сделать правильные выводы. Я, в свою очередь, за целый месяц пребывания здесь ничего так и не сумел понять. Возможно, сестра Херст права, я – идиот.
– Прости меня, Эдди.
Я смотрел на мертвого толстяка, и мне было его жаль. Он не заслуживал того, что с ним сделали. Мне безумно хотелось бросить эту чертову лопату и убежать к Чарли, чтобы все ему рассказать. Но я собрался с мыслями, сделал глубокий вдох и решил этого не делать. Чарли лучше не знать о том, что я видел. Надо будет ему сказать, что сестра Херст попросила меня поймать летучую мышь. Надеюсь, он в это поверит. Очень надеюсь.
Когда я копал яму для мертвого Эдди Брока, то стер руки до кровавых мозолей. Мне было больно, противно и очень страшно. В глубине души мне хотелось, чтобы конфликты с ним прекратились, но не таким образом. Все должно было кончиться не так. После моего сокрушительного удара по яйцам Эдди вряд ли задирал бы меня и других мальчишек.
– А ты как считаешь? – спросил я у Эдди.
Но он не ответил. Мертвые вообще не любят отвечать на вопросы живых. И дело тут не в желании или возможности, просто им наплевать. Когда человек умирает, ему совершенно не хочется быть разговорчивым и дружелюбным. Наоборот, ему хочется наконец показать средний палец миру живых и уйти туда, где его никто и никогда не побеспокоит.
Я выкопал очень глубокую яму, как мне показалось. Но сдвинуть мертвого Эдди оказалось сложнее, чем я предполагал. Мне пришлось докатить его до края и сбросить туда, как мешок с ненужными вещами. Это было неправильно, но мне ничего больше не оставалось, поскольку этот толстяк весил под двести футов. Когда его тело с глухим звуком упало на землю, то слезы вновь покатились по моим щекам.
– Закапывай меня. Быстрее. Она идет! – закричал Эдди и показал пальцем в сторону двери.
Сложно сказать, действительно ли это сказал Эдди, или меня опять переклинило. Думаю, ответа на этот вопрос я никогда не узнаю. Но что бы это ни было, совету стоило последовать. Со стороны двери и правда доносились глухие звуки. Мне нужно было закопать тело до прихода сестры Херст, иначе я мог навсегда остаться в этом подвале вместе с Эдди. Такой расклад меня вообще не устраивал, и я решил ускориться.
– Мистер Палмер, вы уже закончили? – послышался голос сестры Херст.
– Да, мэм!
Я бросил лопату в сторону и попытался вытереть пот со своего лица рукой. Сестра Херст осмотрела закопанную могилу, кивнула мне в знак благодарности и протянула свой чистый платок. Дрожащей рукой я взял платок и принялся вытирать им лицо. Но не успел я закончить, как сестра Херст обняла меня и сказала:
– Там ему будет лучше, ангелы примут его в свои мягкие объятия.
– Надеюсь.
– Истинно верующий человек должен отметать любые сомнения.
– Я знаю, мэм.
– Спасибо тебе, мой мальчик, – со слезами на глазах сказала она. – А теперь беги в столовую, у сестры Дэниелс важное объявление для вас.
– Хорошо, я как раз…
– Но перед этим приведи себя в порядок, ты меня понял?
– Да, мэм, – кивнул я.
Сестра Херст отстранилась от меня, забрала платок и поцеловала меня в губы, после чего жестом указала мне на выход. Весь грязный и с окровавленными ладонями, я медленно поплелся прочь. В голове у меня крутился вопрос: «Какого черта?», но постепенно до меня начало доходить: сестра Херст просто чокнутая. В тот момент я даже не догадывался о том, насколько оказался прав в своих суждениях.
* * *
Когда я пришел в столовую, то все мальчишки уже расселись по местам. Я забегал глазами по рядам в поисках Чарли, но так и не увидел его. Сестра Дэниелс, заметив мою растерянность, резко схватила меня за рукав и отвела к ближайшему свободному стулу. Как оказалось, на соседнем стуле сидел Чарли, который с изумлением и интересом смотрел на меня. Он явно ждал от меня увлекательной истории. Но я не мог рассказать правду, поэтому мне пришлось преподнести ему порцию заранее приготовленной лжи.
– Ну, и где ты пропадал?
– Сестра Херст попросила поймать летучую мышь в подвале, – уверенно сказал я. – Я просто нереально устал.
– Ты весь бледный, как призрак.
– Может, я и есть призрак?
Чарли громко прыснул от смеха.
– Мальчики, вы закончили? – прикрикнула на нас сестра Дэниелс. – Мы ждали только вас, мистер Палмер. Сестра Барфилд, принесите мне бумаги.
Сестра Барфилд подскочила и тут же в растерянности умчалась на другой конец столовой. Вернулась она уже с бумагами в руках. Как сейчас помню эту кипу картонных папок, которые были небрежно перевязаны белыми веревочками. На каждой из папок красовался герб приюта Святого Иосифа. Я сразу догадался, что это за папки. Там лежали наши личные дела. Каждый хороший или плохой поступок – все отображалось там. Когда меня привезли сюда полицейские, сестра Дэниелс тут же приклеила мою фотографию на один из листочков и положила его в такую папку. Наверное, сейчас нам устроят взбучку за плохое поведение или что-то в таком духе.
– Сегодня вечером наш приют посетят высокопоставленные гости. Вы должны показать себя с лучшей стороны. Скорее всего, многих из вас усыновят. Мы с сестрами будем делать все…
Но сестру Дэниелс уже никто не слушал. Все ребята довольно заулюлюкали. Каждый мальчишка, который сидел на этих обшарпанных деревянных стульях в этой пропахшей рыбой столовой, хотел, чтобы его усыновили. Я посмотрел на Чарли – он был удивлен не меньше моего. Мы сидели с открытыми ртами и не знали, как реагировать на это заявление.
– Тишина! – крикнула сестра Барфилд. – Заткнитесь!
Гул в столовой тут же стих.
– Вы меня не дослушали, – продолжила сестра Дэниелс. – Данное мероприятие пройдет не совсем так, как оно проходит в других приютах. Дело в том, что наши высокопоставленные гости будут в карнавальных масках. Это было придумано для того, чтобы вы не смогли привязаться ни к одному из наших гостей. Я же знаю, что среди вас очень много чувственных натур.
Сестра Дэниелс с ухмылкой посмотрела на Чарли, который тут же побелел от страха.
– Успокойся, – прошептал я. – Она просто шутит, не более того.
– Ну, и шуточки у нее.
– Поэтому идите и приведите себя в порядок. Умойтесь, причешитесь и откройте подарки, которые вам принесет сестра Херст. И жду вас здесь к ужину. Вам все понятно?
– Да! – хором крикнули ребята и начали разбегаться в разные стороны.
– Мистер Палмер, – крикнула мне сестра Барфилд. – От вас воняет лошадиным
