- Черт, Диночка…
- Угу. И если мы собираемся жить на два дома, придется таскать собаку с собой.
- Ник, у меня сил нет туда-сюда мотаться. Давай я Игоря вызову, чтобы он ее привез.
- И дашь ему ключи от своей хаты? Да и не пойдет к нему Динка, ты же знаешь ее характер. Ладно, родной, поехали в Нововнуково ночевать. И вообще жить. И тебе там лучше, и Динке раздолье.
- А тебе?
Глеб смотрел на него внимательно, настороженно.
- А мне здесь без тебя повеситься хочется. Так что какая разница? Знаешь, один умный человек сказал: «Где жена, там и Родина».
- Я – жена?!
- Нет, Родина, — хмыкнул Никита. – Иди переоденься во что-нибудь потеплее, там полный шкаф твоих вещей. А я на пять минут за компьютер и поедем.
Пока Глеб возился в спальне, переодеваясь, Никита быстро отправил сообщение Ульяне:
- Глеб Васильевич дома, с ним все хорошо.
И с точки зрения Никиты, он даже не сильно соврал.
========== Глава 12. Последний поклон ==========
Такое ощущение, что этот дом возводился по книжке «Как не надо строить дома». За что бы Никита ни взялся, везде обнаруживалась проблема – краны текли, в подвале не включался свет, автоматические ворота постоянно заклинивало, и приходилось вылезать из машины и с силой оттаскивать створку, преодолевая сопротивление проржавевшего механизма. Но хуже всего вела себя система отопления. Ник уже перепробовал десятки варианты настройки котла, но ему так и не удалось добиться тепла во всем доме. Или на кухне можно было пингвинов разводить, или в гостиной сопли на лету замерзали. На возмущения Никиты по поводу этого безобразия и отсутствия в доме мужской руки, Глеб только отмахивался – я артист, это не моя компетенция.
- И вообще, домом всегда Ирма занималась, — добавил он, устраиваясь поближе к камину, который Никита начинал топить, едва смеркалось.
Никита заметил, что Глебу нравится сидеть у огня. Да и Динка сразу приходила и вытягивалась ковриком перед защитной решеткой.
- Кранами, отоплением и воротами – тоже Ирма?
- А для этого службы специальные есть. Телефоны можно в Интернете найти.
- Угу, они с тебя сдерут три шкуры и ничего не исправят, пользуясь тем, что ты артист.
Никита сел на пол, перед креслом Глеба, прижавшись спиной к его ногам и запрокинув голову. Отсюда было удобнее подкидывать дрова, а теплая рука, легшая на затылок и начавшая перебирать его волосы, приятно успокаивала, так что желание спорить быстро пропало.
Они жили в Нововнуково уже три дня. В первое утро опробовали Глебову кровать, а потом заодно и душ в его ванной комнате. Кровать испытание на прочность прошла, а вот душевую кабинку, слишком тесную для двоих, решено было заменить. Потом ездили за продуктами, забили до отказа холодильник и два раза поругались. Первый раз из-за трости, которую Глеб не хотел брать, выходя из дома, принципиально.
- Это не Израиль! Меня здесь каждая собака знает! – возмущался он. – Сфотографируют, потом в Интернет выложат, журналисты подхватят, статью накропают. И новый позор!
Ник понимал, что он прав, но без трости Глеб быстро уставал и начинал заметно хромать.
Второй раз поцапались по дороге домой. Какой-то колхозник с иногородними номерами нагло подрезал Бэху Ника на Кольцевой. Мириться с таким безобразием Никита, разумеется, не стал, втопил педаль газа и показал, чего стоит его машина. Разгонялась Бэха моментально, он без особого труда обогнал нахала, перестроился на его полосу и притормозил. В зеркале он мог наблюдать, как колхозник испугался, что сейчас въедет на своей колымаге в зад дорогой машины. Довольно усмехнувшись, Ник снова набрал скорость. И только тогда заметил, что сидящий рядом Глеб выглядит неважно.
- Родной, ты чего? – осторожно поинтересовался Никита.
- Ничего. Я с тобой ездить больше не буду. Мальчишка!
- А чего я?! Он меня подрезал!
- А ты ему зад подставил!
Никита заржал от формулировки.
- Да ну тебя, — еще больше рассердился Глеб. – Не успел бы он притормозить, и разбил бы тебе машину. Не жалко?
- Жалко. Но это моя машина, и у нее мой характер. Я не собираюсь плестись в крайнем ряду и уступать каждому тазику. Она неоднократно битая, кстати.
- Почему я не удивляюсь?
- Ты можешь ездить с Игорем, если хочешь, — пожал плечами Ник. – Я буду кататься на своей.
- Ну да, кортеж из двух машин, Немов едет за продуктами. Жалко еще мигалки нет! Можно просто не лихачить?
- Нельзя.
Но в целом все было замечательно. Никита чинил краны, смазывал ворота и сидел за компьютером. Глеб взялся наводить порядок в кабинете, решив выкинуть оттуда лишний шкаф и поставить второй стол для Никиты.
- Будет у тебя офис на дому, хватит по сортирам жаться, — сообщил он.
Никита только усмехнулся. Подумаешь, застал его один раз Глеб на унитазе с ноутбуком. Ну не мог он прервать торговлю! И вообще там тихо, спокойно. Комната уединения!
Как Никита и подозревал, разбирать и выкидывать шкаф пришлось ему. А Глеб по уши закопался в книгах, дисках, нотах и афишах, вытряхнутых из шкафа и теперь нуждающихся в пристройстве. Никита боялся, что найдя все эти свидетельства своего творческого пути, Глеб снова загрустит, но любимый как-то на удивление быстро собрался, книги рассовал на свободные полки в гостиной, диски сложил стопочкой и пристроил на своем столе, ноты рассортировал и по большей части отправил в камин. Афиши он явно собрался отправить туда же, но Никита его вовремя остановил.
- Ты что делаешь? Ну-ка отдай!
- Зачем это тебе? Просто хлам, у меня еще в офисе таких тонны!
- Отдай, говорю! Как можно такого красавца в камин?!
Никита развернул афишу и залюбовался изображенным на ней Немовым.
- И что ты с ней делать будешь? – иронично спросил Глеб.
- На стенку в спальне повешу!
- Я тебе повешу! Засранец мелкий! Можешь в гараже повесить, если очень хочется. В спальне изволь наблюдать оригинал. А тут вообще не я, тут артист Немов.
- Раздвоение личности, родной? – хмыкнул Никита, сворачивая афишу.
- Нет, просто способ сохранить свое «я».
И все-таки Никита не мог не замечать, что Глеб в сомнениях. Он держался, не позволял себе хандрить, они почти не разговаривали о сцене, но он явно находился в раздумьях, периодически «зависая», глядя невидящим взглядом в телевизор, газету или чашку с чаем. Он что-то для себя решал, и Никита старался в эти моменты к нему не лезть. Пусть будет как будет, это должен быть только его выбор. Чтобы никого потом не обвинял.
