император немного воспрял духом. Он затребовал от Чернышова точных и искренних, выверенных докладов по состоянию дел в армии. И то, что прочитал русский государь… В былые времена за такое состояние дел того же самого Чернышова посадили бы на кол. Однако Николай Павлович, понимая, что он может и вовсе остаться без сколь-нибудь опытных чиновников в разгар тяжёлой войны, оставил Чернышова и дал ему возможность на исправления.
Русской армии нужно обмундирование, вооружение, даже порох, ядра, бомбы… Всё нужно, а взять это практически неоткуда. Уже начался массовый набор рекрутов, чтобы в скором времени создать трехсоттысячную группировку войск, уже отозваны многие офицеры-отставники, чтобы они проходили ускоренные курсы, вспоминали все свои навыки и становились в строй [подобное было сделано и в реальной истории, вот только крайне медленно, так и не успели до окончания войны вооружить, одеть и ввести в строй новых рекрутов].
— И за всё это я даю письменную расписку о том, что не буду считать Пруссию страной, враждебно настроенной против России в ходе нынешней войны. Если мой венценосный брат верит в победу русского оружия, пусть задумается об этом… А вот у Австрии уже нет шансов на реабилитацию… — государь замолчал, чуть скосил глаза, пристально посмотрел на посла, силясь увидеть, понял ли Теодор Генрих тот намёк, который только что прозвучал.
— Я понял вас, Ваше Императорское Величество, — поспешил заверить русского императора прусский посол.
Пруссия уже начала программу перевооружения, кроме того, на территориях, подвластных немецкому Бранденбургскому правящему дому, повсеместно развивается тяжёлая промышленность, прежде всего, связанная с производством артиллерии. Многим было понятно, что прусаки намереваются побороться за лидерство в Центральной Европе, но, прежде всего, перехватить это лидерство у Австрии.
А русский император недвусмысленно намекал, что, если Пруссия, пусть и тайно, когда официально Фридрих Вильгельм будет высказывать враждебные слова в сторону России, но поможет православному государству… Вот тогда и Россия, возможно также тайно, или явно, но поможет утвердиться Пруссии в Центральной Европе.
Кроме того, направленные деньги на строительство фабрик, заводов, прежде всего, военного назначения, сыграли злую шутку с Пруссией. Там сейчас наблюдается серьёзная нехватка продовольствия, решить которую Россия вполне в состоянии. Так что русский император рассчитывал на бартер, так как наличных денег в Российской Империи пока было мало. А вот той же картошки, которую заставляли выращивать в Привислинских регионах, оказалось весьма много, даже, порой, большей частью она гниёт. В Пруссии же, если не считать Ирландию, более всего любят картофель.
— Я услышал вас во всём, Ваше Императорское Величество. Со своей стороны могу сказать, что если мой король примет ваше предложение, то вряд ли найдётся более счастливый человек, чем я. Я — верный слуга своего государства, но за те годы, что провёл в России, я полюбил и вашу страну, — Теодор Генрих прямо расцвёл, у него даже появился румянец на щеках.
Прусский посол понимал, что король Фридрих Вильгельм должен пойти на эту сделку. При перевооружении остаётся огромное количество оружия, которое проще отдать кому-то бесплатно, чем утилизировать. Ну, а если получается продать или обменять на столь необходимые продукты питания…
Так что тайная сделка между Россией и Пруссией вполне вероятна.
От автора:
✅ Вышел 3-й том Грома
✅ Непримиримая война с преступностью продолжается, но за группой ГРОМ ведут охоту кавказские ОПГ и продажные политики
✅ На 1-й том скидка — https://author.today/work/439421
Глава 15
Пытающийся быть суровым, но с явной хитринкой в глазах, рядом со мной сидел болгарин. Он был один из многих присутствующих на встрече. Но именно этот мужик задавал больше остальных вопросов и был даже излишне активным.
— Живко Войкович, я, конечно, обсуждать ваши возможности не могу. Но то, что вы наобещали, возможно сделать лишь если работать будут многие и многие люди, когда будут налажены поставки оружия и боеприпасов, а ваши воины будут владеть новыми видами вооружения, которые мы можем передать, если будет единый центр и вы станете ему подчиняться… — я посмотрел на болгарина, окинул взглядом всех остальных присутствующих. — И этих условий предполагается ещё огромное число. Все они сводятся к одному — подчинению! Нет… И не надо, найдутся иные. Это всё, господа. Если мы не собираемся много и упорно трудиться, то всё это не имеет никакого смысла. И вы должны понять, что просто так деньги Россия вам давать не будет. Она вам даст деньги на борьбу, на вашу борьбу за вашу же свободу.
Я закончил свою речь, осмотрел присутствующих. Есть некоторое разочарование у них на глазах, но в целом, не критично. Явного отрицания всем тем словам, которые только что прозвучали, я не наблюдал.
Собрание проводили в Силистрии, в помещениях, что были заняты командующим Горчаковым, которого в расположении войск не было — он отбыл в Бухарест прояснять ситуацию с активностью Австро-Венгрии. Так что собрание, или слёт, даже конференция партизанского движения среди балканских народов проходило под надзором заместителя командующего, генерал-лейтенанта Дмитрия Дмитриевича Сельвана. К сожалению, греки были никоим образом не представлены, но и то, что были здесь румыны, болгары, сербы, даже хорваты — уже большой плюс.
Сложностей уже хватало. Но моим людям удалось максимально распространить слух о том, что русские зовут на разговор всех тех, кто готов бороться с турецким игом. Безусловно, об этом наверняка уже знают и турки, и англичане, и французами.
Ну и пусть боятся. Пусть думают о том, что под каждым деревом будет скрываться партизан. А мы ещё и вооружим их таким образом, что страх этот будет не беспочвенным. Однако партизанское движение — это не просто пострелять из-за угла. Это нужно иметь с чего пострелять, иметь пути отхода, иметь базы для кормления и оснащения, медицину и многое-многое другое.
А ещё очень важно, чтобы был координационный центр, штаб, где анализировались бы все возможности партизанского движения, а также поступающая от отрядов информация. Место, откуда поступали бы в партизанские отряды приказы.
И так в этом мире ещё никто не работает. Поэтому и было некоторое отрицание и у товарищей как славянского, так и румынского происхождения, и у командования также я не встречал воодушевленного согласия со всем, что предлагалось.
Но я давил на тех «народных мстителей», что пришли за деньгами и оружием. Демонстрировал и своим поведением и словами, что бесконтрольно стричь Россию, а в данном случае лично меня, не получится. Если я даю деньги, оружие, даже снабжаю по большей части и провиантом,
