеко не свидетельство твоей ловкости и крутости. Списывающий человек виден с учительского стола в ста процентах.
Как на ладони.
Можешь прятать шпаргалки где угодно, все равно видно. По поведению. По периодически скашиваемым глазам. И если тебя не ловят, то это всего-навсего означает, что тебе дают шанс получить свой законный «трояк». Кому хочется, чтобы ты потом все лето ходил в школу и канючил, канючил…
Нет, конечно, есть еще принципиальные учителя. Но мало. Летом всем хочется отдыхать.
Сделать так, чтобы на экзамене никто не списывал, на самом деле очень легко. Достаточно посадить всех сдающих экзамены на первые парты. И все — не спишешь. Ты можешь писать шпоры на руках, ногах, спине, животе, прятать за ремень учебник, в рукава пару бомб, можешь выцарапывать на своем любимом карандаше иголкой формулы, запихивать в часы прокрутки с датами, делать того же «белого медведя» — все это будет прекрасно заметно. И электронные варианты, в общем-то, тоже.
Я всего один раз столкнулся с ситуацией, когда так и не смог понять, списывает девушка или нет. Она сидела на первой парте, все возможности к списыванию были, казалось, закрыты. Но у девушки были роскошные длинные волосы, и она ими так ловко прикрывалась, что понять, имеет ли место факт шпорничества или все-таки нет, оказалось нельзя.
Но такие виртуозы встречаются редко. Вряд ли ты относишься к их числу. Поэтому, если ты уверен, что учитель будет закрывать глаза на твою подпартовую деятельность, — списывай.
Взялся шпорничать — для начала эти шпоры хотя бы прочитай. Чтобы знать, про кого ты рассказываешь. Чтобы не выглядеть глупо. А то происходят весьма курьезные случаи. Как-то раз на экзамене одна милая девушка красиво, подробно и с приведением примеров рассказывала о жизни и творчестве некоего Монта. Сначала препод долго думал и прикидывал, кто такой этот самый Монт, ругал себя за пробелы в образовании и тупость. Потом все-таки по некото-
рым признакам он опознал, что Монт — это известный французский мыслитель Шарль Луи Монтескье, живший и творивший в восемнадцатом веке. А девушка продолжала шпарить про своего Монта.
Преподу это надоело, он плюнул и изъял у нее шпоры. Так и оказалось. В целях экономии шпорного пространства Монтескье был сокращен до Монта. Поскольку ничего по предмету красавица раньше не читала, то и кто такой Монтескье — не знала. Для нее он был просто Монтом. Со всеми вытекающими для нее обстоятельствами в смысле экзаменационных пересдач. Да и шпора у нее наверняка была чужая…
А
А
ИНФОРМАЦИЯ
Монтескье Шарль Луи — французский просветитель XVIII века.
ЭТО ИНТЕРЕСНО 1
В средневековых школах и университетах всю информацию заучивали наизусть — бумага была чрезвычайно дорога, и в лучшем случае учащиеся писали мелом на специальных дощечках. Ни о каких шпорах речи быть и не могло — на экзаменах можно было рассчитывать исключительно на собственные силы. Поэтому учеба длилась очень долго и перенести ее могли лишь самые стойкие и способные.
Я-ie умеешь списывать — иди в сталевары!
Ызречение учителя сризики
Глава is
МИЛЫЕ РОДИТЕЛИ
Противостояние продолжается
Родителей не выбирают, с ними умирают.
Щадпись на парте
Про себя.
Когда я учился в пятом классе, мы жили в девятиэтажном доме на последнем этаже. Лифт не работал вообще, и к себе домой я взлетал обычно довольно быстро, натренирован был.
