– Маги Навсиная, – медленно произнёс Ксарбирус, – Мастера Некрополиса отдали бы всё, что угодно, за возможность путешествовать меж планами. Некрополис, я знаю, пытался проникнуть на демонические слои бытия, во всяком случае, какую-то связь они установили. Но призвать оттуда массы демонов, зомбировать их и поставить себе на службу им так и не удалось. К счастью. Но теперь, но теперь… – и мэтр алхимик многозначительно умолк.
– Слушаю вас и диву даюсь, – буркнула Стайни. – Про Тёрна все забыли уже, что ли?
– Никто не забыл, храбрейшая, – тотчас принялся оправдываться Кройон. – Но никто сейчас не приблизится к башне. Надо ждать, пока схлынет эта волна.
– А ты уверен, мэтр, что она-таки схлынет? Вон, пузыри одни за другим лопаются. Я уж и считать бросила.
Многоножки тем временем поднялись уже чуть ли не до середины башни, пытаясь протиснуться в узкие оконца. Пока им это не удавалось.
– Должна схлынуть, – не слишком уверенно заявил мэтр. – По причине конечности всего и вся в сущем.
– Принцип, конечно, основополагающий, – скривился Ксарбирус. – Но, дорогой мой коллега Кройон, быть может, ты счёл бы допустимым познакомить меня с применённой тобой системой заклинаний?
– Нет ничего проще, многодостойный, – с подъёмом откликнулся демон. – Первоначальный круг таков… – И он деловито принялся чертить что-то на прямо на камне устрашающего вида когтем. Ксарбирус мгновенно обратился в слух, неотрывно глядя на череду символов и рун, не понятных никому, кроме лишь посвящённых.
Нэисс, Стайни и Брабер молча смотрели, как жёлтый вал Гнили по-прежнему бьётся в несокрушимые стены башни Затмений. На сей раз неведомые хозяева башни отнюдь не торопились привести в действие один раз очистившее её от многоножек заклятье.
– Не хотят или не могут? – пробормотала Стайни. – Но если ждут, то чего?
– Полагаю, меня, – раздался негромкий стариковский голос совсем рядом. Все так и подскочили – не узнать говорившего они не могли.
Тот самый старик, «съевший» прорыв Гнили на дороге к морю! Но откуда он здесь взялся?!
Кажется, у Стайни это вырвалось вслух.
– Хороший вопрос, – усмехнулся тот, потирая сухие руки и делая шаг к обрыву. – Я – уж не обессудьте! – невольно услыхал вашу беседу с рогатым гостем. Он прав. Барьеры рушатся, и для меня остаётся все меньше и меньше преград.
– Тебе нужны смерти, – с расстановкой, глядя старику прямо в непроницаемые глаза, проговорила Стайни. – Ты говорил, что многоножки – лучше всего, но сойдут и просто смерти?
– Прекрасная память, дорогая моя. – Старик скрестил руки на груди. Кажется, происходящее его даже забавляло. – Именно. И пока сию прекрасную Гниль не истребили хозяева этих мест, я, с вашего разрешения, займусь многоножками. Замечательно, великолепно, столько Гнили в одном месте! Нет, я всегда верил в дхусса. Исключительные способности, огромный талант. Собрать этакое множество! Даже мне открылась сюда дорога, хотя раньше – ни-ни…
Старый плащ махнул по камням; неведомый чародей легко перелез через каменный гребень, с истинно молодой ловкостью заскользил по отвесной скале взниз, цепляясь, точно паук, за мельчайшие выступы.
Ксарбирус и Кройон словно ничего и не заметили. Ни тот ни другой так и не подняли голов от мешанины линий, представлявшейся любому постороннему совершеннейшей бессмыслицей.
Брабер метнулся к ним, затряс алхимика за плечи – с таким же успехом он мог тормошить замшелый валун. Стайни и Нэисс обе, не сговариваясь, ринулись к краю обрыва, нависли над ним, забывая об осторожности.
– Чего ты смотришь?! – зашипела на бывшую Гончую сидха. – Тебя чему учили?! Или будешь ждать, пока он и тут всё подчистит?
– А почему нет? – огрызнулась Стайни. – Остановить мы его всё равно не остановим. Так пусть хотя бы от Гнили нас избавит.
– Избавит, избавит… весь мир от Гнили избавит и от нас заодно, – злобно сплюнула Нэисс.
– Сама тогда пробуй. А мне ещё прожить сколько-то надо, – отвернулась Стайни. – Твоя-то Игла-до-Сердца, что, затупилась? Или вовсе сломалась?
Сидха побледнела от оскорбления, выпустила когти, сгорбилась, словно готовясь к прыжку. Бывшая Гончая только пожала плечами с равнодушием, правда, наигранным.
– Нечего ссориться, – примирительно сказала она. – Смотри, смотри, что он там творит?! И ты его хотела в спину ударить? Да от нас с тобой и мокрого места бы не осталось.
Гниль и в самом деле нахлынула на странного чародея со всех сторон, обрушиваясь на него настоящими волнами. Тупая и нерассуждающая, она шла на собственную гибель без сомнений и трепета, но вся эта беззаветность и кажущаяся самоотверженность ничего не могли изменить. Живая пирамида, воздвигшаяся на месте, где только что стоял удивительный пришелец, стремительно распадалась лёгкими облачками желтоватой пыли, сухие панцири многоножек лопались с лёгким треском, словно шляпки гриба-споровика под ногой лесоруба. Да, старик явно набрал силы со дня последней встречи с керваном – многоножки умирали куда быстрее, не успевая даже добраться до жуткого мага. По всему жёлтому морю, до самого рва, сейчас затянутого живой пеленою, до башни Затмений словно прошёлся мертвящий ветер; движение замирало и вместо тысяч живых существ, неважно, сколь жутких или ненавистных, не оставалось ничего, кроме лёгкой, оседающей на равнодушный камень пыли.
– Он сделает за нас всю работу, разве не видишь? – повернулась к Нэисс Гончая. – От Гнили ничего не останется, и мы…
– Думаешь, – бледно усмехнулась сидха, – он нами-таки побрезгует?
– Что?! – вытаращилась Стайни.
– А то, – вступил бросивший напрасные попытки дозваться Ксарбируса или демона Брабер. – Не чуешь разве, как он их всех гложет?.. Не чуешь, ясно! – Он махнул рукой. – Человек, что с тебя взять; а вот у нас, старших рас, всё нутро переворачивается. Кто с многоножек начал, тот непременно двуногими закончит. Нами с тобой. Меня… – Он миг поколебался, но потом решился, махнул рукой: – Меня затем сюда и послали. Собственно, многих в разные места отправляли, когда стало ясно, что жареным пахнет и нам в своих горах не отсидеться.
Нэисс понимающе усмехнулась.
– Отправляли многих, а повезло тебе. Да, так тоже случается.
– Так чего ж медлите?! – оскалилась Гончая. – Идите, убивайте! Ты, охотник за демонами; ты, чародейка сидхов, – чего стоите руки в боки? Вы ж, я так поняла, думаете, что этого, – она мотнула головой в сторону котловины, где продолжалось избиение Гнили, – что достаточно этого мага прикончить и всеобщее благорастворение воцарится?
– На всяк случай не помешает, – сощурился гном.
– А, – кивнула Стайни. – Ну, желаю успеха. Постараюсь похоронить ваши бренные останки, как положено по закону сидхов и гномов. Тем более если вас сюда… за этим послали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
