— План «Б», — выдохнул я. — О'кей, нам нужен план «Б». Вот бы еще тачку какую-нибудь сюда, это было бы совсем здорово.
Сьюзен прыснула, я повернулся к ней и тут же вспомнил.
— У нас есть здоровенный тяжелый грузовик, — подсказала Сьюзен.
— Тогда что ж ты его не занесла в список активов? — произнес я, не слишком удачно имитируя британское произношение. — Валяй!
Сьюзен с пугающей быстротой нырнула обратно в туннель.
— Мартин, — скомандовал я. — Держитесь за мной, живо!
Он повиновался, я поднял левую руку и выстроил самый нехитрый щит. Секунд через пять или шесть створка снова приподнялась на несколько футов, и парочка стоявших за ней самых бойких стрелков открыли огонь по первой попавшейся мишени — то есть по мне.
Дверь продолжала подниматься, я держал щит, и пули били в него, оставляя на невидимом барьере следы в виде разбегавшихся кругов света. По мере того, как все больше охранников открывали по нам огонь, удерживать защитное поле становилось все труднее. Отрикошетившая пуля угодила одному из бедолаг в живот, и тот повалился на землю, но мне некогда было его жалеть. Я стиснул зубы и удерживал щит, а огонь все не стихал.
А потом послышался рев мотора, и Сьюзен направила грузовик прямо на загораживавших выход охранников.
Те с воплями бросились врассыпную. Им повезло: грузовик не зацепил ни одного. Мне не потребовалось понуканий Мартина. Грузовик резко свернул, мы бросились к нему и запрыгнули в кузов, двери которого Сьюзен предусмотрительно оставила открытыми.
Один из самых бдительных охранников попробовал повторить наш трюк, но Мартин опередил его, выстрелив ему в ногу. Тот с криком упал, а грузовик рванулся вперед. Сьюзен вдавила педаль газа в пол, заскрежетали металл и колючая проволока ограды, в которую Сьюзен направила нос грузовика, и мы вырвались в ущелье. К точке, где открывался спасительный портал, мы неслись, не разбирая дороги, и машина подпрыгивала, раскачиваясь на неровной земле.
Дальше все было просто.
Мы вернулись к месту спуска в ущелье, допили остаток эликсира и с легкостью горных козлов вскарабкались по почти отвесному склону. Усилий на это ушло ненамного больше, чем на подъем по лестничному маршу.
— Гарри, — чуть задыхаясь, произнесла Сьюзен, когда мы оказались наверху. — Будь так добр, сожги этот грузовик.
— С превеликим удовольствием, — отозвался я и разобрался с грузовиком тем же способом, что и с машинами на стоянке. Секунд через тридцать рванул бензобак, и Сьюзен удовлетворенно кивнула:
— Что ж, отлично. Будем надеяться, им теперь будет труднее сделать то, что они задумали сделать.
— Что вы нашли? — спросил Мартин.
— Ритуальные принадлежности майя, — ответил я. — Не главные, вспомогательные. Реквизит. Их погрузили на грузовик для отправки следующей очередью.
Сьюзен порылась в нейлоновой сумке и достала листок бумаги.
— Накладная, — сказала она. — Партия номер три нуля девятьсот тридцать восемь. Подготовлена к отправке спустя два дня после первой, с основными принадлежностями.
Мартин прищурился, обдумывая информацию.
— И если пункт назначения тот же, что у первой партии…
— Из этого можно сделать вывод, что то, что они задумали, должно произойти в радиусе двух дней переезда на грузовике, — договорил я. — Ровно столько времени ушло у вампиров на то, чтобы получить первую партию, сообразить, что часть реквизита не погрузили, и заказать доставку недостающих предметов.
Мартин кивнул.
— И что? Где они их ожидают?
Сьюзен продолжала изучать содержимое сумки.
— В Мексике, — ответила она, помахав в воздухе американским паспортом — скорее всего фальшивым, поскольку большинство людей не держат свои паспорта в бумажном конверте вместе с бумажником, полным свеженьких, едва ли не прямо из типографии мексиканских банкнот. — Эти мантии и причиндалы должны были везти в Мексику.
Я хмыкнул и зашагал к порталу. Мартин и Сьюзен последовали за мной.
— Гарри? Мы уничтожили реквизит… Это сорвет их затею?
— Это их слегка обескуражит, — вполголоса ответил я. — Не более того. Истинная магия не нуждается в костюмах. В них нуждаются только люди, ею занимающиеся. Поэтому мантию из попугайских перьев можно заменить чем угодно другим в этом роде, а при сильном желании можно проделать все и без нее.
— Они узнают, кто здесь побывал, — заметил Мартин. — Слишком много людей нас видело. Ну, и в помещении тоже могли стоять камеры.
— Вот и хорошо, — кивнул я. — Я и хотел, чтобы они нас узнали. Пусть убедятся, что их надежные убежища вовсе не так надежны.
Сьюзен издала негромкий рык — похоже, в знак согласия. Даже Мартин скривил губы в некоем подобии недоброй ухмылки.
— Итак, чего мы добились? Если не считать того, что кое-кто в Красной Коллегии не будет больше спать спокойно?
— Мы знаем, где они собираются проводить свой ритуал, — сказала Сьюзен.
Я кивнул.
— В Мексике.
— Что ж, — сказал Мартин. — Для начала сойдет.
Глава восемнадцатая
Миссис Спанкелкриф — домовладелица, каких не бывает. Проживает она на первом этаже старой многоэтажки. Из квартиры выходит редко, почти глуха и, как правило, не сует нос в мои дела, пока я плачу за жилье — что в последнее время я делаю достаточно исправно. День в день, если не раньше.
Небольшая армия нечеловечески сильных зомби, взявшая приступом мою квартиру, не сумела ее разбудить. Возможно, потому, что они проделали это уже после того, как она легла спать, то есть после захода солнца. Пожалуй, полицейские с фэбээровцами произвели больше шума, поскольку, когда Молли зарулила Жучка на стоянку перед домом, я увидел, как миссис Спанкелкриф поднимается от входа в мою полуподвальную квартиру — медленно, тяжело опираясь на палку. Одета она была в подобие голубой ночной рубашки с накинутой поверх шалью — ночи в октябре у нас в Чикаго уже прохладные. Взгляд ее голубых глаз настороженно шарил по сторонам.
— Ну наконец-то, — недовольно проговорила она. — Я вам весь вечер названивала, Гарри.
— Извините, миссис Эс, — вздохнул я. — Меня дома не было.
Не уверен, что она меня хорошо расслышала, но голова у нее работала как надо.
— Разумеется, вас не было, — парировала она. — Что это произошло с вашей новой дверью? Почему она открыта нараспашку? Случись одна из этих дурацких гроз, и вас зальет, а тогда стены заплесневеют быстрее, чем вы «мама» успеете сказать.
Я развел руками и заговорил так громко, как только мог, не срываясь на крик.
— Тут имело место недоразумение с полицией.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
