Читаем без скачивания Черные горы - Фред Саберхаген

Он достиг края глубокой расщелины. Бежать вдоль него по торчащим камням было бы слишком долго и мучительно, и преследователи, конечно, сразу подстрелили бы его с такого близкого расстояния. Перепрыгнуть трещину было невозможно. Попытка спуститься по ее почти отвесной стене в любое другое время показалась бы безумием, но сейчас Чап не колеблясь начал соскальзывать и сползать вниз. Уж лучше стремительное падение, чем подземелье с демонами под цитаделью. Но не все еще было потеряно: склон нависал уступом, давая некоторую защиту от сыплющихся сверху стрел и камней; и теперь Чап смог разглядеть, что у далекого подножия трещина переходит в высохшее русло ручья и ведет прочь от владений Сома.

Чап свешивался на руках, раскачивался и прыгал, спускаясь по склону. Еще одна стрела, пущенная почти вертикально вниз, просвистела мимо и врезалась в камень. Он сорвался и полетел вниз, в отчаянии скользя и пытаясь ухватиться за что-нибудь, и в конце концов уперся ногами в выступ, который был немногим шире его ступни. Мгновением позже за Чапа, едва не стащив его в пропасть, ухватилась Чармиана, которая соскользнула рядом. Слева от него карниз почти пропадал, затем расширялся значительной плоской площадкой под огромным нависающим козырьком. С Чармианой, продолжающей цепляться за его одежду, он устремился по этому пути. Каким-то образом им удалось забраться в это относительно безопасное укрытие по карнизу — предприятие, с точки зрения здравого смысла равносильное самоубийству.

На плоской площадке, достаточно просторной, чтобы там можно было безопасно расположиться и перевести дух, они были закрыты от стрел. Где-то метрах в десяти-двадцати над ними невидимый лейтенант растерянно выкрикивал новые приказы.

Рептилия нашла их почти сразу. Она зависла над расщелиной, выкрикивая проклятия и предупреждения, предусмотрительно оставаясь вне пределов досягаемости меча. Чармиана, широко размахнувшись, швырнула в нее камнем; пущенный неумелой рукой, он попал в крыло. Тварь вскрикнула и отлетела в строну, пытаясь удержаться в воздухе.

Но она уже успела раскрыть их убежище находящимся над ними людям.

Чап встал и вытащил меч, поджидая приближающихся людей. Среди возобновившихся звуков битвы, доносящихся издалека, он вскоре различил более близкий звук — шарканье обутых в сандалии ног, скользящих по камням и слишком занятых поисками опоры, чтобы подбираться скрытно.

— С двух сторон! — выкрикнула Чармиана. Люди соскальзывали вниз по направлению к ним с обеих сторон их пещероподобного укрытия. Все нападающие должны были заботиться прежде всего о том, чтобы удержать равновесие. Чап легко справился с первым раньше, чем тот сумел что-либо сделать — он успел только беспомощно взмахнуть руками для равновесия. Затем Чап повернулся, достаточно быстро, чтобы встретить второго в такой же невыгодной позиции. Этот, полетев вниз, но выронил меч и умудрился схватиться за скалу. При виде его пальцев, лихорадочно цепляющихся за край выступа, Чармиана вскрикнула, подскочила к нему и раздробила пальцы камнем.

Чап снова присел, пользуясь возможностью отдохнуть. Когда Чармиана опустилась на колени рядом с ним, он произнес:

— Им придется нелегко, здесь нас так просто не достанешь. Поэтому им остается только поджидать нас снаружи. — Он бросил быстрый взгляд на склон внизу и убедился, что там он круче, чем над ними. — Не думаю, чтобы ты выбиралась наружу этим путем, когда была здесь в последний раз.

— Я… не знаю. — Несколько удивив Чапа, она на некоторое время снова погрузилась в собственные мысли. — Я была тогда всего лишь ребенком. Лет двенадцати, наверное. Мой отец вел нас… — Ее лицо изменилось, глаза расширились от шока воспоминания. — Мою сестру и меня. Мою сестру. Карлотту. Я не думала о ней с того времени до сегодняшнего дня. Я забыла, что она вообще жила на свете!

— Так. Но как ты выбралась наружу? Может, как-нибудь спустилась с этого обрыва?

— Подожди. Дай мне подумать. Как странно, что стерлось так много воспоминаний… она была на шесть лет моложе меня. Теперь воспоминания возвращаются. Мой отец свел нас обеих длинным спиральным путем. В обиталище демона у подножия. Там… он толкнул нас обеих так, что мы упали, а сам повернулся и побежал. Я видела его развевавшуюся одежду, а Карлотта лежала рядом со мной и плакала. Ох, да. Должно быть, это и было посвящение моего отца, его присяга на верность Востоку. Да, теперь я это понимаю.

— Что произошло дальше?

Почти успокоившись, Чармиана погрузилась в прошлое.

— Мы, напуганные, лежали там. И прежде, чем мы успели встать, он пришел за нами.

— Он?

— Владыка Запранос. Чтобы пройти посвящение, наш отец должен был отдать нас повелителю демонов. — Теперь глаза Чармианы обратились к Чапу, но ее разум по-прежнему был в прошлом. — Владыка Запранос потянулся к нам, и я вскочила на ноги, схватила Карлотту и, оттолкнув ее от себя, закричала: «Возьми ее! Я и так уже принадлежу тебе. Я уже служу Востоку!» — Чармиана мелодично засмеялась, заставив Чапа слегка отшатнуться. — Я закричала: «Прими Карлотту в залог моей верности!» И рука Запраноса, почти настигшая нас, замерла. — Нервный смех Чармианы неожиданно оборвался. — Он… он расхохотался. Это было самым ужасным, что мне доводилось слышать. Потом он снова вытянул руку и погладил мои во…

Чармиана не договорила, вскрикнула и схватилась за золотистые волосы, в беспорядке свисавшие ей на глаза, словно какая-то чужая тварь уселась ей на голову. Затем она кое-как справилась с собой, отбросила волосы за спину и продолжила. — Да, Запранос погладил мои волосы. И позже, когда Элслуд попытался изготовить из них приворотный талисман… — Она остановилась.

— Вышло все наоборот? — закончил Чап. — Всякий мужчина, носивший талисман, — и он сам в том числе — испытывал к тебе непреодолимую страсть. Но не думай теперь об этом. — Он медленно вытянул руку, но не решился коснуться золотых волос, которые совсем недавно держал так грубо. Затем проговорил: — Ты полагаешь, что в тот день — повелитель демонов — мог спрятать свою жизнь здесь?

Эта мысль не показалась Чармиане невероятной.

— Нет, Чап. Нет. Ханн тщательно исследовал мои волосы, когда мы думали о том, как лучше использовать чары, пытаясь найти источник их необычайного могущества. Ханн нашел бы жизнь демона, если бы она там была. Он мог бы сделать повелителя демонов нашим слугой. — Она улыбнулась. — Нет, Запранос никогда не был бы столь глуп, чтобы доверить мне свою жизнь. Он слишком хорошо понял меня. Когда он коснулся моих волос, то сказал мне: «Иди свободно из этой пещеры и служи Востоку. Есть большая потребность в таких, как ты». Да, теперь все воспоминания ожили. Мой отец был очень удивлен, когда я выбралась вместе с ним. Очень удивлен, увидев меня, и не слишком доволен. О, он с явной надеждой поглядывал назад, не освободилась ли также и моя сестра. Она была его любимицей, к ней он действительно был привязан. Но ее демон оставил у себя.