Херст проведет для вас небольшой инструктаж. Я провожу вас в столовую.
– Да, мэм! – хором ответили мы и направились следом за ней.
В коридоре толпилось много мальчишек, и все они нервничали. Видимо, сказывалось то, что почти все мечтали найти новую семью. Никому не хотелось прозябать в приюте до совершеннолетия. Внезапно я услышал, как кто-то спросил:
– Сестра Барфилд, а где Эдди?
– За ним приехали рано утром и усыновили. Времени на сборы у него не было, поэтому он ни с кем не попрощался, но велел мне передать, что будет скучать по всем вам.
Сестра Барфилд повернулась ко мне и посмотрела с презрением. Я громко сглотнул от страха. Мы вдвоем знали, где сейчас на самом деле находится Эдди Брок. И он точно не был у своих новых родителей. Его изуродованное тело находилось в подвале этого приюта, и только одному Богу известно, через какую боль ему пришлось пройти перед тем, как он отправился в мир иной.
– Все в сборе? – спросила улыбающаяся сестра Херст, которая внезапно появилась перед нами. – Тогда идем за мной, а сестра Барфилд удалится по своим делам.
Сестра Барфилд была явно недовольна ее словами, но предпочла молча уйти. Мы гурьбой отправились вслед за сестрой Херст, которая вела нас в столовую. Она говорила нам о том, чтобы мы себя хорошо вели, поскольку наши гости могут нервничать в новой для себя обстановке. Об идиотском маскараде она не сказала ничего, что удивило бы меня и Чарли. Нам эта идея с масками совершенно не нравилась и, честно сказать, даже немного настораживала.
* * *
В столовой нас встретила сестра Дэниелс, которая рассаживала ребят по возрасту. Первые ряды занимали самые младшие, следом шел наш с Чарли ряд, а уже за нами сидели самые взрослые ребята. Самого старшего из нас звали Артур Стивенс, ему было 16 лет. Как он попал в этот приют, никто из ребят не знал. Но парнем он был неплохим и даже иногда жал мне руку, когда мы встречались на прогулке. В этот вечер у Артура горели глаза, что сильно выделяло его из всех нас. Конечно, каждый грел в душе ту мысль, что его могут усыновить сегодня. Но Артур хотел этого больше всех нас вместе взятых.
– Мальчики, рада приветствовать вас этим замечательным вечером, – начала свое обращение сестра Дэниелс. – Хочу выразить восхищение каждым из вас и похвалить ваши сегодняшние наряды.
Я сидел с открытым ртом и вообще не мог узнать сестру Дэниелс. На ее щеках красовались румяна, а на губах блестела ярко-красная помада. До этого вечера я и подумать не мог, что монахини могут позволить себе макияж. Как по мне, такой яркий окрас смотрелся на ней крайне глупо и пошло. В этот момент она больше напоминала мне харизматичного Тони Кертиса, которого загримировали для съемок в фильме «В джазе только девушки». Не знаю, как мне удалось сдержаться и не засмеяться во весь голос.
Сестра Дэниелс убедилась, что все воспитанники сидят на своих местах, после чего торжественно произнесла следующее:
– Сейчас в этот зал войдут наши высокопоставленные гости, которые очень ждут встречи с вами. Они будут в специальных карнавальных масках, чтобы не нарушать ваше душевное спокойствие.
Чарли с замиранием сердца ловил каждое слово сестры Дэниелс. Я догадывался, что ему было очень одиноко после ужасной смерти родителей. Но мне и в голову не могло прийти, что он так обрадуется этому странному вечеру с незнакомцами в карнавальных масках.
– Сестра Херст, – скомандовала она холодным голосом. – Пожалуйста, раздайте таблички с номерами.
Сестра Херст подскочила со стула и вручила каждому из нас по квадратной табличке с номером. Самому младшему воспитаннику приюта дали табличку с первым номером, а Артуру Стивенсу – с двадцать шестым.
– Все получили таблички? – спросила сестра Барфилд, и тут же поймала на себе грозный взгляд сестры Дэниелс.
– Встречайте наших гостей! – воскликнула сестра Херст и стала хлопать в ладоши.
В зал начали заходить люди в дорогих костюмах и платьях. На их лицах и правда были карнавальные маски. Эти люди рассаживались в удобные кресла, которые стояли прямо напротив нас, в то время как мы сидели на обычных обшарпанных стульях. Но даже это удивило меня не так сильно, как едкие запахи дорогих духов, которые расползлись по залу, как змеи по диким джунглям. В помещении стало настолько душно, что моя рубашка начала прилипать к спине.
– Сейчас наши уважаемые гости будут присматриваться к вам, – вновь начала говорить сестра Дэниелс. – Если гость назвал ваш номер, вы должны выйти к нему, представиться и проследовать за ним для уединенной беседы. Все понятно?
– Да, мэм! – крикнули ребята.
– Мне это не нравится, Чарли, – сказал я шепотом своему другу.
– Мне тоже. Они очень странно на нас смотрят. Может, убежим отсюда в комнату?
– Лучше не надо.
– Почему?
– Тебе не понравятся последствия.
Чарли недовольно покосился на меня и стих, а я обратил внимание на гостей. Они пристально смотрели на нас и осторожно перешептывались. Я пытался прислушаться к ним, но у меня не выходило разобрать ни слова. Внезапно я увидел среди их лиц бледное лицо Эдди Брока. Он сидел рядом с одной женщиной в маске из черных и белых перьев. Толстяк пристально смотрел на меня и показывал своей рукой на дверь.
– Беги, Стивен! Почему ты не бежишь?! – кричал он мне. – Ты должен бежать!
– Эй, что с тобой? Не спи!
Чарли толкнул меня в бок, и я встрепенулся. Как оказалось, я закрыл глаза и заснул на несколько минут. Проснулся я очень вовремя. Гости повставали со своих мест и направились в нашу сторону. Внутри меня все сжалось, а Чарли схватил меня руку. Ему было страшнее, чем мне. Ему всегда будет страшнее, чем мне.
Люди в масках трогали наши лица, гладили по голове, иногда по груди, после чего довольные уходили. Одна женщина провела мне указательным пальцем по губам и, недовольно фыркнув, вернулась на место. Чарли досталось больше: его гладил по ногам мужчина с густой бородой, который явно наслаждался происходящим. Незнакомец смотрел ему прямо в глаза и тихонько хихикал. Такая участь постигла не только нас, но и многих других ребят. Единственное, что нам оставалось, – сидеть и терпеть.
– Время делать ваш выбор! – крикнула сестра Дэниелс, и многие из гостей начали возвращаться на свои места.
– Ты такой красивый, – произнес мужчина, который держал Чарли за подбородок. – Любишь сладости? Мороженое?
– Да, – осторожно ответил Чарли.
– Тогда мы еще встретимся. Ты не против?
– Еще как против. Убери
